Фэндом


Изнанка мира
Изнанка мира14.jpg
Название тома Изнанка мира
Номер тома 1
Автор Witerius
Жанр Приключение, фантастика, фэнтези
Дата выпуска 1.03.2013г
Количество страниц 246
Персонажи на обложке Киариус
Статус завершен
Выпуски


Информационная доска:

19.08.2013 - Написание и редактура книги завершены!

15.08.2013 - начал писать книгу Амнезия Бога

24.07.2013 - Добавил главы 2.5-2.6, сместившие остальные на две позиции.

24.06.2013 -   Добавил политическую карту Панауриса. Огромное спасибо GC8 за это!

21.06.2013 - Перенес интерлюдию 1 в часть 2-ю. переименовал её и интерлюдию 2 в цифровые обозначения, как у обычных глав, оставив только в начале упоминание, что это главы от лица Миры. Переименовал часть 3-ю в Ставленники, т.к. она больше отражает смысл этой части. Сейчас довожу Изнанку до завершения. после окончания её написания, буду редактировать все старые главы, устраняя аляповатости, недочеты, стилистические ошибки. И попутно буду писать Генезис кристалла.

8.06.2013 - Добавил 5-ю главу Генезис кристалла.

26.05.2013 - добавлена карта Асдара в иллюстрации, оформленная GC8, за что ему большая благодарность

20.05.2013 - по вселенной Скитальца и Изнанке мира выложили кроссовер.  

АннотацияПравить

Мир Асдар. В  нем соседствуют и уживаются наука, магия, алхимия и религии разных направлений. Война и мирная жизнь текут своим чередом. Молодой и одаренный способностями псионик Киариус, находясь на раскопках руин древней цивилизации, вдруг попадает в круговорот таинственных событий, в которых переплетаются другие миры и создания, существование которых способно обратить мир в прах

ПрологПравить

Это было необычное место. Казалось, что оно не имеет права на существование… по крайней мере, в реальности. Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась гладкая поверхность, состоящая из неизвестного минерального отложения, сверху залитого водой по щиколотку. Ночное небо, усыпанное мириадами звезд и туманностей всех цветов и оттенков, сливалось с отражением в зеркальной поверхности и создавало иллюзию пребывания в космосе. Зрелище завораживало!

Вдруг, небо пронзил росчерк упавшей звезды. «Зеркало» добросовестно отразило этот полет на своей глади. Следом за ней вторая, третья, и вот уже целый дождь из звезд отправился в короткий, но яркий путь.

Нечто маленькое и яркое, прочертив белой вспышкой пространство, с сильным всплеском и шипением исчезло в воде рядом со мной. Поднявшиеся волны хлынули во все стороны и, застыв на мгновение, словно замороженные, втянулись обратно, будто бы ничего и не было. Даже рябь исчезла с поверхности воды.

Воды ли? По этому поводу возникли большие сомнения. Нагнувшись, я пришел в недоумение – моя персона совершенно не отражалась в этой субстанции! Занятный факт. Осмотрев себя, насколько это позволяло отсутствие зеркала, я остался доволен увиденным. А как же иначе? Ведь результат подтвердил, что мое тело на месте и по-прежнему осязаемо. Как и одежда из прочнейшего материала, поаны – искусственно созданной ткани светлого оттенка, способной выдержать и защитить от высокой температуры и физических повреждений. Одежда состояла из просторной рубахи и штанов, в нескольких местах закрепленных ремнями. Столь же крепкие ботинки на шнуровке.

Про себя могу сказать, что мое имя Киариус, можно Киар. Насколько помню, я родился в мире под название Асдар двадцать три года назад, в местности Ха Ора – небольшом городишке в центре материка. Страна, в которой я проживал, королевство Ра Анта, не то, что бы было большим, но и маленьким его не назовешь. Мое тело достаточно крепкое и натренированное, но в значительной степени худое и жилистое, что выдавало во мне мастера боевого стиля Ки Фай. Особенностью данного стиля является динамичность и точность, совмещенные с гибкостью и плавностью движений. Чтобы достичь этого, потребовались годы на изменение мышц с помощью определенных упражнений и секретных настоев.

А вот лица своего я, сколько не пытался, так и не вспомнил. Как и то, что я делаю в этом месте и как я сюда попал. Исследование головы показало, что у меня средней длины волосы, торчавшие вверх. Этому способствовала красно-белая бандана, повязанная у меня на лбу. Осмотрев рисунок на ней, изображавший специфический крест с двумя разделенными на четыре куска кругами, один внутри другого, я вернул её на место.

Этот символ. В памяти всплыло название "псионики". Да, я принадлежал к отряду специального назначения псиоников. И именовался он "Тень солнца". Парадоксальное название, не находите? Суть его восходила к одному открытию наших ученых, связанного со строением мироздания. И заключалось оно в том, что вселенная - это многоуровневая структура, имеющая несчетное количество миров. И единственным миром, куда получилось осуществлять короткие вылазки, был мир теней. В этом мире солнце черное. Фактически - антипод нашего мира. Он опасен для нас, но благодаря ему получилось узнать об энергетической структуре человека, что позволило открывать заблокированные псионические способности. Также получили свое впечатляющее развитие магия и алхимия, ранее пребывавшие на довольно жалком уровне. Чего уж говорить про успехи технического прогресса?

Ладно. Это все, конечно, хорошо, но вопрос о том, где я, по-прежнему остается открытым.

Наклонившись, прикасаюсь к жидкости пальцами. На ощупь она словно гель - вязкая, но к коже не липла. При этом стоило набрать её в ладонь, небольшой комок тут же приобрел свойства воды и утек сквозь пальцы. Интересное вещество...

Выпрямившись, я направился к месту падения небесного тела. Ощущения были специфическими – словно наступаешь на приспущенный воздушный шарик. Увы, поиски осколков «звезды» не дали никаких результатов.

И что дальше? Куда ни глянь – пейзаж не отличался особым разнообразием и не имел ни малейшего ориентира... кроме этого красного огонька на горизонте.

Хм-м… до этого его не было. За неимением лучшего, я направил свои стопы в этом направлении. Сколько ушло времени, понять было сложно. Может минут двадцать, может час… а может и полдня… Создавалось впечатление, что в этом месте его не существовало. Как долго бы это не продолжалось, меня не покидало чувство, что я не сдвинулся ни на шаг.

Я остановился и огляделся. Пейзаж по-прежнему "радовал" своим однообразием, а созвездия все также игриво подмигивали с неба. Такие холодные и сверкающие, манящие неверным светом, словно бриллианты, рассыпанные на черном бархате.

Ладно, продолжим движение, если это действительно хоть что-то мне даст, к единственному имеющемуся ориентиру.

Так, а где же он?

Я снова оглянулся, но красного огонька не было и в помине. Прекрасно! Вот только этого мне и не хватало! Что теперь прикажете делать? Особенно, если учесть, что в поисках новых достопримечательностей, я успел изрядно покрутиться и теперь даже приблизительно не знал, в какой стороне располагался этот треклятый ориентир.

В сердцах выругавшись, я снова оглянулся и обомлел – заветный огонек горел, буквально, в нескольких сотнях метрах от меня. Не веря своему счастью и не сводя с него глаз, я направился к цели, чуя подвох. Тем не менее, приближение к огоньку наблюдалось, на что указывало то, что расстояние между нами сокращалось. Вскоре я смог разглядеть, что он из себя представлял. К моему глубочайшему изумлению, им оказался костер! И разведен прямо на поверхности этой «воды». А рядом с ним, скрестив ноги, сидел ко мне спиной старик в ободранном балахоне и, покуривая трубку, смотрел в огонь.

Как только я подошел ближе, незнакомец обернулся и, выпустив клубы пара, произнес:

- Я ждал тебя, - после чего сделал затяжку, прикрыв глаза. Старик вызывал во мне противоречивые чувства: неопрятный, тощий как скелет, со смуглой морщинистой кожей, спутанной грязной бородой до пояса и седыми волосами, скрытыми под головным убором из намотанных тряпок не первой свежести.

- Я рад, что вы меня ждали и все такое, - поспешно произношу, обходя старика, чтобы он не утруждал себя сидеть в полу-повернутом состоянии, - но с моей памятью что-то произошло и я, почему-то, не могу вспомнить, как же меня угораздило очутиться в столь увлекательном месте! И, собственно, что это за место?

- Это… - Незнакомец с шумом выпустил облачко серого дыма и задумчиво пожевал кончик трубки.

- Да, это! – Я театрально возвел руки в стороны и обвел все великолепие окружающего пространства ладонями.

- Ты не готов… Придется мне ещё немного подождать. - Старик поднялся на ноги и набрал в легкие новую порцию дыма, а когда я попробовал запротестовать и потребовать объяснений, подошел вплотную и выдохнул мне в лицо. Кхе-кхе. Просто невыносимо едкая гадость. Как он такое курит?!

Я зашелся сильным кашлем, от которого меня всего скрутило. В этот момент замечаю одну странность - старик, в отличие от меня, в "воде" отражался.

Осознание этого промелькнуло и погасло, а мое своевольное сознание решило покинуть меня вместе с точкой опоры под ногами. Бумс! Что-то твердое и недружелюбное поприветствовало всей своей непомерной массой мое «хрупкое» тело. Я открыл глаза и обнаружил, что нахожусь в объятиях пола, покрытого ковролином. Одеяло упало на меня сверху и перекрыло собой источник света.

А? Это был всего лишь сон?

Часть I. Взывающий.Править

Глава 1.1Править

М-да, приложился я чувствительно. Откуда ж я так сверзился, что мягкий ковролан показался тверже камня?

Я выглянул из-под одеяла - довольно светло. Единственное окно давало необходимое количество света, а это значит - день в самом разгаре. Ну и горазд же я спать! И как меня до сих пор не разбудили? При армейской-то дисциплине позволить подобное? Ха! Не смешите меня! Подъем обычно происходит в шесть, час на тренировки, а потом стандартные процедуры умывания и завтрак.

Странно.

Я все же решил встать. Небольшая комнатушка светлых тонов, окно, выходящее на южную сторону базы, стол и четыре сложенных в углу раскладных стула, два шкафа, две двухъярусные кровати по краям - необходимый минимум. Все предметы в комнате сделаны из полеита – серого, похожего на пластик материала, но его прочность и жесткость поражали. Стойка кровати, например, способна выдержать на себе подвешенный груз в одну тонну! А из-за высокой жароустойчивости его применяли даже в двигателях и деталях, подвергающихся высоким температурам. При всем этом его вес не больше, чем у обычного пластика и я один вполне в состоянии поднять двухспальную кровать без особых усилий. Производство же полеита намного выгоднее, чем каких-либо других материалов, поэтому он нашел широкое применение во многих областях. Технология молекулярного выстраивания – это одно из немногих достижений, широко применяемые после открытия мира теней. Выращивание необходимых материалов из первичного набора частиц (прим.авт. - термин в Асдаре, обозначающий кварки) - целый кладезь невероятных возможностей!

С помощью этой технологии вывели ещё несколько широко применяемых материалов. Шуалит – фиолетовый кристалл с красными прожилками, высоко ценится в вычислительной технике. Он способен хранить невероятные объемы информации и дает высокую производительность в процессорах. Менолит – очень гибкий материал, стал заменой резины, а киналит применяют в строительстве – из него выращивают стены. Собственно, эта база полностью возведена из него.

Я глянул на кровать, рядом с которой приземлился. Моя постель верхняя. В этот момент до меня дошла одна странность: на мне повседневная одежда, не предназначенная для сна. И мало того, я даже обут!

Так… все интереснее и интереснее. Что ж я вчера делал, что меня меня при полном параде запихали в кровать и оставили отсыпаться?! А уж в том, что мне в этом помогли, я уверен на сто процентов, так как, сам я до такого додуматься не смог бы – по крайней мере, ботинки точно бы снял!

Но память, как назло, даже и не думала услужливо помогать в выяснении столь занятного происшествия. Я совершенно не помнил, чем же я занимался весь вчерашний день. Что же касается остальных дней, не отличавшихся особым разнообразием, то они вспоминались без каких-либо непосильных затруднений.

Хм-м, что чего-то не хватает. Точно! На левой руке отсутствовал коммутационный браслет – шуарат. Он представлял собой неширокий ремешок, сделанный из кристаллов шуалита. Это компьютер высокой мощности, имевший столько полезных функций, что иногда поражаешься, как они поместились в таком малом устройстве. До технологического бума, наступившего всего несколько десятков лет назад благодаря открытию мира теней, многие технические устройства занимали целые комнаты, а их производительность и полезность была столь низкой, что традиционные методы считались более эффективными.

Сложив одеяло, я закинул его на свою постель и, одев лежавший в моем отделе шкафчика браслет на левую руку, направился к выходу.

Надо бы сходить умыться, перекусить и разузнать, чем же был так примечателен прошедший день, что он не соизволил остаться у меня в памяти.

Выглянув за дверь, я обнаружил пустой коридор. Непривычно тихо. Направляюсь к лестнице, ведущей вниз. Комната, в которой я проживаю, находится на втором этаже в конце коридора. Проходя по нему, я не преминул заглянуть в спальни соседей, чтобы убедиться, что в них никого нет.

Дойдя до лестницы, я в два прыжка преодолел оба пролета и оказался внизу. Однако даже здесь царила гнетущая тишина, словно все вымерли. Легкий полумрак. Сквозь него в глаза бросались выставленные у стен несколько скамеек.

Я быстро преодолел коридор, попутно сунув нос в тренажерку и комнату отдыха. Как и ожидалось, они пустовали. Оружейная, ясное дело, заперта. А в комнату полковника Вамериуса я заглядывать не рискнул. Он, конечно, славный мужик, но без особой причины к нему соваться не стоит, даже несмотря на то, что я нахожусь в звании лейтенанта.

Стоит упомянуть об особенности наших имен. При рождении ребенок получал имя и отчество. Меня величали Киар, сын Иклая. Если человек начинал заниматься ремеслом, то прибавлялся титул профессии. Военные, дойдя до звания лейтенанта, получали фамильное окончание к имени, указывающее на вид структуры, в которой он числился. «Риус» – означало принадлежность к псионикам, «Мин» – к гвардейцам, «Вей» – к воздушным войскам, «Маэй» – к магам.

Прохожу мимо следующей по списку комнаты. В ней установлен телепорт - невероятно удобное устройство, позволяющее перемещаться за считанные мгновенья по сети связанных с ним врат. По всему королевству статичные телепорты располагались в каждом населенном пункте, и пользоваться ими могли все желающие – их надежность очень высокая, а за техническим состоянием постоянно следили высококвалифицированные специалисты. Но существуют и переносные. У них надежность пониже и поэтому, кроме экстренных случаев, применять их запрещено.

Сейчас дверь закрыта, а сам телепорт отключен, и включить его можно только получив разрешение от полковника, хранившего ключ активации. Военная база, как-никак. У стационарных так ещё и два гвардейца приставлены. К тому же, любая попытка воспользоваться телепортом сразу отображается на экране дежурного. Мало того, как в коридоре, так и в самой комнате портала установлены камеры видеонаблюдения. Я помахал рукой по старой привычке в объектив небольшой черной коробочки у потолка.

Через пару шагов следовало ответвление, ведущее к гардеробу и выходу. Там, как обычно, сидел дежурный – один из рядовых гвардейцев под началом подполковника Арнемина. Казарма, где проживали гвардейцы, находится через сотню метров от нашей и по размерам в два раза превышает корпус псиоников. Наше ведомство подполковнику не подчинялось, что сильно его раздражало. Вообще, Арнемин довольно гнусная личность – вечно всем недоволен и большой любитель отчитывать за любые просчеты. Он просто упивался любой возможностью, какой только мог воспользоваться. Не завидую тем, кто находился у него в подчинении.

Парень, сидевший на дежурстве, явно кайфовал, изредка поглядывая на экраны мониторов – нечасто везло отделаться от вредного подполковника, так и рыскавшего в поисках новой «жертвы». Повернув в мою сторону голову, рядовой сначала удивленно уставился на меня, а потом соскочил и отдал честь, ударив себя по груди. Я повторил жест и пошел дальше.

Да-а, сразу видно – халтурно дежурный к своей обязанности относится. Слишком расслабился и не ожидал, что кто-то может пройти по коридору. Хотя, учитывая как здесь тихо, то это не удивительно. Может всех отправили прочесывать окрестности в округе? Буквально на днях у подножия карьера заметили белого оборотня. Видимо, разведчик. Арктия, занимавшая северную часть материка, оставалась одним из самых неизведанных районов страны. Как и Великая пустыня, пролегавшая на западе и формально числившаяся нашей, обе эти местности совершенно бесполезны и создавали трудности с охраной границ, но именно благодаря тому, что входили в нашу территорию, права на находку древних руин в кратере Цу Ана принадлежала нашему королевству. Осознав этот факт, соседние государства долго кусали локти от досады, ведь они официально отказались от претензий на эти земли несколько сот лет назад ввиду их опасных обитателей – белых оборотней Арктии и бедуинов Великой пустыни. Особых неприятностей ни те, ни другие не приносили, но только если не соваться в их владения.

Посмеиваясь над этим, я свернул направо и вошел в помещение с душевыми и уборной.

Подойдя к раковинам, я включил воду и начал умываться. Попутно глянул в зеркало – странное чувство из сна, что я забыл, как выгляжу, покинуло меня только сейчас, при осмотре себя в отражении. Серые глаза, белые с фиолетовым отливом торчащие вверх волосы, резкие черты загорелого лица, пара шрамов на щеке и брови. Бандана на месте и скрывала за собой ещё один шрам на лбу. Мой взгляд наткнулся на пару закорючек на левой стороне груди, означавших звание лейтенанта. Такие же красовались на плечах.

А сейчас в столовку и перекусить чем-нибудь.

Данное помещение единственное на всю базу и находилось в отдельном здании. Надеюсь, по пути я не столкнусь с одним донельзя неприятным субъектом, а то своим присутствием он испортит мне аппетит! Жаль, мне не доступна невидимость – её невозможно создать с помощью псионических способностей. Разве что, воздействуя на разум, заставить думать, что меня здесь нет. Но для пресечения подобных действий придумали специальные технические устройства.

На мгновение закрыв глаза, я сосредоточился и пустил разведывательный импульс. Все чисто. Такс, я аккуратно выглянул из-за угла и пошел в сторону выхода. Как вдруг, импульс подал сигнал о появлении нового действующего лица. Я замер, но отступать было поздно – новоприбывший резко забежал в коридор и, пошарив глазами в оба направления, взволнованно уставился на меня. Он явно бежал и сильно запыхался – все-таки зимний комбинезон, несмотря на свой облегченный вариант, по-прежнему далек от совершенства и немного сковывал движения. Да, забыл упомянуть. Сейчас середина зимы и вне помещения минус шестьдесят. Это серьезная причина, почему бегать в такую погоду без маски не стоит, про что подполковник, а это был именно он, видимо запамятовал. Его лицо раскраснелось, а карие глаза горели негодованием. Он откинул с головы капюшон, обнажив лицо с резкими чертами и коротко стриженные серые волосы.

- Как?..

- Эм… прошу прощения? – не подав вида, спросил я со всей любезностью, на которую был только способен, лишь бы поскорее от него отделаться.

- Лейтенант, прошу проследовать со мной в мой личный кабинет.

- Могу я поинтересоваться, в чем же столь весомая необходимость нашей приватной беседы? – Я невинно улыбнулся, от чего подполковник заскрипел зубами.

- Киариус, ты как всегда играешь в любезность. Выполняй приказ старшего по званию. И не надо говорить мне тут, что вы не подчиняетесь моему ведомству – вы создали такую ситуацию, из которой вам будет сложно выкрутиться.

Раздался звук открываемой двери и дежурный соскочил, отдавая честь.

- Подполковник, можете ли объяснить причину, по которой вы столь внезапно убежали с заседания и направились в подведомственный мне отдел? – голосом, в котором звенела сталь, осведомился полковник Вамериус, вовремя прибывший на нашу вечеринку. Высокий, статный мужчина лет сорока пяти, имевший крепкое телосложение и по своему физическому состоянию способный дать фору любому молодому бойцу. Лично я на тренировках, сколько ни спаринговался с ним, ни разу так и не смог уложить его на лопатки. А среди молодых меня признавали одним из лучших и грозили скорым повышением.

Я выступил вперед и отдал полковнику честь, как и подобает. Только сейчас до меня дошло, что Арнемина я сей радостью обделил. Надеюсь, что он мне это не припомнит. Благо, что сейчас у него проблема поважнее.

- Эм… понимаете, мне сообщили, что нашлась пропажа...

- О-о-о! – радушно протянул Вамериус, разведя руками в стороны, не обратив на ответ Арнемина ни доли внимания. - Киариус! Какие люди! Сколько лет, сколько зим! Как прошла самоволочка?

От сказанных полковником слов, я на некоторое время впал в ступор. Самоволочка? Сколько лет, сколько зим? Я что-то пропустил? Может мне кто-нибудь объяснить, что все это значит?

- Прошу прощения, полковник. Я не совсем понимаю, о чем вы.

- Хм-м… - Он внимательно глянул на меня, и я ощутил на себе импульс «детектора лжи» - так называемый телепатический сигнал, проверяющий честность собеседника. Да, непросто работать среди псиоников.

- Так, подполковник – вы свободны. Поговорим после того, как я закончу с провинившимся.

- Но…

- Вы свободны.

- Так точно. – Он отдал честь и покинул помещение. Вамериус же расстегнул комбинезон и передал дежурному. Тот, приняв его, направился в гардероб. Рыжая грива шикарных зачесанных назад и доходивших до плеч волос полковника заиграла медным переливом в искусственном свете вестибюля. Яркие, живые глаза смотрели с неким задором. А цвет их подобен небесной выси.

- Киар, я знаю тебя с детства, сам занимался твоим обучением… Ты, заходи, не стесняйся, - заботливо произнес он между делом, подойдя к своей комнате, в которой находились как спальня, так и кабинет, разделенные перегородкой. Открыв ключом дверь, он пропустил меня вперед.

- Ты славный малый и за тобой я не замечал склонность к нарушению правил. Поэтому я хочу, чтобы мы с тобой поговорили как два серьезных человека, начистоту.

Зайдя следом за мной, он закрыл дверь и прошел к своему столу черного цвета, установленному в центре комнаты и имевшему т-образную форму. Как всегда, в кабинете ничего лишнего. По обе стороны столешницы задвинуто по три стула. На столе лежали кипа бумаг и несколько папок. На левой стене висела дверь, имевшая окрас темно-древесной структуры, словно из натурального дерева вырезали, ведущая в спальню.

- Ты отсутствовал целых три дня.

Оп-па, вот так новость!

- Что?! Вы… вы шутите?

Что ж я такого делал все это время?

- Нет, это правда. И, судя по всему, ты не врешь и действительно не понимаешь, что происходит. Я расскажу то, что известно мне. - Он прислонил правую руку к подбородку и провел пальцами по щетине. - Вечером двадцать второго дня месяца Сеария, по словам твоих соседей по комнате, ты отправился в душ, прихватив с собой душевые принадлежности. Свой шуарат ты оставил в комнате, из-за чего впоследствии связаться с тобой не было возможности. Вдруг, без всяких на то причин, вырубается энергообеспечение всего корпуса – даже автономное питание не сработало! Восстановить его смогли достаточно быстро. Осталось лишь непонятно, что послужило причиной разрушения всех предохранителей. Они оплавились так, словно там возник всполох тумана мира теней.

Я молчал, внимательно слушая полковника.

- Далее, несколько часов спустя Увариус решил проверить, куда ты там пропал, и спустился вниз, где и обнаружил посреди коридора твои брошенные вещи рядом с комнатой телепорта. Внешние камеры наблюдения не заметили твоего выхода из здания базы, из чего следует, что обычным способом ты не покидал казарму. Обыскав все помещение, твоя персона так и не была найдена. У нас возникло предположение, что благодаря отключению энергообеспечения ты проник в комнату телепорта и смог его как-то активировать, ведь отсутствие обычной энергии для магической штуковины не проблема. А теперь, я хочу узнать то, что мой любимый ученик желает сказать мне по этому поводу. - Вамериус протянул вперед правую руку, делая приглашающий жест.

Я некоторое время сидел молча, переваривая услышанное. Полковник не торопил, с интересом наблюдая за моим мысленным фоном. Это, что ж выходит? Решив сбегать до душа, я прогулялся до черта на куличках, так что ли? Перед моим взором возникло место из недавнего сна.

- А вот отсюда поподробнее.

- Да, наставник. - Полковник дозволял такое обращение тем, кого обучал. В их число входил весь наш отряд из тридцати девяти псиоников третьего взвода. Среди нас все в звании лейтенанта и старшего лейтенанта. Так уж получилось, что псионики обладали гораздо большими полномочиями, чем гвардейцы и для этого должны иметь соответствующие звания. Чтобы попасть в отряд, нужно очень долго учиться не только навыкам псиоников, мастерству рукопашного боя и боя с различными видами оружия, но и тонкостям в различных науках, будь то политика, военное дело, экономика и даже точные науки.

- С чего бы начать? - Я представил перед мысленным взором картину того места, в котором я оказался. В этот момент глаза наставника расширились, и он даже подался вперед, внимательно смотря на меня. Я поведал Вамериусу все, что произошло со мной настолько подробно, насколько мог.

- Ясно. Я так понимаю, что ты каким-то образом умудрился попасть в параллельное измерение. Может быть, даже в мир теней.

- Но как это возможно? – Конечно, я уже стал догадываться об этом. Но сам факт моего путешествия в мир, в котором до этого можно было побывать лишь с помощью передовых технологий и разработок в магии, верилось с трудом.

- Насколько я понял, ты совершенно не помнишь тот день и события, из-за которых произошло твое перемещение, так?

- Да, именно так.

Полковник прикоснулся пальцами левой руки к вискам и потер их устало, попеременно массируя веки закрытых глаз. В этот момент давление телепатического импульса исчезло.

- Сюда бы созвать группу ученых с их оборудованием, занимающихся исследованиями параллельных миров. - Наставник прикоснулся к шуарату и вызвал энергетическую панель перед собой. Пробежавшись пальцами по ней, он открыл окно голографической связи. Через несколько секунд перед нами возникла прозрачная фигура девушки в белом халате ученого. В руках она держала папку с ручкой. Молодая, на вид лет тридцать, не больше, стройная, с миловидным личиком, красными глазами, в очках без оправы, и короткими, собранными в хвост, волосами красного цвета.

- Здравствуй, Вамериус. Как поживаешь? - улыбнулась она, видимо, старому знакомому.

- И тебе здравия желаю... Уна. Тут такое дело, на объекте был выявлен факт попадания бойца в параллельный мир.

От услышанного у девушки широко распахнулись глаза, и она застыла с разинутым ртом. Чуть не выронив папку, она взволнованно затараторила:

- Вы… вы серьезно? Я сейчас же п-прибуду. Где это п-произошло?

- В казарме псиоников. - Наставник откровенно веселился, наблюдая за реакцией ученой.

- Эй, Чед, срочно приготовь оборудование для исследования параллельных миров! У нас тут неординарный случай произошел!

Пока дожидались прибытия группы исследователей, наставник заказал из столовой обед на двоих. Доставленный через минут десять, он порадовал меня большой порцией риса с подливом, двумя котлетами и стаканом сока. За едой наставник поведал мне о том, что произошло за последние три дня и о причине пустующей казармы.

Как оказалось, империя Окар, занимавшая всю западную часть материка и являвшаяся нашим прямым соседом, до этого воевавшая с альянсом Буэрской и Да Э Харской республик ввиду их еретических представлений, неожиданно решила оставить затянувшуюся кампанию и перебросить все свои войска к границе нашего королевства.

Собственно, нас они тоже считали еретиками, но проявлять прямую агрессию до этого побаивались, по причине наличия одной из сильнейших армий мира.

Не знаю, на что окарцы надеялись, собираясь пересекать Великую пустыню, но они растянули все свои силы и преспокойно преодолели её, даже не встретив ни одного бедуина. На данный момент они уже подошли к её границе, но не смогли продвинуться ни на шаг дальше, так как по приказу короля были мобилизованы все свободные войска и телепортированы к границе. Однако бойцы находятся под непрекращающимся шквальным огнем, магам с большим трудом удается удерживать щиты, а воздушные войска не могут вступить в бой из-за электромагнитного шторма, созданного магами фанатиков.

Если устранить помеху, то воздушные силы мигом отбросят противника обратно. Собственно, обсуждением этой операции и занимались на заседании, когда подполковник неожиданно отпросился и выскочил из зала собраний, побежав к казарме псиоников.

Наставник предложил отправить в тыл врага несколько отрядов диверсантов, которые порешат магов и также быстро скроются от огня противника. На эту роль подходили лишь псионики, снаряженные броней с маскировочным покрытием.

- Я хочу, чтобы ты участвовал в этой операции. Будешь в группе Вега. Ей будет командовать старший лейтенант Увариус.

В дверь постучали, прервав нашу беседу.

- Полковник, могу я войти? – послышался мягкий, но взволнованный голос Уны.

Пока наставник ходил вместе с группой ученых, буквально по миллиметрам вынюхивавших с приборами коридор, Уна притащила в кабинет какой-то агрегат ростом с меня, состоящий из кучи проводов и датчиков. Попросив снять рубаху, она прицепила мне на грудь несколько контактов на присосках, а также надела на мою голову жуткое устройство, имевшее множество различных по форме лампочек и непонятных схем и плат. Включив этот адский агрегат, она провела передо мной сканером. Что-то пронзительно запищало, и стрелки на всех датчиках взбесились.

- Удивительно! Как интересно! Вы действительно побывали в другом мире и даже остались живы! – захлопала она в ладоши, восхищенно уставившись на меня, как на чудо природы.

- Остался жив? – опешил я.

- Да… Понимаете, первая попытка попасть в другой мир привела к гибели исследователя. Далее, мы стали отправлять лабораторных крыс, но все заканчивалось смертью животных. Нам удавалось исследовать ту сторону лишь с помощью засланных роботов. Поэтому ваш случай уникальный! Я бы хотела изучить вас как можно больше! – Девушка говорила очень воодушевленно, жаль, но мне придется поубавить её пыл.

- Увы, но сейчас я не могу вам помочь – меня срочно высылают на задание.

Уна сразу погрустнела, как если бы у ребенка отняли новую игрушку. Эх, ученые…

- Ладно, обещаю, как только я вернусь, если полковник не будет против, то я окажусь в полном вашем распоряжении.

- Клянетесь? – с надеждой посмотрела на меня она.

- Клянусь, - доверительно улыбнулся я.

В её глазах вспыхнул детский восторг и она, не сдерживая чувств, порывисто обняла, радостно осыпая меня благодарностями.

Глава 1.2Править

Уна ещё долго не хотела отпускать меня, выпытывая в малейших деталях все, что я видел и испытал, столкнувшись с «феноменом перемещения в параллельный мир», но полковник ненавязчиво напомнил ей о том, что нас ждет продолжение военного заседания, где я обязан присутствовать.

Я вышел в коридор вслед за наставником. Тот направился к оружейной, по ходу дела давая указания насчет экипировки. Быстро отперев комнату со словами «жду тебя пять минут, не уложишься – запру здесь до завтра», он отошел. Зная специфику юмора полковника, я не стал проверять, шутит ли он или нет, и постарался выполнить обмундирование с максимальной скоростью.

Подойдя к личному шкафчику, я провел возле датчика шуаратом. Дверца открылась с характерным щелчком. Из него достал с полки высокоуровневую броню, называемую «Хамелеон».

Стянув с себя повседневную одежду и аккуратно сложив в шкафчик, я стал надевать доспех. Особенность этой брони заключалась в том, что она создана из двух материалов - полеитовых пластин, закрепленных на менолитовой основе. В итоге, получился гибкий и прочный панцирь, являвшимся продолжением твоего тела. Он повторял по своей структуре костно-мышечный каркас тела и не стеснял движение.

Полностью облачившись в доспех в нем я стал похож на броненосца… или какого-нибудь жука. У брони, исходя из ее названия, имелась функция маскировки, основанная на изменении цвета. Вещество, покрывавшее весь доспех и способное подстраиваться под доминирующий в окружающем пространстве цвет, в неактивном состоянии имело черный окрас. Как только эта функция запускалась, множество датчиков считывало окружающие пейзажи и, постоянно анализируя, выдавало наиболее соответствий обстановке структурный окрас доспеха. У этой системы присутствовало множество недостатков: польза от него была только при статическом положении, желательно лежа на земле. В других же, вероятность что тебя обнаружат, оставалась до обидного высокой.

Когда я стал прикреплять снайперскую винтовку, имевшую длину полметра, подошел ответственный по обеспечению провизией, такой добротный телёнок, выше меня на голову, светловолосый и короткостриженый, с радушной улыбкой сквозь густые усы, и поставил на столик посреди комнаты компактную сумку, спокойно умещавшуюся на ладони.

Прихватив виброклинок в ножнах, кривое лезвие которого достигало длины локтя, и бластер, я подошел к столу и присоединил сумку к ремню в районе поясницы. В ней вмещался недельный запас «сухарей» - высококалорийной и энергонасыщенной субстанции, имевшей форму кубика с гранями в три сантиметра, попав в воду, превращавшейся в целую тарелку какого-нибудь блюда. Раскладная посуда также присутствовала в наборе. Содержимое сумки дополняли опреснитель и выделитель воды, плюс мини-аптечка из антисептика и регенератора – раствора органической массы, способной за короткое время поставить на ноги даже того, кто их лишился.

Завершил экипировку я тем, что закрепил на пояснице, под сумкой, виброклинок рукоятью к левой руке и прикрепил бластер к правому бедру. Благо, что бластер и винтовка имели возможность вырабатывать энергию. Минусом же стало понижение их скорострельности, зависевшей от мощности последнего выстрела. От двух до пяти секунд на перезарядку. В реальном бою это может стоить жизни, но отправляясь в диверсионную операцию, лучше быть готовым к неожиданностям и иметь оружие, не зависящее от количества патронов в обойме.

Пока я прикреплял снаряжение, дежурный достал из шкафа сумку с взрывчаткой и протянул мне. Заглянув в неё, я приметил две плазменные гранаты и одну мину. Маловато будет, о чем я и заявил дежурному.

- Увы, единственное, что осталось. При мобилизации расхватали все, что было. Эта последняя была припасена для тебя. Так, на всякий случай.

- Ясно, спасибо, – улыбнулся я и похлопал его по плечу. Дядя Гаа, как мы во взводе называли завсклада, улыбнулся мне в ответ и пожелал удачи.

Полковник ждал меня у двери в оружейную.

- О, какая жалость, а я уже собирался запирать дверь, - ехидно улыбнувшись, сказал он и направился в сторону выхода. От себя хотел добавить, что дядю Гаа вы тоже собрались там запереть? Но благоразумно промолчал. Между нами говоря, у дяди Гаа имелся свой ключ, так что, сия угроза была не так страшна.

За это время наставник успел одеться в комбинезон, как и группа ученых, собиравшая оборудование, упакованное в сумки.

- Да, кстати, - ко мне подошла Уна, подстроившись под мой шаг с левой стороны. - Тут я вспомнила, что не рассказала об одной странности! В тот день, когда вы пропали, мы, наконец, докопались до входа в руины и смогли вскрыть врата. Интересно, эти события как-нибудь взаимосвязаны?

Да, хороший вопрос, ответ на который я хотел узнать не меньше ученых.

- И ещё, судя по тем показателям, что мы получили, эпицентр возмущений субстанции параллельного мира располагался как раз рядом с телепортом. По беглому анализу, что я провела, они очень схожи со всполохами, витающими в кратере Цу Ана.

- Интересно, каким образом этот всполох мог возникнуть на таком расстоянии от кратера? До этого же не было замечено, чтобы они появлялись в других местах или сохраняли стабильное состояние за его пределами?

Мы прошли через первую дверь, ведущую в небольшой приемный коридор, служивший ограничивающим потерю тепла из помещения. Вся база герметична и имеет высокую звукоизоляцию при закрытых окнах и дверях. Воздух же поступает через вентиляционные системы.

- Нет, такого не наблюдалось.

- Постойте, если так посудить, то...

Полковник подошел к внешней двери и толкнул от себя, открывая. В этот же момент я застыл, оглушенный и ошеломленный волной грохота, нахлынувшего на меня. Увидев эффект, что произвел на меня шум, Уна захихикала в кулачок и подтолкнула меня в сторону прохода.

- Так что вы там хотели сказать? – спросила она, по-прежнему толкая меня.

- Да… В общем, полковник сообщил мне, что за несколько часов до обнаружения моей пропажи, то есть, примерно, когда я исчез, кто-то воспользовался телепортом.

Базовый комплекс занимал большую площадь и состоял из двух казарм, лаборатории, общежития ученых и персонала, складских помещений, ангара и центра управления. Все небо заливало фиолетовым светом магического щита. На нем едва различались символы и линии. Точно такой же рисунок, охватывая территорию всей базы, был создан с помощью полеита на песке. Магический круг помогал облегчить задачу магов по защите базы от обстрела. Такие же круги нанесены на бункеры и сторожевые сооружения. Шум, доносившийся со стороны запада, продолжал бить по ушам, но из нашего местоположения рассмотреть происходящее на поле боя не представлялось возможным.

Пока мы шли, обледеневший песок хрустел под ногами, а из-за сильного пронизывающего ветра затруднялось дыхание и слезились глаза.

- Я об этом не слышала, - с сомненьем сказала она, - надо будет над этим подумать. Попрощавшись со мной и пожелав удачи, Уна направилась в сторону лаборатории.

Наша база располагалась у подножия хребтов, являющихся окраиной огромных горных цепей, занимавших большую часть Арктии. Особенность кратера Цу Ана заключалась в том, что его образовывали несколько гор, между которыми возникло природное углубление, находившееся на высоте около трех километров. Благодаря близкому расположению столь различных геологических систем, как песчаная пустыня и цепь высоких гор, а также, соседство западной части с океаном, эта область была обеспечена высоким уровнем осадков. В период с середины осени и до середины весны кратер заполнялся снегом до десяти метров в высоту. Но как только начинался сезон жары в пустыне, за короткий промежуток времени весь снег превращался в воду, образуя естественный водоем. По понятным причинам в таких условиях вести раскопки проблематично, поэтому и выбрали осеннее время. За полтора месяца вода полностью уходила под землю, обнажая заиленную почву и странные туманные всполохи, витавшие вокруг.

О кратере известно с давних пор, но из-за многих неудобных факторов, его не трогали. Лишь с открытием мира теней этими всполохами заинтересовались всерьез. А проведя определенные исследования и обнаружив сканером под слоем ила какие-то сооружения, приняли решение начать раскопки.

Выйдя из-за стены столовой, я увидел происходящую картину в полном объеме. На расстоянии одного километра от базы находились оградительные укрепления, бункеры и сторожевые вышки. Так выглядела граница вдоль всей Великой пустыни. И сейчас там шел ожесточенный бой. Огненные цветки вспыхивали в различных местах на поверхности щита. Зрелище завораживало своей красотой и одновременно пугало. Маги пока со своей задачей справлялись, но это не будет продолжаться вечно – нужно как можно быстрее избавиться от магов фанатиков и их треклятого электромагнитного шторма. Я поспешил войти в здание центра управления.

Комната собраний представляла собой просторное круглое помещение. На расстоянии двух метров от стены были выставлены в круг столы. В центре располагался проектор голографической связи, помещенный в кристальный цилиндр. Это позволяло наблюдателю видеть её с надлежащего ракурса, независимо от того, в какой части комнаты он находился. Эта же технология давала возможность видеть и всех присутствующих в этой комнате – достижение разработок в сфере искривленного пространства, открытию которой также поспособствовали исследования мира теней.

Надо бы поинтересоваться у Уны, почему его назвали именно «миром теней»? Не хватило фантазии? Или там действительно обитают тени?

Как и ожидалось, Арнемин был уже здесь. Подполковник сидел за столом у самого входа и о чем-то напряженно размышлял. Кроме него я увидел пятнадцать бойцов из моего взвода, тихо переговаривавшихся. После нашего появления они с интересом уставились на меня. Я отсалютовал им нашим фирменным приветствием двух пальцев ко лбу, на что получил аналогичный ответ. На мысленном фоне на меня тут же посыпались вопросы. Пришлось поубавить их пыл, попросив подождать до завершения операции.

Услышав, что кто-то вошел, Арнемин оглянулся.

- Ну, наконец-то! Его Величество уже заждался вас! – В этот момент он заметил меня. На лице Арнемина отразился такой широкий спектр чувств, что я испугался за его душевное состояние. - Эм… А что он тут делает? Да ещё и в полном обмундировании? Разве его не должны бы…

- Нас ожидает его Величество, не стоит задерживать продолжение собрания ещё дольше.

- Как скажете, - недовольно буркнул подполковник и, повернувшись, активировал голограмму. Вамериус сел рядом с ним.

Секунд через десять на экране появилось изображение длинного стола, за которым сидело человек семь. Король Иар Ун Второй. Рядом с ним находились представители совета мудрейших – люди, помогавшие правителям страны принимать взвешенные и разумные решения. В нем состояли люди из различных отраслей, имевших место в королевстве: выдающиеся военные, ремесленники, торговцы, крестьяне, философы, ученые, представители духовенства, сферы искусства и другие. Всего таковых около пятидесяти человек. Их облачение представляло собой белые мантии с изображенными на них красными треугольниками, в которые вписан круг – знак мудрости. Все они достигли в своей области достойных результатов, поэтому заслужили войти в число советников короля. Продолжая заниматься своей основной деятельностью, они в полной мере понимали всю обстановку в доверенной им на попечение отрасли. В определенных видах ситуаций мудрейшие могли принимать и осуществлять решения самостоятельно. Такими же полномочиями обладали и власти на местах.

Я, немного помявшись, подошел ближе к столу. Обратившись к королю, я поклонился и, отдав честь, сел по левую руку от полковника, поставив шлем на стол.

- Прошу прощения, Ваше Величество, за то, что заставил вас ждать. Как вы уже знаете, у нас произошел случай пропажи бойца. К счастью, все обошлось, и он находится сейчас рядом со мной. Думаю, вам стоит выслушать более подробно об этом инциденте, так как он касается феномена параллельных миров. Данное заявление, видимо, удивило короля. Он переспросил наставника о том, правильно ли он понял сказанное, на что тот ответил утвердительно.

- Хорошо, Вамериус. Как твое имя, боец? – обратился правитель ко мне.

Я соскочил с места и отрапортовал:

- Лейтенант Киариус, третий взвод подразделения псиоников!

- Вольно. Киариус, я так понимаю - ты будешь принимать участие в операции, иначе бы тебя сейчас здесь не было.

- Так точно!

- Сядь уже. Не надо таких формальностей со вскакиванием по стойке смирно.

- Да, Ваше Величество. - Я уселся обратно и стал наблюдать за королем. Как и говорили, он довольно прост в общении. Привлекательной внешности, с обаятельной улыбкой на лице, с синими глазами и длинными, заплетенными в тонкую косу, золотыми волосами. Достаточно молод - всего тридцать четыре года, но показал себя как истинный правитель. Иначе быть и не могло – совет мудрейших не позволил бы взойти на трон человеку, не способному достойно справиться с возложенным на него бременем.

Когда-то королевство Ра Анта ничем не отличалось от прочих государств, и монархия в ней была наследственной, а аристократия, поделенная по титулам и семьям, занималась плетением интриг. Все изменилось, когда двести тридцать лет назад к власти пришел Гуард Ун Пятый. Он сверг с престола своего старшего брата, неспособного принимать твердые решения и приведшего страну в полный упадок.

До того, как встать у власти, Гуарда провозгласили опальным принцем, находившимся в розыске. Он собственными глазами увидел жизнь в стране, узнал все её проблемы и недостатки, большую роль в возникновении которых сыграло отсутствие связи между администрацией и простыми жителями. Гуард пришел к выводу, что нужно создать совет, состоящий из людей знающих свою область, живущих ею, и понимающих, что нужно предпринимать в той отрасли, за которую они отвечают. 

Также, изменению подверглась и аристократия. Король отменил все титулы и родовые фамилии. Был создан новый род, объединивший под собой всех аристократов – Ша Ун Дар. Для того, чтобы укрепить связь между непримиримыми врагами, до этого боровшихся за власть и влияние, в ход пустили заклятие из магии крови – сильнейшей и утерянной со временем магической школы того времени. Суть его заключалась в слиянии кровей различных родов и наложении проклятия на того, кто выберет путь алчущего власти и плетения интриг. Все недовольные этим решением быстро отправились к праотцам. В дальнейшем приняли закон, что королевская власть впредь будет ненаследственной, а приемник выбираться из достойнейших представителей аристократии путем жесткого экзамена и подготовки кандидатов советом мудрейших.

Долгие годы потребовались молодому правителю на то, чтобы восстановить прежнее величие королевства. Но результат превзошел все ожидания – шедшее завещанным курсом государство росло и процветало.

Нынешнего правителя часто сравнивают с Гуардом – те изменения, что он внес в королевстве, были поистине революционными. Хотя, лучше будет сказать, эволюционными, так как он осуществил новый этап. Взять для примера религию: долгие годы с основания церкви империи Окар, тогда ещё бывшей маленьким княжеством, религия Омнар находилась в неизменном состоянии. Лишь лет сто назад она раскололась на два направления – догматичное и дуальное. Догматиками и приверженцами традиций осталось наше королевство, а дуалистическое направление стало развиваться в империи Окар. Они назвали её Хац Омнар. Екарий, основатель этого направления, начал продвигать свои идеи насчет. Сама идея присутствовала в основной религии, но он выбрал другой принцип рассмотрения мироздания. В итоге, Единый предстал в виде дуального начала – Света и Тьмы. А на престол воссели два епископа - представителя каждой стороны. От темного начала предстал сам Екарий, занимающий престол и по сей день. Точный его возраст не известен,но ему должно быть уже не меньше ста тридцати. И влияние Екария гораздо выше, чем епископа светлого начала. Вполне возможно, тот лишь марионетка для отвода глаз жителей империи от истинной политики Екария.

Что же касается нашего правителя и его заслуг, то молодой Иар, с детства интересовавшийся наукой и, в частности, параллельными мирами, был в числе первооткрывателей мира теней. В девятнадцать лет взойдя на трон, сменив Ундара Ун Первого, продолжил заниматься попутно научными исследованиями.

Девять лет назад состоялся консилиум, на котором участвовали ученые и епископы церкви. В ходе этого собрания, длившегося целых два месяца, были сравнены постулаты из священных текстов и то, чего достигла современная наука и магия. В итоге, пришли к выводу, что основа религии схожа с открытиями и знаниями современности, но большая часть имеет морально устаревшие догмы, не отражающие действительность. Следствием стал развернувшийся процесс эволюционного развития религии, целью которого обозначили устранить отставание и идти в ногу с наукой и магией. Расстояние между ними оказалось просто катастрофическим, и покрывать его пришлось целых семь лет.

Пока я размышлял об этом, полковник представил полный отчет о нынешнем состоянии дел и о произошедшем со мной.

- Очень интересно. Вамериус, прошу тебя предоставить мне результаты полученных исследований, как только они будут проанализированы.

- Да, Ваше Величество.

- А теперь приступим к обсуждению плана операции. Как ты и просил, я выслал к вам специалиста - мага по искривлению пространства, который прибудет к вам через полчаса. Он создаст портал, что выведет вас в тыл врага…

Последующие минут двадцать полковник, перехватив инициативу, уточнял все необходимые детали операции. Кроме нас ещё участвовало девять групп. Они также слушали выступление полковника, но в своих бункерах на границе. В сути все довольно просто – было найдено десять точек, откуда исходят сильные возмущения магии, поэтому необходимо прогуляться туда, заглянуть, так сказать, на огонек, найти нехороших магов и отпинать их так, чтобы эти гаврики больше не вздумали играться с электричеством! После чего технично свалить из места, которое сразу же после этого превратят в огненный ад. Все просто и одновременно сложно. По крайней мере, насколько показала разведка магов, «объект отпинывания» находится в хорошо охраняемом месте, а наличие боевых роботов и големов на квадратный метр просто зашкаливало – они там, разве что, на головах друг у друга не стоят.

В тот момент, когда завершилось собрание, в стене возникло белое свечение в форме овала. Оттуда вышел высокий, бледный человек, а за ним проследовала группа людей, принесшая несколько ящиков и молча вернувшаяся обратно в портал. Мужчина, оставшийся с этой стороны, выглядел худым, словно месяц на голодном пайке сидел. Впалые глаза за большими очками, под которыми залегли приличные синяки, говорившие о том, что этот человек частенько пренебрегает сном и принятием пищи, подолгу погружаясь в свои исследования. Длинные каштановые с сединой волосы свисали до плеч, обрамляя его лицо и скрывая выпирающие скулы. Осложняла впечатление ещё и длинная спутанная борода, не доходившая до пояса. Думаю, другим отрядам повезло больше с магами первооснов – именно среди этой братии водились специалисты в необходимой нам области.

Всего существовало три школы магии – маги первооснов, стихийники и лекари. Пожалуй, самым широким профилем обладали первые. В их компетенцию входили телепортация и порталы, пространство и время (да, было с десяток магов, способных немного управлять временем), материя и параллельные миры. Стихийники – в неравной степени, в зависимости от таланта, могли овладеть каждой из четырех стихий. Лекари – ну, с ними все и так понятно. Без них никуда и лекарей хватало с лихвой.

- О, Омнар Всемогущий! Хаугмаэй, ты опять весь в своих исследованиях и забываешь о нормальном распорядке дня?  – выкрикнул полковник, соскакивая со стула, увидев прибывшего. Арнемин, поняв, кого к нам прислали, хлопнул себя ладонью по лицу и тяжело вздохнул. Хаугмаэй - старший брат Вамериуса, но при этом младшему приходилось проявлять заботу о своем непутевом братце, который, если его не отрывать от работы, мог довести себя до голодного обморока. К сожалению, Хаугмаэй не любил носить шуарат, поэтому с ним нельзя связаться привычным способом – только если кто-то вломится к нему в лабораторию и откопает из-под гор рукописных работ. Стационарные компьютеры он тоже не признавал, считая рукопись более надежным средством. 

- Брат? – Он говорил странным голосом. - О, как поживаешь? Я смотрю у вас тут очередная заварушка?

- Да, ничего не попишешь. Нужно создать портал в тыл врага, осаждающего стены на границе. Вот координаты.

- Ноль проблем… Молодые люди, прошу вас, взять подарочек…

Мы заглянули в коробки. Там лежали целые связки гранат и ракет, к которым прилагались ручные ракетницы.

- Э-э-э… вроде как, у нас было задание проделать все без лишнего шума, я не ошибаюсь? – решил уточнить один из бойцов.

- Все верно, но как вы заметили, там имеются боевые роботы и големы. Чтобы упростить вам задачу, это будет… более подходящим решением.

Мы принялись разбирать содержимое коробок. Распихав с десяток гранат и ракет в доставленную с ними сумку, я закрепил её на спине и прикрепил ракетницу.

- Такс… Все готовы? Могу начинать?

Мы дружно крикнули «так точно!», хотя он начал плести контуры портала, вырисовывая их чистой энергией прямо в воздухе, даже не дождавшись подтверждения. Дружно выстроившись в два ряда перед появляющимся порталом, мы активировали все необходимые функции брони, закрыли щитки и приготовили оружие. Мир погрузился во тьму и полнейшую тишину. Я сконцентрировался. Развернув свое сознание из точки до гигантского шара, я стал ощущать все, что происходило не только в этой комнате, но и в соседних, пусть даже и не так четко.

Это состояние сложно описать. Ты и не видишь вовсе, и не слышишь. Это скорее как восприятие вибраций. Чем-то схоже с эхолокацией или даже с рентгеновскими лучами. Ты знаешь о состоянии каждой частицы, охваченной твоим расширенным сознанием. К такому способу восприятия сложно привыкнуть, но по сравнению со зрением и слухом, у него гораздо больше возможностей.

Как только Хаугмаэй завершил создание портала, со словами «задайте им перца по самые намордники!», довольный сказанным, уселся на первый попавшийся стул.

Вдохнув поглубже, словно ныряя в воду, я последовал за Увариусом. Находясь в паре с Ганериусом, мы вошли вторыми. Пересечение границы портала всегда воспринимается, будто ты окунаешься в снег и сквозь него пытаешься прокопаться. Также чувствуется онемение и дезориентация в пространстве. Тех, кто первый раз проходил портал, даже слегка тошнило. Но более серьезных происшествий не наблюдалось.

Нас выбросило на приличном расстоянии от заданной точки в тени от большой скалы. Солнце практически село - уже около пяти. Пока доберемся до лагеря, станет совсем темно. Окарцы продолжали осаждать щиты укреплений. Вот упертые гавнюки! Не поленились же притащить такие силы! Чего им не сидится в своем Окаре?

Я расширил свое сознание до максимально доступного мне предела. То, что я увидел, не внушало надежды – они действительно сконцентрировали у границы очень впечатляющий объем войск. Как им это удалось? Там же сотни тысяч боевых единиц! И от каждой разило ужасающе грязным магическим фоном. От этого у меня волосы на голове зашевелились. Перед нами находились не люди, а големы, роботы и ещё какие-то непонятные создания. Аура темной магии, не проходившая через барьеры щитов, сейчас нахлынула на нас как цунами. Двое бойцов не выдержали этого и отрубились. Мы были вынуждены вызвать подмогу.

Наставник с подполковником возникли в проходе. Передав сослуживцев в надежные руки, мы направились в сторону цели.

Продвижение проходило настолько быстро, насколько позволяла нынешняя загруженность. Барханы взмывали вверх, на пике уходя в плавный спуск. Достигнув верхушки, я выпрыгивал вперед и скатывался на ногах по обледеневшему песку. Вначале несколько бойцов, а потом и все остальные последовали моему примеру.

Несмотря на окружающую температуру, я чувствовал себя вполне комфортно - об этом заботилась одна из дополнительных функций системы жизнеобеспечения. Она позволяла регулировать температуру внутри брони, то есть, ты не замерзнешь даже при экстремально низких температурах и не зажаришься при температуре в тысячу градусов. К сожалению, нагрев воздуха от напалма, что создадут наши воздушные силы, как только будет снята электромагнитная буря, превысит этот показатель в десятки раз. Так что насладиться зрелищем, находясь на месте событий, так сказать, воочию ощутив на себе всю прелесть огненной стихии, не получится.

Да, кстати, система регулирования внутреннего давления позволяет гасить достаточно сильные удары и внешнее давление воздуха, воды или твердой массы, что позволяет погружаться в море на глубину пятиста – семиста метров, в зависимости от уровня солености воды или выжить после падения с большой высоты, получив минимум повреждений.

Цель была уже достаточно близко, когда ночь вступила в свои права. При таких условиях наши силуэты становились трудно различимы при использовании маскировки.

Увариус начал раздавать указания. Пятеро заняли позицию на склоне, приготовив ракетницы. Один прошел чуть дальше и достал снайперку. Проще всего командным залпом снять всех магов, благо их там лишь тринадцать. Но их окружал барьер, и пробить его не сможет даже залп всех ракетниц. Вот же ж! И что же нам делать?

- А вот насчет этого наши разведчики ничего не сказали… - уныло пожаловался Цавериус.

- К сожалению, нам придется подойти к ним вплотную и использовать на себе психические щиты – только так мы сможем преодолеть их барьер, - вздохнув, сообщил нам Увариус.

- Не нравится мне эта идея, но других вариантов нет. - Я «прощупал» ещё раз место будущей бойни. Перед нами на расстоянии метров ста находился лагерь окарцев. В центре лежал каменный диск диаметром где-то тринадцать метров и весивший навскидку целую тонну. На нем расположилась кругом группа магов в черных балахонах. Когда я прощупывал пространство вокруг, меня коробило от отвращения. Я уже подумывал, чтобы отключить экстрасенсорное восприятие и воспользоваться прибором ночного видения, но это слишком рискованно – я окажусь слепым перед магическими атаками.

Мощный барьер. Я горько усмехнулся. И это было не самым худшим в этой ситуации. Вокруг него стоял десяток боевых роботов - неповоротливые четвероноги пяти метров в высоту. Их вооружение состояло из пулеметов и ракетниц. А рядом с ними каменные големы, тоже имевшие внушительные габариты. Весело. Хотя, по сравнению с той массой, что выстроилась в линию и осыпала непрерывным огнем щиты, это просто мелочи. Интересно, они так и планируют продолжать без перерыва?

- В общем, план такой, - обернувшись к нам, произнес Увариус. - Мы подбираемся к магам настолько близко, насколько можем, после чего я подаю сигнал и группа, оставшаяся на позиции, производит залп из ракетниц по роботам. Те, кто пойдут в ближний бой, приготавливаем гранаты, бросаем по сигналу под ноги големам и идем с клинками. Все ясно? Тогда пошли.

Оставив бесполезные сумки и ракетницы, и прихватив лишь по несколько дополнительных гранат, мы залегли на вершину бархана и поползли по песку. Из-за непрекращающегося обстрела, это место было хорошо освещалось, и я уповал лишь на то, чтобы маскировка смогла обмануть слабую электронику роботов Окара. Впереди обозначился небольшой подъем бархана, за который мы могли спрятаться. Вроде бы ни големы, ни роботы не обратили на нас никакого внимания, продолжая тупо стоять, как памятники самим себе.

Увариус подал сигнал на мысленном фоне о начале атаки. Далее мы действовали согласно плану. Приготовив виброклинки и выдернув чеку из гранат, мы активировали психические щиты. Как только пять ракет пронеслись над нами, очертив свой путь белыми полосами, и врезались в боевых роботов, гранаты полетели под ноги големам. Мощная серия взрывов. Мы сорвались с места и ринулись в ещё не успевшие исчезнуть огненные всполохи. Со стороны врага последовала незамедлительная реакция в виде пальбы вслепую из всех стволов.

В огненном вихре передо мной возникла нога голема. Я активировал виброклинок, что держал в левой руке обратным хватом. Резкий дугоообразный удар, сопровождаемый скрежетом рассекаемого камня - на ноге противника возникли глубокие борозды. Поднырнул между ног, и когда голем осел, я запрыгнул к нему на спину и полоснул по шее.

Не дожидаясь момента, когда слетевшая голова коснется земли, я уже в прыжке пересек границу барьера. Соприкосновение двух щитов создало микроразрыв. Их барьер выдержал, хоть и впустил меня вовнутрь, а мой же рассыпался на куски, вызвав приступ дикой боли. Не теряя ни секунды даже на то, чтобы заблокировать её, я рванул к первому магу, с разворота снеся ему голову. Та же участь посетила ещё двоих. Последовавшие за мной через барьер Увариус, Каириус и Ваменириус отправили во тьму забвенья оставшихся. Противник даже не успел понять, что произошло - все было сделано молниеносно, но теперь надо срочно уходить.

Стоило магам погибнуть, барьер исчез, как и исчезла электромагнитная буря. Видимо поняв, что что-то не так, обстрел наконец-то прекратился, и я ощутил на нас внимание огромной массы существ. Жуткое чувство. Оставшиеся рядом несколько целых големов и роботов, ринулись в атаку. Извините, но нам не до вас. Поэтому, ловите гранаты, а нам пора сматывать! 

Рванув в сторону прикрытия, мы быстро пересекли бархан и побежали дальше, сопровождаемые очередью из пулеметов.

Сейчас начнется!

Как только я об этом подумал, сзади вспыхнуло, и огненная волна прошлась по этим землям, сметая все на своем пути и превращая песок в стекло.

Укрывшись за выступом широкой скалы, мы перевели дыхание. Фу-х, еле успели Оглянувшись, я понял, что сегодня мы лишились троих. На мысленном фоне мы отдали дань памяти погибшим.

В этот момент я почувствовал себя как-то странно, словно воткнули голову в вязкую глину, и все мое восприятие сжалось в точку, а мир погрузился во тьму и тишину шлема. После чего, в темноту окунулось и мое сознание.

Глава 1.3Править

Покой и умиротворение. Темнота. Пустота. Бескрайность. Мое тело словно и не существовало - одно чистое сознание, не ограниченное грубой материей. Свобода.

Вспышка осознания. Понимание того, что что-то не так. Что-то непривычно. Что-то в этом неправильно. Реальность? Нет. Сон? Может быть… Нет… осознаю… что я? Кто я? Я…

Я открыл глаза. Передо мной горел костер, а за ним сидел старик в рваном балахоне. Он показался мне смутно знакомым. Покуривая трубку, мужчина держал в руке жестяную кружку, от которой поднимался дымок. Такая же стояла рядом со мной, и из неё исходил дивный аромат. Я обнаружил, что сижу со скрещенными ногами в воде. Как ни странно, но от этого моя одежда не промокла. Интересно, откуда я знаю, что из-за воды она должна становиться мокрой? Ведь моя одежда вполне сухая.

Оглянувшись, я увидел, что водная поверхность простирается покуда хватает глаз. Свинцовые тучи придавали ей темно серый окрас.

Неожиданно все вокруг осветилось фиолетовой вспышкой. Небо и водная гладь на секунду оказались разорваны вдребезги. Раскат грома. Я поёжился. Все затихло. Затем новая вспышка, сопровождаемая таким же мощным ударом грома. За небольшим затишьем следовали ещё и ещё.

Старик молча сидел, как ни в чем не бывало, и задумчиво покуривая трубку, продолжал периодически прихлебывать из своей кружки.

Холодная капля задела мой нос и упала в воду. Рядом плюхнулась другая. Падение остальных ознаменовало собой начало серьезного дождя. Костер шипел и плевался языками пламени, но и не думал сдаваться на милость водной стихии.

Я глянул на старика – он словно и не заметил падавшей с неба воды. Казалось, что капли проходят сквозь него, как если бы его там и не было. Та же ситуация наблюдалась и в отношении меня.

Ещё одна странность выражалась в том, что в каких-то местах капли сбегались в небольшие бесформенные лужицы, висевшие прямо в воздухе то тут, то там или стекали крохотными ручейками, словно по наклонной поверхности какого-нибудь камня. Прямо над нами, будто повиснув на листве деревьев, блестели в свете огня сотни капель. Некоторые набухали и срывались вниз, прямо в костер. Другим везло больше, и они проходили мимо огня.

- Как тебя зовут? – наконец подал голос старик. Я удивился бы, если мог. Или умел… Я же умел удивляться? Или нет… И что значит удивляться? Какое странное чувство отчуждения, но видимо это нормально.

- Меня зовут? У меня есть имя… Я знаю его… Да… Но как же…

Я глянул на кружку рядом со мной. Капли дождя также проходили сквозь неё, и поверхность воды в кружке оставалась такой же спокойной, продолжая источать приятный аромат. Я протянул руку к ней, намереваясь попробовать предложенное мне питье, но, не дотянувшись всего чуть-чуть, ощутил на своем торсе неприятное давление. Меланхолично бросаю взгляд вниз – мое туловище обвивали с остервенелым упорством какие-то черные склизкие щупальца.

Щупальца? Я отрешенно глянул на небо, из туч которого исходили эти длиннющие отростки неведомого существа. И что значит «отрешенно»? Щупальца потянули меня вверх, перевернув вниз головой. При этом, я умудрился задеть кружку. Опрокинувшись, она пролила свое содержимое в воду. Старик молча сидел, покуривая свою трубку, и даже не глянул вслед, пока неведомое существо поднимало меня в небо.

- …очнись! Очнись, кому я говорю! Киариус! Твою ж! Хватит дрыхнуть!

Кто такой Киариус? И что этому кому-то от него надо? И почему он так шумит, когда у меня так болит голова.

Почему-то голова действительно тяжелая, и трудно дышать. А ещё присутствовало ощущение, будто слишком сильно прилила кровь к голове. Также я заметил, что не могу пошевелиться, словно все тело сплетено в кокон.

- Очнись, Киар! Наглая ты морда! Ты там случаем не помер?!

Киариус… Киариус… Киар… да это же я! Это мое имя! Меня так зовут! Что ж это было?!

Передо мной промелькнуло воспоминание из сна и меня кинуло в озноб. Жуть какая! Что ж за дела? Теперь я уже полностью забыл, кем я являюсь и эти сны с каждым разом все опаснее! Хотя, можно ли их назвать снами? Ощущение как во сне, но если судить по тому, что я на три дня пропал из реального мира, то это все-таки не сон. А если это не сон, то та тварь с щупальцами, что схватила меня, тоже реальна!

Я судорожно открыл глаза, морально готовясь к худшему. Но ничего не увидел. Темно. Я повертел головой.

- О! Наконец-то ты очнулся, спящая красавица! – раздался ехидный голос.

- Так. У меня есть несколько вопросов: кто ты, почему тут так темно и как ты меня видишь в этом случае? Ах, да, и откуда ты знаешь мое имя?.. Хотя, если я тебя знаю, то это не удивительно.

- Это я, Ганериус! Ты меня не узнал?

- Не-а. Я свое имя-то вспомнил только после нескольких минут размышления на тему "кто такой Киариус?"

- Ты шутишь?! – удивленно спросил мой собеседник.

- Нет, я на полном серьезе. По ходу дела – у меня память отшибло. Но… - Тут я понял, что начал потихоньку чего-то вспоминать, по крайней мере, какие-то моменты всплывали в памяти. Вот я с наставником спарингуюсь, вот с Тинариусом спорю о какой-то девушке, а вот и Ганериус – мы с ним прогуливаемся по какой-то площади, среди прекрасных по архитектуре зданий города Аль Шуар –столице нашего королевства Ра Анта. И множество других. Все они нахлынули сплошной волной, и я испытал легкий шок.

- Что случилось? Ты так резко замолк! – встревоженно спросил Ган.

После продолжительного молчания, я ответил:

- Ган, ко мне вернулась память. Это странное ощущение. Словами не передать. Подключись ко мне телепатически – увидишь сам.

- Не могу.

- В смысле, не можешь?

- Тут такое дело... Попробуй просканировать комнату – сам поймешь.

Я сконцентрировался и попытался расширить сознание, чтобы оглядеться. Но вопреки моим ожиданиям, у меня ничего не вышло. Сей факт весьма удивлял. Я решил подключиться к мысленному фону Гана, но у меня не получилось. В этот момент до меня дошло, что он пользовался обычным встроенным в костюм передатчиком, который на близком расстоянии псионики никогда не применяли, только в экстренных случаях.

Также до меня дошло ещё кое-что – кажется, я нахожусь вверх ногами.

Я отдал команду компьютеру доспеха на отключение затемнения и блокирования слуха. Правда, от этого легче не стало – вокруг оставалось по-прежнему темно, как в шахте ночью. М-да, не думал, что когда-нибудь все-таки воспользуюсь им, но, прибор ночного видения – пришло твое время!

Мир окрасился в контрастные цвета белого и черного. Имелось множество серых тонов. Теперь я огляделся и окончательно убедился, что подвешен к потолку и заточен в в твердый как камень кокон, только голова свободна. Рядом из такого же кокона торчала голова Ганериуса. Мы находились в какой-то просторной пещере. До пола не меньше десяти метров. На нем покоилась куча костей и что-то, напоминающее фрагменты доспехов. Весело. Дальше, больше - целая куча круглых объектов, размером с голову человека. Яйца. И их там целая сотня. А рядом дремало существо длиной метров семь, с узким, покрытым броней туловищем и кучей мелких ножек под телом и щупалец у головы.

- Эй, Киар!

- Да, я на связи, чего изволите?

- Все шутим? Ты даже в такой ситуации остаешься шутом!

- Что поделать?

- Да ничего! У нас тут такая ж… ситуация, а ты паясничаешь!

- Ваши предложения?

- Я не могу пошевелиться, но если бы рука была поближе к виброклинку или хотя б к бластеру, я уже давно освободился бы!

- Ясно. - Я оценил свое положение и оценкой остался доволен: моя левая рука находилась практически у рукояти виброклинка.

- Фортуна на моей стороне, слава Омнару!

- Фу-х! Какое облегчение! Не горел желанием оказаться закуской для какой-то многоножки-переростка!

- А уж что касается её детенышей! Боюсь представить, что она нас оставила именно для них.

Я попытался пошевелить рукой, но, хоть и рукоять была близко, дотянуться до нее я не мог. Мы попали… Я сильнее стал дергать руку. Эффект оставался тем же. Подключил к спасательной операции все свое тело, стараясь хоть как-то исправить ситуацию, но куда там! Даже ни на миллиметр не сдвинулся!

Видимо мои попытки к бегству привлекли внимание мамаши и эта тварь зашевелилась. Я прибавил усилий. Кажется, начало поддаваться. В этот момент существо выгнулось и повернуло свою пасть ко мне. Со стороны Гана я услышал приглушенное «и-и-к». С десяток маленьких глазок уставились на меня. Щупальца зашевелились и потянулись в мою сторону, да и сама многоножка подняла свою тушу в полный рост.

В этот момент то, что удерживало мою руку поддалось, и я, освободив её, выдернул виброклинок. Распоров заднюю и боковую часть, я стал крошить кокон с такой скоростью, на какую только был способен. Высвободив верхнюю часть туловища, я рубанул по потянувшейся ко мне конечности. Послышался зубодробительный визг. Выхватив бластер и срезав остатки кокона с ног, сделав в воздухе переворот, я приземлился на ноги.

Ай, больно-то как!

Система регулировки давления погасила удар, но он все равно ощутим. Вот же ж! Даже пси-прыжок осуществить не могу. Скверно. Будем выкручиваться, а о том, в чем причина потери способностей, подумаем на досуге.

Я выстрелил в кокон Гана несколько раз. Тот рассыпался, и напарник полетел вниз. Сгруппировавшись, он погасил удар перекатом.

Я вовсю крутился и уворачивался от атак своего противника, попутно орудуя кинжалом и уменьшая целостность панциря. На удивление для своей комплекции тварь двигалась проворно, я еле поспевал за её ритмом. К сожалению, виброклинок коротковат для такой туши. Несмотря на то, что его прозвали оружием массового уничтожения, и он способен резать камень, против многоножки с ним не повоюешь: даже повредив броню, я не смогу достать до жизненно важных органов.

- Ган, так мы с ней не справимся! Надо как-то заставить её отобедать гранатой!

Ответив, что гренадерство он предоставляет мне, Ган направился в сторону кладки и открыв огонь по яйам из бластера. Не ожидавшая такой подлости, тварь завизжала так, что я чуть не оглох. Чудом не упустив момента, я запустил вовремя приготовленной гранатой и попал в открытую глотку. Многоножка ринулась в сторону Гана.

Ба-бах! Верхняя часть существа вздулась и лопнула как перезрелый фрукт. Нас накрыло разлетевшейся во все стороны жижей и оторванными кусками плоти.

Бу-э, ну и гадость. Я оказался весь с ног до головы в мерзкой слизи. Удерживая перед собой руки, я попробовал стряхнуть с них налипшую субстанцию.

- Интересно, тут есть где-нибудь вода? – подошел ко мне Ган, также снимая с себя ошметки.

Я пожал плечами и направился к куче костей. Как и думал, это были доспехи гвардейцев, неожиданно пропавших несколько месяцев назад. В тот день на границе Великой пустыни и океана Бурь засекли странный сигнал, по своим качествам напоминавший открытие портала в другие миры. Недолго думая, туда направили воздушный транспортник, на борту которого был отряд из десяти гвардейцев, двух ученых и возглавлял его подполковник Арнемин. Прибыв на место, они начали разворачивать оборудование, после чего связь с ними пропала. Отправленные следом поисковые отряды нашли брошенный транспортник и оборудование. Никаких признаков нападения не обнаружили. Они просто взяли и исчезли, оставив свое снаряжение.

Неделю спустя из этого места поступило сообщение от подполковника. Оказалось, он единственный смог спастись. Он был в тяжелом состоянии, потребовалось полмесяца на реабилитацию.

Подполковник поведал о том, что вся его группа мертва. Когда они прибыли на место, все шло гладко и тихо. Датчики показывали полное отсутствие признаков жизни в радиусе нескольких километров. Когда же ученые запустили свое оборудование, случилось нечто: один за другим все в группе потеряли сознание, а когда Арнемин очнулся, то обнаружил себя в какой-то пещере. Он смог освободиться из кокона и попал в сеть тоннелей. Долго плутал по ним и через неделю набрел на выход. Поисковая группа отправилась на место, где обнаружили Арнемина, но так и не смогла отыскать тот проход в пещеры. Через некоторое время подполковник вернулся к исполнению своих обязанностей, но характер его, до этого и так не ангельский, испортился до невозможного.

- Выходит, группа Арнемина столкнулась с этой же тварью.

- Похоже на то. - Ган подошел поближе и сел на корточки рядом с останками. - У них не было и шанса против этой твари: она обладала невидимостью.

Я удивленно уставился на него.

- Да. Когда эта тварь возникла рядом с тобой, она была невидима. Ты не успел заметить её ясновидением, так как она оплела тебя, и в этот же миг сработало какое-то заклинание. Только благодаря этому мы обнаружили её присутствие. Видимо им она не только усыпила тебя, а впоследствии и меня, но и заблокировала способности.

- А что с остальными?

- Скорее всего, они атаковали её и, поняв, что у неё нет и шанса против такой группы, она ретировалась, прихватив нас с собой. Насколько я понял, она использовала телепортацию, иначе бы далеко не скрылась.

Я глянул на труп огромной туши, валявшейся рядом. Этот монстр мог использовать телепортацию? Это не есть хорошо. Если в этих пещерах водятся ещё такие же, то нужно с этим что-то делать. О своих мыслях я сообщил напарнику.

- Ты прав. Нельзя оставлять этих тварей бродить свободно, где им вздумается. Я пробовал связаться с нашими - увы, здесь сигнал не проходит. Надо выбираться на поверхность.

Мы почтили память погибших и, уничтожив оставшиеся яйца, вышли из этой пещеры. Перед нами открылось огромное пространство, уходившее во все стороны. Высоченные своды скрывались во мраке. Их не получалось разглядеть даже с помощью прибора ночного видения. Впереди зиял обрыв, также уходивший в необозримую тьму.

- Направо или налево? – глянул я на Гана.

- Бросим монетку?

- А она у тебя есть?

- Всегда найдется! – оптимистично заявил он.

- Это твой излюбленный способ решения проблем… - обреченно вздохнул я. - А если встанет на ребро?

- Ну, тогда прыгнем в пропасть, - усмехнулся Ган. Я глянул ещё раз в эту бездну. Подцепив носком ботинка небольшой камешек, я спихнул его в пропасть - полет в тишине, результат которого мне не суждено увидеть.

Сняв перчатки и вытащив откуда-то монетку, Ган положил её на палец правой руки и, щелкнув, подбросил в воздух. Мелодичный звон огласил просторы пещеры. На мгновенье исчезнув, монета упала на каменный пол. Несколько раз отпрыгнув и немного покрутившись, она улеглась решкой вверх. Обычный маленький медяк: с одной стороны герб страны – меч обвитый драконом, с другой значился номинал. Кроме деления по номиналу ещё применялись разные виды материала, будь то платина, золото, серебро и медь. К примеру, одна платиновая монета номиналом один стоила сто золотых с таким же значением. А в целом, наша денежная система носила название кабх, хотя оно не очень популярно в народе и его предпочитали опускать, называя монеты просто по типам металлов, из которых они изготовлены.

- И что означает твоя решка, о, великий провидец? – с ехидной заинтересованностью спросил я.

- Направо! – уверенно заявил напарник, подбирая монетку. Я глянул в указанном направлении - собственно, оно ничем не отличалось от противоположного. Поэтому, плюнув на все, я последовал за Ганом.

Туннели пещер однообразно петляли и сменялись друг другом. Периодически перед нами появлялись развилки, и Ган все тем же способом выбирал, в какую же из них нам двинуть дальше. Перед началом движения в эти запутанные коридоры, я запустил в шуарате функцию отслеживания пути, и сейчас у меня красовалась карта приличной протяженности. Если судить по компасу, функция которого имелась в данном приложении, то мы удалялись на север. Это заставляло немного нервничать, ведь мы вполне можем выбраться на территории оборотней, а я совсем не горел желанием близко знакомиться с этими ребятами.

Наши блуждания тянулись уже несколько часов. Решив немного передохнуть, мы устроили привал и собрались перекусить. Сняв шлем и перчатки, я глубоко вдохнул: наполненный сыростью воздух обжигал холодом.

Все вокруг покрывало белым ковром инея. Восхищенно осмотрев это творение природы, блестевшее в свете фонаря шуарата, я мельком бросил взгляд на поставленный на пол шлем. Слизь на нем, как и на других частях доспеха высохла и где-то уже сама отваливалась - это внушало надежду, что мне не придется смывать её самому. Еще одной хорошей новостью стало то, что здесь относительно тепло, если судить по датчикам, то всего-то двадцать градусов мороза. Ган же, в отличие от меня, остался в шлеме, лишь открыв щиток.

Перекидываясь отрешенными фразами, мы достали из сумок посуду и выделитель воды. За каких-то десяток минут этот чудо прибор, имевший форму узкого цилиндра высотой десять сантиметров и трубку водоотвода, смог из воздуха выделить воды на тарелку и полный бокал. Жидкость при данной реакции сильно нагревалась и в дополнительном подогреве не нуждалась.

Быстро закинув в тарелку кубик «сухаря» и подождав пару минут пока он разбухнет, превратившись в пюре из картофеля, мы перекусили. Ополоснув и сложив обратно в сумки утварь, можно было продолжать свой путь.

Прошло ещё часа четыре, прежде чем мы вышли в огромную пещеру с обрывом, поделившим её на две части посередине. Я глянул на карту, не вернулись ли мы обратно. Нет, если верить данным на ней, это место находилось в нескольких десятках километрах от начала нашего пути.

- Арнемин целую неделю плутал по этим пещерам, - тоскливо заметил я.

- Будь оптимистом – у нас есть шанс, что мы выберемся быстрее!

- Или будем тут плутать ещё дольше, - мрачно добавил я.

Я осмотрел обрыв - все же он отличался и был значительно больше. Да и на той стороне имелся проход, туннель которого поднимался вверх.

- Думаю, нам надо перебраться на ту сторону. Там есть путь, который, скорее всего, ведет наверх, – озвучил мои мысли Ган и указал на тонкое каменное соединение, проходившее через обрыв. Критично глянув на этот горе-мост, я сообщил ему, что не собираюсь погибнуть столь глупой смертью, попробовав перейти по этому ненадежному природному образованию, после чего направился искать другие способы попасть на ту сторону. Но Ган уже был на мосту и на четверть его преодолел.

- Ты совсем псих?! Жить надоело? Если да, то я пас! Даже и не подумаю спасать твою тушу, если ты полетишь вниз!

- Да ты не волнуйся, я и не думал о такой любезности с твоей стороны. - Он перешел мост уже наполовину, балансируя и аккуратно ступая.

- Вот и прекрасно! – Но, тем не менее, я остановился и напряженно следил за напарником, сдуру ринувшимся на поиски приключений. Когда он перешел на ту сторону и принялся строить победоносную позу, я с облегчением вздохнул и обозвал его идиотом.

- Так ты думаешь перебираться сюда? Или решил остаться в этих пещерах ещё на неделю, последовав примеру Арнемина? Если так, то потом не жалуйся, что тебя не взяли на исследование находки!

Некоторое время поколебавшись, я послал все во тьму и сделал шаг на мост. Вроде бы устойчивый. Сделал второй. Третий более уверено. Дальше я уже шел спокойно. Пересекая середину, я услышал предательский хруст. Я замер. Душа ушла в пятки и отказалась делать следующие шаги, ни под каким предлогом. Ган также застыл на той стороне, но, оправившись быстрее меня, крикнул мне бежать.

Хруст и мост слегка опустился. Ещё хруст. Я собрал волю в кулак и сорвался с места во всю прыть, на какую только был способен.

Мост дернулся и сорвался вниз. Оттолкнувшись, я прыгнул на уцелевшую часть. Пытаясь удержать равновесие, я замахал руками. Ган рванул ко мне, протягивая руки вперед. Но в этот момент кусок скалы, что удерживал меня, издав печальный хруст, последовал за упавшей частью вниз, а вместе с ним и я. Рука Гана схватила пустоту.

Я летел вниз головой, рассекая потоки воздуха, все дальше и дальше опускаясь в глубины бездны. Есть ли у неё дно? Глупый вопрос, конечно, но что-то я долго падаю… и боюсь, что приземление закончится для меня плачевно. Никакой самый крепкий костюм не поможет погасить такой удар.

Вокруг меня стали возникать и уноситься вверх острые пики минеральных образований. Так, а это шанс!

Я выхватил виброклинок из ножен и, перевернувшись в воздухе, всадил его в выросший рядом со мной столб. Искры полетели во все стороны, а я продолжал все с той же скоростью лететь вниз, из всех сил удерживая рукоять виброклинка. Приблизившись на достаточное расстояние к поверхности дна, я резко упер ноги в стенку столба и, вытянув клинок из него, совершил обратное сальто. Приземлившись на обе ноги, я поклонился невидимым зрителям и театрально прижал правую руку к сердцу, принимая воображаемые овации.

Шутки в сторону. Теперь как мне выбраться отсюда?

Я попытался связаться с Ганом, но сигнал не доходил до него. Осмотрев все вокруг, я нашел одно единственное ущелье, являвшееся выходом из этого места. И на том спасибо, а то бы пришлось ползти по стенам, а-ля альпинист. К величайшему сожалению, кроме виброклинка, в этом мне больше ничего помочь не сможет, а значит, подъем будет очень долгий и сложный.

С этими мыслями, держа виброклинок и бластер наготове, я вошел в ущелье. Оно было невероятно узкое, и постепенно верхняя часть все больше сужалась. Подумав о том, чтобы вернуться назад, я снял перчатку - мою руку обдал сильный сквозняк, а это значит, что впереди есть проход. Надеясь на лучшее, я продолжил путь.

В конце концов, мне пришлось уже ползти на коленях, когда я уперся в тупик. Твою ж! Я оглянулся и заметил в потолке небольшое отверстие. Снова сняв перчатку, я поднес туда руку. Мои опасения оправдались – именно из него тянуло холодом. Попытка заглянуть туда у меня не вышла. Ну, что ж, остается только податься в рудокопы.

Я убрал бластер в кобуру. Ухватившись за кинжал двумя руками, я начал им кромсать вокруг отверстия. Через час работы вибрационное поле клинка, издав звук «бвууфф», потухло - закончился заряд. Теперь придется подождать, пока он восстановится.

Глянув на лезвие виброклинка, я нежно провел по нему рукой. Форма кинжала у каждого бойца уникальна и неповторима. Также, каждый псионик, получив виброклинок, давал ему имя, высекая его на лезвии. Таким образом, мы вкладывали в оружие душу и индивидуальность. После этого оно становилось живым и хранило своего владельца на протяжении всей жизни. Сломать или, ещё хуже, потерять его, считалось ужасной утратой для бойца, ведь клинок становился его неотъемлемой частью.

На лезвии моего высечено рунами название «Коготь дракона». Это мифические существа, существование которых никто так и не подтвердил. Хотя, легенды складываются не на пустом месте и, вполне возможно, когда-то они обитали в этом мире.

Убрав клинок в ножны, я заглянул в вырезанный им проем – уже можно пролезть. Узкое пространство уступило просторному, и я вздохнул с облегчением. Очередная пещера, но тоннели здесь очень широкие. Несколько шли вниз, а один вверх. Сверившись со своей картой и, убедившись, что пещера находится значительно южнее места моего падения, я направился по тому, что вел наверх.

Сбоку послышался шорох. Молниеносно среагировав, я кувыркнулся в сторону и достал оба своих оружия. На то место, где я только что находился, скользнула какая-то тень и исчезла в одном из туннелей.

Что это было?

Я пятился назад, напряженно следя за скрывавшимися во мраке коридорами, попутно оглядываясь по сторонам, выглядывая возможные места засад. Но сколько бы я так не шел, нового нападения не последовало.

Я повернулся лицом вперед и пошел в быстром темпе.

Следующий час блужданий по извилистому туннелю привел меня в очередную высоко сводчатую пещеру. Беглый осмотр вызвал у меня желание вернуться обратно - все стены до потолка зияли глазницами проемов, в которых вполне могли прятаться какие-нибудь местные обитатели. Так, придется воспользоваться старым добрым «хамелеоном».

Я запустил систему маскировки, надеясь, что это поможет укрыться от неизвестных созданий. А ещё лучше, если здесь таковых вообще не будет!

Аккуратно пробираясь через центр пещеры, я напряженно всматривался в проемы. Вроде бы тихо и никто даже и не собирается выскакивать на меня из укрытия. Тем не менее, я не терял бдительности и не думал расслабляться раньше времени.

За спиной послышался шелест - я обернулся, приготовив клинок, внимательно вглядываясь в окружающую обстановку. Опять тишина. Я посмотрел наверх, и моим глазам предстало живое колышущееся море на потолке. Тысячи и тысячи каких-то мелких крылатых созданий мирно сидели на своде пещеры и создавали эдакий мохнатый ковер. Будем надеяться, что там они продолжат сидеть и дальше, а мне пора отсюда выбираться.

Я сделал шаг назад и задел ногой камешек- с тихим стуком тот отскочил от меня. Я выругался про себя и замер на месте. Создания на потолке не подали виду, что это их встревожило.

Кажись, обошлось. Я аккуратно повернулся и уперся нос к носу с какой-то мохнатой зверушкой, с любопытством рассматривавшей меня. Совсем кроха, но длинные кожистые крылья удерживали её беззвучно на уровне моей головы. Из её мохнатой тушки свисали непропорционально длинные задние лапы. Также у данного представителя местной фауны отсутствовали глаза, но имелись огромные уши и ужасающая, наполненная острыми зубами пасть. Это не внушало оптимизма. Тварь явно с интересом наблюдала (если так можно выразиться в связи с особенностью её анатомии) за нежданным посетителем их обиталища. Может, она не голодная? Или они питаются какими-нибудь мелкими зверьками. Или вообще травоядные?

Я продолжал стоять на месте, надеясь, что летучая тварь потеряет ко мне интерес и вернется в свою общину. Но она упорно парила передо мной, зависнув на одном месте. Мне надоело ждать, что предпримет это мохнатое недоразумение, и я сделал мягкий шаг в сторону. «Это» также слегка повернулось за мной. Я замер, приготовившись к неизбежной атаке. Но её опять не последовало. Делать нечего, я попробовал сдвинуться ещё на шаг - реакция та же.

Я мягко обошел существо по дуге и стал пятиться спиной к выходу, который приметил, играя в гляделки с крылатым созданием. За спиной снова раздался шорох. Оглянувшись, я увидел ещё нескольких существ. И на этом не закончилось: уже со всех сторон доносился шорох и один за другим с потолка начали спускаться эти летуны.

Так, дело пахнет керосином! Надо срочно отсюда выбираться!

Уже без всякой осторожности, я кинулся пробираться мимо спустившихся поприветствовать гостя созданий. Видимо, им не понравилось, что я не оценил гостеприимство, и они всей кипой набросились на меня.

Что тут началось! Визг, писк, рычание. Я отмахивался от них кинжалом и отстреливался бластером, пробивая себе дорогу к выходу. Они облепили меня всего, пытались раскусить доспех. В какой-то момент, понеся большие потери, летуны все же отстали от меня и накинулись пожирать павших собратьев. Кто-то ещё пытался нападать, но я точным выстрелом пресекал эту попытку намертво.

Когда я пересек границу, отделявшую пещеру от следующего коридора, преследование прекратилось. Впереди виднелась небольшая развилка, поворот налево вел вверх и там проглядывался свет. Кажись, выход. Отключив прибор ночного видения, я выскочил в проход словно ошпаренный.

Яркий свет, ударивший мне в глаза, чуть не ослепил. Наконец привыкнув к нему, я смог оглядеться. Вокруг лежал снег, и возвышались белоснежные горы. Больше ничего. Круто я попал. В Арктию.

Глава 1.4Править

Так. Будем надеяться, что меня успеют отсюда забрать до прихода незваных гостей. В королевстве были наслышаны о невероятной способности оборотней возникать, будто из-под земли, стоило кому-то отправиться на изучение необъятных просторов Арктии. Единственный способ её исследования оставался только с воздуха, а из-за частых снежных бурь в холодную пору и туманов в теплые периоды года, этим способом удавалось воспользоваться крайне редко. Итогом стало то, что Арктия остается, и по сей день, такой же загадочной и неприступной, как и многие века назад.

Собравшись связаться с базой, я поднес правую руку к шуарату. Тут я заметил, что всю поверхность доспеха покрывают странные полосы. Приглядевшись внимательно, я понял, что это следы от когтей тех крылатых тварей.

О, Омнар Всемогущий!

Я пришел в тихий ужас. И было от чего: эти твари своими когтями и клыками смогли нанести глубокие борозды на прочнейшем из материалов, что когда-то был создан нашими инженерами! Подумать только, какой крепостью и остротой должны обладать их когти!

Я достал из-за спины винтовку и виброклинок, чтобы оценить их состояние. Если на виброклинке каких-либо повреждений я не обнаружил, то винтовка представляла собой жалкое зрелище. Тоже можно сказать и о бластере. Черное покрытие «хамелеона», также имевшее место и на оружии, сильно повреждено. Чувствую, реставрации они не подлежат, только переплавке. Как и мой доспех. 

Я вызвал меню шуарата. Полоска индикатора связи моргала в области нуля. А, тьма! Придется лезть на возвышенность!

Осмотревшись, я направился в сторону горы, показавшейся мне самой высокой из тех, что наличествовали вокруг. Тени от них тянулись и скрывали собой большую часть пространства. Светило лишь слегка высовывалось из-за их массивных хребтов, грозя вот-вот спрятаться совсем. Глянув на время в правом углу экрана шлема, я увидел, что сейчас всего два часа дня. А это значит, что я где-то очень далеко на севере, раз солнце уже настолько низко. Как я оказался в таком месте? Можно, конечно предположить, что гнездо той твари было именно в Арктии и она просто телепортировалась на границу пустыни в поисках пищи. Но, эта теория не объясняет многие неудобные факты, о которых стоит подумать по возвращении на базу.

Подъем оказался довольно сложным: снега много, и я буквально плыл в нем по пояс. Несколько раз, чуть не сорвавшись на крутом уступе, я чудом умудрялся зацепиться за выпиравшие камни. Увы, хоть по большей части склон пологий, но попадались места, имевшие почти вертикальные подъемы. Здесь приходилось применять виброклинок, чтоб не сверзиться и не свернуть себе шею.

Наконец преодолев самый сложный участок горы, я присел, решив отдохнуть немного. Солнце неуклонно катилось к закату. На подъем я потратил около часа. Нужно торопиться. До вершины осталось немного, но сил уже практически нет. Пушистый снег, разлетавшийся от легкого мановения руки, сейчас казался тяжелее камня.

Из последних сил перевалившись на южную сторону, я нырнул в снежное покрывало. Единственным моим желанием было уснуть и больше никогда не просыпаться. В бездну все!

По начавшему темнеть небу неспешно плыли облака, окрашенные в багровые оттенки. Покуда хватало глаз, пространство представляло собой заснеженные горные хребты, где-то торчали голые скалы, снег на которых удерживался лишь на некоторых участках. Встречались фрагменты сосновых и еловых порослей, представлявших собой от силы десяток жухлых деревцев.

Снова обратившись к шуарату, я увидел полоску индикатора на отметке в двадцать три процента. Не густо, но нам ли жаловаться? Включив дозвон, я стал дожидаться ответа. Передо мной возникла голограмма. Наставник, видимо, уже потерявший надежду, что когда-нибудь увидит меня вновь, переполненный радостных чувств, бросился выяснять, как мне удалось выжить.

Немного остудив свой пыл, он сообщил, что Гана уже забрали на базу - оказалось, тот путь, добраться до которого вслед за Ганом мне не удалось, действительно вел наружу. Напарник рассказал о том, что с нами произошло, поэтому эту часть истории я мог опустить. О том, что было дальше, я продолжил лишь после того, как наставник подтвердил, что транспортник уже выслали. Он прибудет лишь через час. К сожалению, открыть рядом со мной портал не было возможности из-за сильных магических аномалий этой местности, которые даже на технику влияли не лучшим образом, в чем я убедился, глядя на расплывающееся и идущее полосами изображение.

В общих чертах рассказав о своих приключениях, я решил узнать, что случилось после проведения диверсионной операции. Наставник сообщил, что из всех отрядов, участвовавших в операции, мы понесли потери в двадцать девять человек. С учетом сложившейся ситуации, это небольшая цена, но, тем не менее, было большой утратой для нас. В армии сложилось так, что каждый вид войск становился огромной семьей для своих бойцов, и потеря какого-нибудь её члена, сродни потери родного человека. У нас проводился кровный ритуал посвящения в братство, как и в случае с аристократами, роднившего бойцов между собой.

Королевство Ра Анта, несмотря на самую сильную армию в мире, мирная страна. Мы не стремились воевать с другими государствами, но и допускать нападений на нас также было неприемлемо. Каждая человеческая жизнь важна. Она давалась Омнаром как великий дар, и забирать его человеком у других разумных существ категорически запрещено.

Тем не менее, не все страны приняли это, в особенности Окар, продолжая, огнем и мечем навязывать свои порядки, и считая других проклятыми еретиками.

- Что самое интересное, когда был снят электромагнитный барьер и мы смогли произвести сканирование местности, по полученным данным у границы со стороны Окара собралось порядка трех миллионов боевых единиц.

- Сколько? – Я не поверил услышанной информации. Насколько я знал, всего население Окара составляло чуть больше пяти миллионов. И это при том, какую огромную территорию они занимают. Если взять для сравнения наше королевство, за минусом Великой пустыни и Арктии, то она почти в два раза меньше по площади. И при этом, численность населения в нашей стране достигала почти восьми миллионов. Примерно в таких же пределах и у других крупных государств.

Серьезных войн наш мир не знал уже лет триста, мелкие и вялотекущие военные конфликты присутствовали, но сильно не влияли на демографическую ситуацию в мире. Бывали вспышки каких-нибудь опасных болезней, но с ними удавалось справляться с низкими потерями. В чем же причина столь низкой численности населения в Окаре, остается только догадываться. Он уже много столетий был закрытой для остального мира территорией. Окар ни с кем не вступал в торговые или дипломатические отношения, лишь периодически пробовал на прочность оборону соседей. Исключением оказалась последняя война магов, в которой окарцы вынуждены были вступить в альянс с несколькими государствами против восточного континента.

- Около трех миллионов боевых единиц. И среди них людьми были только те десять групп магов. Остальные роботы, големы всех видов и мертвяки.

- Некромантия? Они взялись за такое? - Я закусил губу, размышляя над сказанным.

И, как оказалось, это ещё не все: в тот день, когда был вскрыт вход в руины, над столицей Окара, Нагашине стал образовываться огромный энергетический сгусток. Откуда они взяли силы, чтобы создать его, ума не приложу, но, видимо, он связан с появлением у окарцев столь огромной армии. Остаются другие вопросы: зачем им понадобилось так неожиданно бросать осаду альянса и нападать на нас, и куда делась другая часть их армии, которая состояла из людей и участвовала в осаде?

С одной стороны, призови окарцы такие силы и одним махом заверши войну с альянсом, а потом, взявшись за нас, они не добились бы эффекта неожиданности. Но, в тоже время, если у них был такой козырь в рукаве, почему они не воспользовались им раньше? Либо эта возможность появилась только сейчас, и они решили не размениваться по мелочам, а сразу ударить по самому сильному противнику, либо они дожидались какого-нибудь события, на вроде завершения раскопок древних руин. Только, зачем им понадобились эти руины? Неужто, ожидают, что там есть что-то стоящее их внимания, или опасаются, что это достанется их самым злейшим врагам?

Вопросов море, но ответы… сможем ли мы найти их, окунувшись в просторы забытых тоннелей?

Времени до прибытия транспортника, было ещё хоть отбавляй, поэтому я решил поспрашивать у наставника насчет мира теней. На это он ответил, что лучше с ним обратиться к Уне – она с удовольствием и в полной мере удовлетворит меня на сей счет. Представив, как это будет выглядеть, я усмехнулся: опять нацепит кучу проводов и будет сканировать своими датчиками.

Какое-то движение привлекло мое внимание. Солнце уже село и стало довольно темно, поэтому я включил прибор ночного зрения и огляделся. У меня по спине прошел холодок. Я слишком быстро расслабился, увлекшись расспросом наставника: по склону горы в мою сторону двигалась, причем довольно быстро, целая группа крупных мохнатых созданий - оборотни.

А, бездна! Только вас мне ещё и не хватало!

Их слишком много – не меньше десятка. Я сообщил об этом наставнику и, вырубив связь, направился во всю прыть, на какую только был способен, в обратном направлении. По снегу от них далеко не убежишь, да и сражаться на открытом пространстве с ними не очень сподручно. Надо только добраться до входа в пещеры и попробовать продержаться, заняв позицию в проходе, сражаясь с двумя-тремя сразу. По крайней мере, буду защищен от нападений со спины. Правда, имелась опасность, что летуны решат отправиться на охоту и застигнут меня не вовремя. Остается надеяться, что того перекуса из их собратьев им будет вполне достаточно, чтобы отказаться от поисков новой добычи.

Благо, что мне приходилось спускаться вниз, а не подниматься, как в случае оборотней. Несмотря на весь снег, что окутывал эти горы, он сыграл мне на руку: большую часть пути я преодолел, просто скатившись по проторенному мной пути. Но когда я достиг подножия горы, ситуация поменялась до противоположной. Здесь снег сильно замедлял мое движение и вскоре оборотни нагнали меня. До прохода оставалось ещё метров пятьдесят, а они окружили меня со всех сторон. Я достал бластер и виброклинок. Похоже, сражение предстоит жаркое.

Оценивая сложившееся положение дел, я стремился мыслить позитивно, но где-то на периферии сознания, предательская мысль кричала о том, чтобы податься в панику. Я послал её в бездну и попросил передать привет тьме. Перехватив поудобнее виброклинок и подсчитав, что оборотней двенадцать особей, я со словами «потанцуем», ринулся в атаку.

Матерые твари, превышавшие ростом меня на голову, оскалив хищные пасти, кружили вокруг. Не ожидавшие такой наглости от добычи, они малость обалдели. Это дало мне некоторое преимущество, и первых я уложил быстро - одному всадив клинок в шею, другому выстрелив прямо в разинутую пасть. Минус двое. Осталось десять. Остальные, сообразив, что поиграть с добычей не получится, кинулись на меня всем скопом. Эх, жаль не могу воспользоваться пси-щитом или волновым взрывом.

Подсев, я крутанулся и взмахнул клинком, но не попал по цели – уж больно быстро они двигались. Энергетические снаряды также не достигали желаемого результата - от них уворачиваться этим проворным тварям было ещё легче.

Что делать? Если я сейчас ничего не предприму, то долго не выстою. Пару раз я уже успел пропустить их атаки, одна чуть не повалила меня в снег. Чудом устояв, я все же отстрелил гаду, что набросился на меня, полчелюсти. Этого оказалось достаточно, чтоб вывести его из рядов нападающих. Добить раненого, к сожалению, у меня не вышло - оставшиеся волчары позаботились об этом.

Девять. Мысли лихорадочно крутились в голове, пытаясь найти выход из этой безнадежной ситуации. Гранаты! Но у меня осталась одна - толку от неё будет мало, если просто бросить им под ноги, так как они могут отскочить. В лучшем случае, это заденет лишь нескольких особей.

Совершив разворот, я натолкнулся взглядом на вход в туннели. Над ним застряли камни, удерживаемые поросшими кустарниками. Точно!

Я ринулся в сторону входа, беспорядочно стреляя из бластера и размахивая клинком во все стороны. Одна тварь попробовала откусить мне руку, но это стоило ей отстреленной головы. Восемь. Перехватив клинок в правую руку, я достал из сумки последнюю оставшуюся у меня гранату. Немного отвлекшись, я все-таки пропустил удар в спину, поваливший меня на землю. В этот момент я уже успел выдернуть чеку и выронил гранату в снег. Упс. Взмахнув правой рукой назад и воткнув виброклинок в горло потянувшейся ко мне твари, я соскочил и прыгнул в проем туннеля. Волна пламени, подхватив меня, бросила вперед. Пролетев с десяток метров, я неловко шлепнулся на пол туннеля и несколько раз перекувыркнувшись, был беспардонно остановлен встречей со стенкой.

Взрыв, сотрясший своей силой всю пещеру, обрушил камни и завалил проход. Мелкая крошка продолжала сыпаться с потолка ещё минут пять, потом все стихло. Я смотрел на перевернутый мир некоторое время, потом посчитав, что вполне пришел в себя после такого полета, оттолкнулся от стены и принял нормальное положение. Ой-ё. Хруст-хруст. Я размял спину, насколько это позволял доспех. Знатно меня припечатало. Пройдя немного, я подобрал виброклинок и бластер и поместил их на место.

Так, к летунам я больше ни ногой. Благо, что тут есть ещё один путь, куда я и отправился. Он мало чем отличался от тех, что я уже успел повидать - такие же грубые каменные стены, созданные усилиями каких-то местных обитателей. Уныло оглядев эту картину, я продолжил свой путь по извилистому туннелю.

Через несколько часов монотонной ходьбы по бесконечному коридору, который ни разу не пересек ни одного другого тоннеля, я вконец выбился из сил и решил устроить привал. Мой ужин на этот раз состоял из каши с овощами и мясом. Довольно экстравагантное блюдо, скажу я вам. Но его иногда подают в нашей столовой. Перекусив, я пристроился у стены, вытащив из ножен виброклинок и сняв со спины винтовку. Нужно отдохнуть несколько часов и опять продолжить поиски выхода.

Мое сознание находилось на грани сна и яви. Усилием воли я не позволял ему окунуться в пучину более глубокого сна. Через приоткрытые веки я наблюдал за обстановкой вокруг. Но они словно свинцом налились, и сладкие объятия забвения все ближе подбирались ко мне.

Кажется, я задремал. В связи с последними событиями, это не удивительно - я полностью выбился из сил. Можно позволить себе поспать. Но сон мой чуткий и зажатый в левой руке клинок в любой момент готов вступить в сражение. Совсем чуток посплю.

Мир вокруг словно ускорил течение своего времени. Казалось, я выпал из этого потока и наблюдал за своим телом, сжавшимся в стену туннеля и удерживающего кинжал у своей груди. Несмотря на непроглядную тьму, я видел, как если бы в освещении не нуждался вовсе. Вокруг меня проплывали странные тени, не обращавшие на мое сгрудившееся у стены тело никакого внимания. Они следовали своими, казавшимися им более важными делами, чем тревожить покой чужака, решившего по глупости оказаться в этом месте.

Но, все же, внимание одной тени этот объект привлек, и она, ненадолго застыв посередине туннеля, направилась к моему телу. Темная, сотканная из сгустков тьмы, она обладала несуразной формой: высокая, почти метра три ростом, с длинными ногами, правая без стопы, правое плечо значительно возвышалось над головой, и было по форме больше. Рука же, прикреплённая к этому плечу, достигала пола и чуть ли не волочилась по нему. Что касается левой, то она, словно иссохла, отдав все своей напарнице, и скрючившись, прижималась к туловищу. Лица, как такового, у этого создания не наблюдалось, только два белых провала светились на месте глаз.

Проковыляв к моему телу, оно наклонилось, пристально изучая его. Сколько прошло времени, прежде чем оно пошевелилось, я сказать не мог. Создание подняло голову и уставилось уже на место, где я пребывал в виде наблюдателя. Два белых провала сощурились, а затем, это улыбнулось такой улыбкой, при виде которой хочется оказаться от её обладателя где-нибудь подальше.

Но, удовлетворившись этим, существо развернулось и поковыляло в том направлении, откуда я пришел.

Я вздрогнул и проснулся. Бр-р-р! Ну и рожа у вас, уважаемый! С этой мыслью я соскочил и стал оглядываться. Это был сон. Но не обычный. Он не похож на предыдущие посещения иного мира. Или все-таки это был мир теней? Ведь не зря же его так прозвали, а те создания, что шныряли по туннелю, уж очень походили на оживших и ставших объемными сгустки мрака.

Как же плохо, когда нет псионических способностей! У меня возникло желание просканировать все пространство вокруг и убедиться, что этих теней здесь нет, и что это был всего лишь сон. Или, по крайней мере, что они никоим образом не присутствуют в этом мире!

Тяжело вздохнув, я продолжил свой путь. Как ни странно, но я проспал аж шесть часов! Это помогло избавиться от некоторой усталости, но сонливость не желала покидать меня. И откуда-то появилась головная боль. Если вспомнить прошедший сон, это наводило на неутешительные домыслы. Интересно, чего ж эта тварь так на меня долго пялилась?

Боль была такая, что от неё начинало шатать. Стены будто расплывались, а пол раскачивался как палуба корабля при сильном ветре. Было душно и меня тошнило.

Я прислонился всем туловищем к стене. Голова тяжелая. Также присутствовало чувство, что на плечи что-то давит. Мне это показалось странным и я, выхватив из ножен кинжал, полоснул им в области за спиной.

Что-то угольно черное, разрезанное пополам, сорвалось на пол и превратилось в две лужицы. В тот же миг головная боль и другие неприятные симптомы странной болезни улетучились, как будто их и не было. Я опустился на колени и решил осмотреть останки этого создания. На ощупь она как вода, даже с пальца перчатки стекала, не прилипая. Эх, и набрать-то её не во что, а так бы нашим ученым экземпляр для исследования принести мог. Хотя...

Я снял с плеча винтовку. «Прости меня за такое варварство», - проведя по ней рукой, с сожалением подумал я. Отсоединив оптический прицел, я аккуратно открутил переднюю линзу и опустил цилиндр прицела рядом с жидкостью. Загнав её рукой вовнутрь, я плотно закрутил линзу и установил прицел обратно на винтовку. Надеюсь, я не потеряю её во время странствий по этим коридорам.

Ещё около получаса прошло, прежде чем я достиг первого ответвления из этого бесконечного туннеля. Ну, наконец-то! Я поспешил к нему.

Увы, мои чаяния не оправдались – он вел куда-то вниз. Я уже думал пойти дальше, но меня привлекло странное свечение, что исходило из этого ответвления. Решив, что это дело стоит проверить, я приготовил оружие и направился в сторону свечения. Коридор достаточно короткий, но у него имелась своя особенность – все стены искусно обработаны и содержали письменность на непонятном языке. Написание представляло собой диковинные завитушки и полоски, соединенные сплошными линиями сверху, лишь иногда прерывавшимися в каких-то местах. Казалось, что они также немного люминесцируют. Отключив прибор ночного видения, я убедился, что от них исходило слабое ядовито-зеленое свечение. Такое же, но более яркое было и в помещении, в конце туннеля.

Я решил сделать снимки имевшейся письменности. Думаю, наши исследователи будут в восторге.

Подойдя к прямоугольной арке входа, я прислонился к стене и оглядел идеально круглую комнату, имевшую в диаметре около ста метров.

Интересненько, это сооружение явно относится к творению рук той же расы, руины которой мы раскопали. Может ли быть так, что и вся сеть туннелей была прорыта ими?

Похоже, в комнате никого не было. Я зашел в неё и осмотрелся более внимательно. В центре находилось круглое сооружение, напоминавшее постамент, окруженный двенадцатью изогнутыми столбами. Украшенные такой же письменностью, они располагались на расстоянии двух метров друг от друга и достигали метров десяти в высоту, то есть, почти до потолка. Стены комнаты также исписаны этой письменностью, доходившей до уровня глаз; далее, они начинали изгибаться, постепенно соединяясь в центре комнаты. А там это соединение образовывало круглое отверстие, излучавшее зеленое сияние. Иные выходы в комнате отсутствовали.

Запечатлев стены и странное сооружение, чем-то напоминающее портал, я подошел к нему поближе. Равномерное сияние окутало меня. Сооружение по-прежнему хранило молчание. Я прикоснулся к ближайшему столбу. Абсолютно гладкая поверхность - изображение словно создано прямо на молекулярном уровне.

Может попробовать?

Я подошел к платформе и встал на неё. Это не вызвало никакого эффекта, хотя в телепортах, пользоваться которыми я привык, это приводило к запуску механизма активации энергетического поля.

- База одиннадцать ноль один! – громко скомандовал я, но и это не возымело никакого отклика. Может он не рабочий? Или это вообще не портал, а какой-нибудь алтарь?

- Активация! Работай! Отправка! Телепорт! Портал!

По-прежнему никакой реакции. Тем не менее, я абсолютно не хотел оставить эту идею и решил осмотреть столбы окружавшие постамент.

В следующие полчаса, что я только не делал с ними. Перепробовав кучу идей, я, наконец, сдался и уселся у подножия постамента. Упершись в винтовку, чертыхнувшись, я снял её и обомлел - останки того существа светились красным!

Решив поэкспериментировать, я вынес винтовку из круга столбов, и жидкость прекратила свечение. Как только внес обратно, свечение возникло вновь. Тут я решил прикоснуться прицелом к одному из камней. Как ни странно, на этот раз он отреагировал и приобрел такой же красный оттенок. Воодушевленный, я проделал данную операцию с оставшимися одиннадцатью столбами. Увы, большего я от них добиться не смог. Но мы упрямые, нас это не остановит!

Дальше - больше. Я попробовал этот фокус со стенами, но на них это не произвело абсолютно никакого впечатления. Осталось только на постамент опробовать эту штуку. Увы, и здесь ничего. Я снова сел, приступив к размышлениям. Следующие эксперименты с голосовыми командами и новым прикосновением к столбам не выявили каких-либо изменений. От досады, я даже попробовал поискать на них кнопки или рычаги запуска - все впустую.

Вполне возможно, что его нужно активировать, читая какое-нибудь заклятие на родном языке этой цивилизации. Если это так, то ловить тут нечего.

Невесело размышляя об этом, я упустил момент, когда в отверстии на потолке вспыхнул красный свет, впоследствии, озаривший всю комнату. Символы также пылали этим цветом. Что-то мне это не нравится. Я решил выйти из круга. Не тут-то было! Между столбами образовалось какое-то энергетическое поле, заблокировавшее мне возможность пройти.

Тут у меня возникла идея: а может, нужно было прикоснуться к этим столбам обнаженной рукой? Быстро сняв перчатку, я притронулся к столбу. Он окрасился в синий цвет. Так, ну-ка, ну-ка. Я обежал вокруг, и теперь столбы горели приятным синим светом. Но энергетическое поле даже и не думало исчезать.

Бесконечно долгое мгновение спустя, отверстие в потолке загорелось синим цветом и его примеру последовали стены. Воздух внутри барьера начал потрескивать и разряды молний стали проходить между столбов. Я отступил на центр постамента в ожидании, что же из этого выйдет, и, на всякий случай, снова повторив желаемый пункт назначения, в надежде, что система определит мой запрос.

Вокруг меня разразилась уже настоящая буря и от исходивших разрядов мурашки бегали по коже. Вдруг, один разряд ударил в меня, и на секунду у меня потемнело в глазах.

Боли не было, я даже не успел упасть, вовремя упершись в постамент руками. Все стихло, но комната продолжала светиться синим. И это все? Или я уже переместился?

Комната, в которой я находился, по виду ничем не отличалась от предыдущей, так что сказать наверняка, было ли перемещение или нет, можно лишь покинув её.

Прицел ружья все также горел красным. Я прикрепил оружие обратно на спину и достал виброклинок.

Преодолев короткий коридор, я сразу же убедился в том, что это не то место, откуда я вошел в комнату с порталом, а также, что это был действительно портал. Только принцип активации у него какой-то странный. Интересно, а если бы я оставил красный цвет, что бы тогда произошло?

Я аккуратно выглянул из коридора. Здесь стены все гладкие и содержали эту странную письменность, создававшую в тоннеле, уходившем в обе стороны, зеленый полумрак. Оглянувшись назад, я решил двинуться направо.

Меня немного смущало имевшееся освещение, по причине легкой возможности быть обнаруженным. К тому же, эти коридоры не в пример прямее тех тоннелей, что я прошел за все это время.

Некоторое время я пробовал красться, но потом бросил эту затею, не видя смысла в этом. Благо, пока я никого не встретил.

Впереди показался ещё один перекресток, ведущий в трех направлениях. В том, что справа, я приметил ещё один портал, а в том, что слева по краям стояли две статуи неизвестных науке существ.

Подойдя поближе, я пригляделся. Ими оказались трехметровые люди с головой ящериц и длинными хвостами. Странное сочетание. Они облачены в доспехи, каждая пластина которых снабжена острыми шипами различной длины. Правой рукой статуи держали копье с простым на вид наконечником.

С опаской осмотрев их и убедившись, что те не думают шевелиться, я направился по охраняемому ими коридору. Через метров сто передо мной открылось огромное пространство, достигавшее высотой несколько десятков метров и заполненное ступенчатыми пирамидами, соединенными между собой переходами и мостами. Несмотря на свой ветхий вид, эти сооружения внушали уважение его создателям.

Стены пещеры также аккуратно обработаны и уходили плавным подъемом, соединяясь в центре свода, из которого исходило зеленое свечение. От этого света здесь царил небольшой полумрак, но его вполне хватало, чтобы оценить величие и упадок древнего комплекса сооружений.

Я решил осмотреться тут и сделать снимки местных красот. Перед этим я сверился с картой, интереса ради, желая узнать, что она покажет после перемещения через портал. Как я и ожидал, карта была сбита с толку и сделала вид, что ничего такого не произошло, а я просто вернулся в тот же коридор.

При всей своей заброшенности, это место, казалось, ещё наполнено жизнью. По крайней мере, какие-то звуки периодически исходили из разных участков комплекса. Я решил двигаться более незаметно и даже включил систему «хамелеона».

Продвигаясь в сторону ближайшего источника шума, я выглянул из-за стены пирамиды. Пространство между несколькими пирамидами усыпано песком, а на нем располагались странные конусообразные сооружения, покрытые коричневой тканью, и выставленные полукругом.

Прокравшись поближе, я увидел источник шума. Это же дети! Одетые в просторное серое тряпье, подвязанное обычными веревками, они  играли в мяч, гоняя его на песке за пределами конусообразных сооружений, которые оказались чем-то наподобие палаток. По крайней мере, вход в одну был открыт, и увиденное в ней напоминало убранство кочевых народов Ахо А – рыбаков, периодически менявших место жительства на архипелаге Даора из-за сезонных изменений кормежки морских обитателей.

Внимательно осмотрев детишек, я понял, что это не люди: у них имелись хвосты и головы ящериц. Значит, это какая-то древняя цивилизация, о существовании которой мы даже не подозревали. Они могут быть строителями всех этих сооружений, а может, просто подселенцы, нашедшие приют в этих заброшенных местах. Интересно, как они отнесутся к вторжению чужаков?

Я продолжал записывать все, что увидел теперь уже на видеокамеру.

Думаю, можно тут немного побродить, чтобы побольше собрать информации о таинственной расе. Я не стал подходить ближе, опасаясь выдать себя, и обогнул опасный участок.

У каждой пирамиды с четырех сторон имелись лестницы. Каменные ступеньки ещё помнили былое величие, но постепенно уступали времени, стершись и раскрошившись в каких-то местах. Аккуратно ступая по ним, я направился вверх, оглядываясь по сторонам и прижимаясь ближе к поверхности. Интересно, а где же взрослые?

Вход в саму пирамиду, что я обнаружил наверху, оказался закрыт каменной дверью. Её покрывала все та же письменность, что встречалась здесь повсюду. Осмотревшись с высоты, я понял, что ловить мне нечего - все пирамидные сооружения закрыты по непонятным причинам. Кроме игравших в мяч детишек, я обнаружил ещё группу взрослых, возившихся на огородном участке, тяпками и мотыгами обрабатывая неизвестные мне чахлые растеньица. Огород занимал большой участок - около гектара глинистой земли. Рядом находился небольшой ручеек, орошавший его с помощью арычной системы. Ещё в нескольких местах на стенах я заметил другие коридоры, но их также закрывали каменные плиты. Я глянул на датчик: плюсовая температура, почти двадцать пять градусов.

Ещё некоторое время облазив местные достопримечательности, разочаровано щелкнув языком, я отправился в обратный путь. Конечно, можно ещё немного побыть здесь и дождаться возвращения взрослого населения или открытия каменных дверей, но я не уверен, что это даст мне какую-нибудь полезную информацию.

В итоге, я покинул это место и вошел в комнату портала. Подойдя к нему, сразу же приступил к активации. Как ни странно, но это дало фиолетовый свет. Задумавшись на секунду, я поднес к столбу свою винтовку. Прицел все также светился красным. Таким же красным загорелся и каменный столб. Решив не рисковать, я снова прикоснулся к нему рукой и, активировав все двенадцать столбов, дождался погружения всей комнаты в соответствующие тона. Опять была буря, и от удара молнии у меня снова потемнело в глазах.

Глава 1.5Править

Эта комната особой примечательностью не отличалась, разве что, присутствовало пятеро стражников. Они в точности походили на статуи, что я увидел перед входом в комплекс пирамид, только с размером подкачали – всего лишь на голову выше меня. В руках они держали копья, одно из которых уже летело в меня. Ещё не успев чего-то сообразить, я чисто рефлекторно уклонился от опасного объекта и тот, пролетев в нескольких сантиметрах от меня, по самое древко вонзился в каменную стену. Ох, тьма, ну и силища!

- Э-эй, эй, уважаемые, может, поговорим вначале? – Я примирительно возвел руки вверх, показывая свою дружественную настроенность, но это их, почему-то, не убедило. В меня полетели остальные копья, от которых я уже чудом смог увернуться. Три из них составили компанию первому в стене, а четвертый, столкнувшись со столбом портала, разлетелся вдребезги.

Я только успел достать виброклинок и бластер, а воины уже достигли меня и ринулись в атаку с какими-то жезлами. Черные, длиной чуть больше локтя, цилиндрической формы и с четырьмя шипами на конце, через которые стали проскакивать электрические разряды. Шокеры, что ли?

Я выстрелил первому в голову практически в упор, но тот, резко склонив её к плечу, пропустил заряд мимо. Недурно.

А теперь придется попрыгать! Я поднырнул под опустившийся на меня жезл, перехватив его клинком, а правым локтем заехал рептилоиду (думаю, можно так их назвать) под дых, в тот же момент, нажав на курок и засадив зарядом тому, что был передо мной. В этот раз я не стал рисковать и целился в грудь. На удивление, он спокойно принял выстрел и даже не пошатнулся. Этот факт меня сильно озадачил, и я чуть было не получил шокером в бок. Перекувыркнувшись, я решил сменить тактику.

Интересно, из чего же сделана их броня, что бластер им нипочем? Может, они также и для виброклинка не чувствительны? Тогда у них остается только одно уязвимое место. Поэтому, убрав бластер в кобуру, я решил вспомнить любимые приемы Ки Фай.

Я принял начальную стойку, плавную и текучую, как сама вода, и легкую и свободную, как ветер. Именно эти две стихии были положены в основу боевой системы, применяемой псиониками. Быть как ветер и вода, познать их суть, слиться с ними. Стать ими.

Я перетек из начальной стойки, наклоном ускользнув из-под атаки сзади, сместив центр тяжести, я развернулся и, резко встав, с разворота всадил правым локтем ближайшему в место соединения позвоночника с головой. Тот, споткнувшись, полетел на пол и, припечатавшись головой об угол платформы, притих.

Если подумать, почему у них нет шлемов? Плохо держатся на таких вытянутых головах?

Притормозив, как если бы вода столкнулась с препятствием, я сделал откат назад, увернувшись от пронесшегося в мою сторону жезла. По пути, крутанувшись, я всадил виброклинок прямо в незащищенную область под челюстью того, что был за только что промахнувшимся. Схватив его свободной рукой за край доспеха, я снова крутанулся, и созданным импульсом выдернул клинок из трупа, отправив его навстречу подоспевшему молодцу, готовому ударить мне в спину. Не ожидавший таких пылких объятий со стороны товарища, тот свалился на спину.

Оставшиеся двое на миг замерли и, переглянувшись, решили атаковать с двух сторон. Дождавшись, когда они подойдут поближе, я перенес центр тяжести на левую ногу и, слегка присев, ударил того, что справа ногой в колено, после чего, сделал откатный разворот, перехватил клинком шокер того, что слева, а правой рукой зацепился за край доспеха. Продолжая разворот, я поставил правую ногу перед ним, заставив потерять равновесие, и отправил навстречу ринувшемуся на меня «правому». Не предполагавший такой подлости, он всадил шокером своему напарнику. Как я и думал, тот несколько раз дернувшись, упал на пол без чувств. Не мешкая, я последовал за ним и, обогнув его и ударив сзади под колено, заставил сесть, обхватывая его правой рукой. Молниеносно вспоров ему горло, я направился в сторону того, что уже успел выбраться из-под трупа.

Воин ошарашено смотрел на павших напарников. Из них, по идее, только один был живым – тот, кому досталось шокером. Не знаю, что насчет первого, которого я просто решил оглушить – уж больно «удачно» он встретился с углом постамента головой.

Подцепив правой ногой валявшийся шокер, я подбросил его и схватил свободной рукой.

- Ну, так что, поговорим или вы не умеете вести переговоры?

- Ша ка нап’ара лэ к’ша ш’ар! – яростно закричал этот ненормальный и ринулся на меня, достав откуда-то ещё и маленький ножик, взяв его в левую руку. Как теперь себя поведешь?

Первым рептилоид попытался достать меня ножичком, держа его прямым хватом. Я лишь сделал пару шагов назад и, когда тот стал заносить для удара шокер, ринулся на него, выдвинув правую ногу вперед и присев немного. Перенеся центр тяжести на неё, я сделал следующий шаг и резко выпрямился, ударяя рептилоида в живот. Следующий шаг. Враг лежит на земле, сбитый и оглушенный шокером. Знаю, так не воюют. Что поделать, хочешь жить – умей крутиться.

Я добил тех, кто был оглушен, чтоб не рисковать.

Вдруг, комната, ранее освещенная фиолетовым, принялась плавно менять цвет на зеленый. Я приготовил оружие, ожидая, что кто-то сейчас возникнет в портале, но время шло, а гостей я так и не дождался. Чувствуя подвох, я решил осмотреть комнату, но все оставалось по-прежнему тихо: новых участников на сцене не прибавилось. Может быть, после использования портала цвет через какое-то время возвращается к стандартному? Решив принять пока этот домысел как вариант, я пошел осматривать поверженных противников.

Всю их кожу покрывали чешуйки, а желтые глаза были с вертикальным зрачком. Я знаю одного ученого, который бы удавился ради возможности изучить представителей этого вида. Сделав для него снимки, я на всякий случай срезал горстку чешуек и положил их в сумку. Также, я снял с одного наручи и поножи, одев их поверх своих. Хорошие военные трофеи. Глядишь, изучив их, инженеры смогут ещё усовершенствовать наши доспехи.

Не зная, куда деть шокер, я понес его в правой руке. Увы, его крепление я не смог приспособить к поясу, а бросать новую игрушку, я не был намерен. Размахивая им, я пошел к выходу. Потом, вспомнив кое-что, вернулся к столбу, об который ранее разбилось копье. Осмотрев его, я не нашел ни единой царапины. Что же касается копья, то, в отличие от древка, наконечник также остался целым и невредимым, даже кончик не погнулся. Срезав оставшийся кусок древка, я и наконечник прихватил с собой.

Я оказался перед перекрестком. Сверху на меня безразлично смотрели те же статуи. Решив глянуть, что будет в этом «охраняемом» коридоре, я прошел мимо каменных истуканов.

Встретил меня тупик. Он был создан каменной дверью, также как и стены исписанный этой причудливой письменностью. Решив, что здесь нужно действовать, как и с порталом, я снял перчатку и прикоснулся к каменной поверхности. Но это решительным образом ничего не изменило. Я попробовал толкнуть дверь, но она осталась такой же безответной, как и стены вокруг. Ну и ладно, больно-то хотелось!

Я демонстративно развернулся и пошел обратно. Но что-то было не так. Коридор стал, словно, длиннее. Я точно помню, что он заканчивался значительно быстрее. А, вот и конец.

Эй! А куда делись статуи?

Я достал виброклинок и осмотрелся. Наверху их не было. Осторожно выйдя вперед, я замер с разинутой челюстью – передо мной простиралось огромное пространство и никакого намека на коридоры. Оно было настолько огромным, что осмотреть его отсюда попросту не представлялось возможным. Наверное, оно занимало площадь в несколько километров! А свод пещеры возносился еще выше, чем в пещере комплекса пирамид.

Через несколько сот метров начиналось огромное прозрачное озеро, наполненное изумрудно-зеленой водой. Высокие своды пещеры играли сотнями граней кристаллов, излучавших внутреннее сияние. Над озером проходил длинный каменный мост. Как и другие строения древней цивилизации, он не избежал разрушений, но вполне позволял пересечь глубокое водное препятствие.

На той стороне виднелось странное сооружение. Понять его строение было сложно. Чем-то по форме схоже с вытянутым куполом, сильно покосившимся вправо. От него исходило два десятка длинных башенок, часть из которых обломалась. Кроме этого, рядом находились строения, имевшие прямоугольные формы, но сильно разрушенные. Размер же сооружения впечатлял - по сравнению с ним, пирамиды негодовали в сторонке от зависти.

И все же: как я оказался здесь? Когда я прикоснулся к той двери, то никакого эффекта не ощутил. Создается впечатление, что я воспользовался порталом. Но тогда, что касательно тех портальных комнат? Зачем такое различие в способах телепортации?

Я решил вернуться назад и подробнее исследовать странное явление. Просто прикоснувшись к двери, если её так можно назвать, рукой в перчатке, я прислушался к ощущениям и, не уловив никаких изменений, вернулся назад. Озеро оставалось на месте.

Попробуем проверенным способом. Оказавшись у двери, я снова прикоснулся к ней, на этот раз без перчатки. Обернувшись, я сразу же заметил изменения, стоило только сделать пару шагов. Странно, они дали о себе знать только тогда, когда я лишь пошел. Ну-ка.

Я отступил назад на два шага. Коридор не изменился, а у входа по-прежнему видны статуи воинов. Проверки ради, снова обернулся, подошел к двери, но, не прикасаясь к ней, развернулся. Пока картинка оставалась неизменной. Шаг, второй, третий. Все также.

А теперь попробуем иначе. Теперь уже прикоснувшись обнаженной рукой и обернувшись, я стал внимательно смотреть. Шаг. Коридор короткий, стражники на месте. Второй. Без изменений. Третий. И тут поплыло! Коридор чуть увеличился. Я замер на месте, вглядываясь вперед. Несмотря на увеличение длины, стражники продолжали охранять вход на своих постаментах. Ещё один шаг. Коридор удлинился, а четкость статуй резко уменьшилась.

Продолжая делать шаг за шагом, и наблюдая за изменением пространства, я не переставал изумляться этой технологии искривления пространства. Интересно, как это было заснято камерой.

Выйдя из коридора, я вызвал меню видеозаписей. Хорошо, что я решил оставить видеозапись включенной: неизвестно, на кого (или на что) я за время странствий по этим коридорам наткнусь, поэтому эти записи придутся как нельзя кстати.

Увы, просмотр записи меня разочаровал: момент начала перехода создал эффект смазанных текстур. Все поплыло, пиксели рассыпались в беспорядочные наборы полос, а по окончании, вернулось в норму. Я щелкнул языком и закрыл окно экрана.

Направившись к мосту, я попутно более внимательно оглядывался по сторонам. Стены этой пещеры имели природное происхождение. Повсюду валялись осколки камней различных размеров – от мелких, до огромных пластов. Казалось, что они были сильно оплавлены. Да, нет же! Они в действительности оплавлены! Все эти камни вокруг и стены пещеры оплавились до состояния стекла! Это ж, какая температура для этого потребовалась бы?

Какие-то из камней торчали из воды, образуя своеобразные островки. Несколько находилось и на мосту, частично разрушив его или преградив путь. Я обходил их, приближаясь к таинственным постройкам на том берегу. Мост также сильно пострадал от высокой температуры, но кое-где можно было различить странные символы. Дно озера усеивало множество камней, большую часть которых покрывал ил. Никакой живности здесь не наблюдалось.

Оказавшись на другой стороне, я приступил к внимательному осмотру. Сооружение находилось в затопленной искусственно возникшей котловине. Где-то слышался шум воды - это небольшой водопад бил из стены. Дальше виднелось ещё одно озеро, соединённое с воронкой стекающей водой. Если это место до сих пор не затопило, а вода мне доходила только до пояся, то оно должно иметь водоотвод.

Так и есть. Осмотрев второе озеро, я увидел узкий проем, расширявшийся вниз, куда уходила лишняя вода.

Вернувшись к развалинам, я продолжил их изучение. Как ни погляди, но эти строения сильно отличались от архитектуры пирамидного комплекса: вся конструкция выполнена из материала, чем-то похожего на сплав титана, алюминия и ещё чего-то. Жесткий, прочный… и в тоже время, хрупкий, ставший пористым, и осыпавшийся от сильного удара, будто его структура была разрушена от огромной температуры. Поверхность сильно повреждена и искорежена, многие фрагменты, словно, вырваны.

Думаю, это разбившийся космический корабль. Я читал о них - артефакты, оставшиеся от Прародителей. Таких было найдено ещё штук шесть, но все они находились на поверхности, из-за чего время их не пожалело и потому, к нашему времени от них не осталось ничего, лишь заметки в летописях тысячелетних давностей. Их называли «звездными кораблями Прародителей» и в легендах говорилось, что они прилетели от далеких звезд и создали жизнь в этом мире, основав первый город в той местности, что впоследствии стала империей Окар. Также, в легенде говорилось, что первые поколения, родившиеся в этом мире, жили в золотое время процветания и счастья, они были благословлены самим Омнаром. Но люди в своей жажде познания ступили на земли Великой пустыни и навлекли на себя великие несчастья. Невежество стало произрастать в рядах людских детей. Это привело к тому, что знания Прародителей были утеряны и раздор появился среди его потомков. Последовали рождения Великих войн и эпох смут, разделивших мир на множество мелких княжеств. Со временем, какие-то княжества стали приходить к мирным соглашениям и объединяться в более крупные государства, другие же были завоеваны соседями или присоединены силой, с помощью угроз, дипломатии и интриг.

Если верить исследованиям ученых и древним хроникам, то Прародители прибыли в этот мир около шести с половиной тысячи лет назад. В тоже время, судя по раскопкам, родная цивилизация этого мира проживала здесь куда раньше и насчитывает около ста тысяч лет. Точный возраст назвать невозможно – этому поспособствовали магические аномалии той местности, где располагались руины. Вполне возможно, что создатели этих подземных сооружений воевали между собой и применили какие-то очень опасные силы, итогом чего стало их уничтожение.

К сожалению, мы так и не смогли придумать способ выйти в космос – все наши двигатели переставали работать, оказавшись в безвоздушном пространстве. Было несколько удачных попыток вывести на орбиту спутники, но из-за отсутствия возможности управлять ими, через месяц два упали обратно, а один отправился исследовать ближние просторы космоса. По крайней мере, связь с ним не потеряна, и данные продолжают поступать. Сейчас он где-то на полпути к светилу.

Если это космический корабль, то при падении он должен был разрушить потолок, однако, здесь он выглядел целым. Вернее, не так - он был восстановленным. Да. Вполне отчетливо видны следы применения стихийной магии или чего-то в этом роде: камни, словно растаяв, слились вместе, запечатав собой огромное отверстие потолка. Интересно, где же это место располагается?

Я глянул на индикатор сигнала – на нуле.

Ладно. Подойдя к стенке куполообразного сооружения, я пнул его - стенка прогнулась и треснула в некоторых местах, но выдержала. Достав виброклинок, я принялся вырезать проход. Лезвие шло как по маслу.

Сделав аккуратный разрез, я отошел на шаг и, выдохнув «хья», вышиб дверь вовнутрь. Стукнувшись о стенку за ней, она полетела вниз, периодически задевая поверхность и гремя.

Включив прибор ночного видения, и заглянув внутрь, я присвистнул. Картина впечатляла. Коридор космического судна уходил под наклоном вниз на несколько сотен метров. Видимо, маги, запечатавшие потолок пещеры, поработали и тут, оплетя камнем и поверхность корабля. Другой причины того, что космический корабль, упавший с неба, так неестественно зарылся большей частью в камень, я не вижу. Немного подумав, я зацепил шокер за кусок металла, торчавшего из обшивки. Увы, мне придется тебя оставить здесь. Если повезет, то на обратном пути заберу.

Я залез внутрь. Цепляясь за тонкие трубы, проходившие вдоль пола, я стал спускаться, стараясь не сорваться вниз, повторив полет импровизированной двери. Наклон оказался достаточно крутым, а пол скользким, что значительно осложняло задачу. К тому же, кое-где сочилась вода сквозь поврежденный корпус.

Впереди показался проем двери – две сдвигающихся друг другу навстречу створки, создававшие герметичность помещений на случай получения пробоин корпуса. Прохода нет. Попробуем исправить это дело.

Очередной самодельный проход ознаменовал свое появление громким стуком выпавшего вовнутрь фрагмента двери.

Просторное помещение, похожее на ангар. Вдоль стен шли площадки, расположенные на втором и третьем этажах. Я попал на второй. Множество покореженных и разбитых железяк, по виду напоминавших наши истребители, грудой бесполезного металла лежали внизу в куче. На полу находился длинный люк, скорее всего, служивший для выпускания мелких транспортных кораблей наружу. Здесь нам делать нечего, поэтому идем дальше.

А дальше я встретил встроенную в стену лестницу, ведущую вниз и наверх. Если бы со мной был Ган, он кинул бы монетку, куда же нам следует двигаться. Для начала, я решил прогуляться по верхнему коридору, глядишь, у создателей этой громадины были схожие взгляды с нами в том, где должен располагаться капитанский мостик и бортовой компьютер. Ещё неплохо бы заглянуть в оружейную. Но это на потом, так как найти её будет сложнее – если она вообще здесь имеется.

Коридор, встретивший меня своей мрачной тишиной, отличался лишь кучей торчащих во все стороны проводов с потолка. Продолжив спускаться уже по нему, я достиг очередного прохода. Он оставался частично открытым, зажав между собой небольшой помятый шкафчик. Протиснувшись между ним и створками, я оказался в спальных апартаментах – на это указывали встроенные в стены и приподнятые над полом односпальные койки из прочного материала без дополнительных стоек. Я насчитал двадцать коек и девятнадцать прикрепленных рядом с ними шкафчиков - у самой ближайшей место под него пустовало.

Ради интереса проверив парочку, я нашел склянки с неизвестным содержанием и этикетками с письменностью на языке древней эпохи Прибытия в Асдар. Такой уже давно никто не пользуется, как и самим языком, но они являлись прародителями для всех современных языков, и несмотря на сильные искажения, что произошли за шесть с половиной тысяч лет, какие-то слова казались знакомыми.

Кроме склянок, здесь имелась одежда, напоминавшая комбинезоны, сшитые из прочного легкого материала, и нижнее белье. Также, я нашел пару штуковин непонятного назначения. Одной был тонкий прямоугольный предмет, длиной с ладонь, имевший экран на всю верхнюю панель, мягкую поверхность и слегка изгибавшийся. Это явно какой-то электронный прибор, узнать функцию которого уже не представлялось возможным – что я с ним не делал, он не желал реагировать. На задней панели имелся рисунок, чем-то похожий на надкушенный фрукт, а также небольшой кругляшек, напоминавший объектив камеры, встроенной в верхнюю часть моего шлема. Скорее всего – это переносной многофункциональный компьютер. Если б его можно было «оживить», интересно, как много мы смогли бы узнать о Прародителях?

Теряясь в раздумьях, стоит ли он того, чтоб его взять, я решил осмотреть вторую находку. Это был небольшой кожух, с кнопкой посредине. Поудобнее усевшись на край кровати, я нажал её, и крышка открылась. Внутри лежали очки. С учетом широких затемненных стекол, их тонкая оправа смотрелась жутко хрупкой. Положив очки с футляром на место, я все же взял прямоугольную штуку с собой. В сумку она не влезла – слишком длинная для неё. Других вариантов я не нашел, так что, придется нести в руках. Иногда отсутствие вместительных сумок является большим минусом. Собственно, никто не предполагал, что в этой операции кто-то может попасть в подобное место и найти что-то стоящее для исследований. В случае же с походом в раскопанные руины, у нас уже подготовлены достаточно большие сумки, как для походных приспособлений, так и для находок. Также, имелось множество дополнительных приспособлений, значительно облегчающих жизнь исследователям.

Спрыгнув с насиженного места, я скатился вниз по похожему на пластик полу. Уже собираясь уходить, я приметил что-то на стене в правом углу комнаты. Взобравшись туда, я увидел два плаката, приклеенных прозрачными лентами к стене. На той, что слева изображался мужик лет сорока с небольшой бородкой и короткой стрижкой. Одет в странный комбинезон, чем-то напоминающий доспех. На груди у него красовалась какая-то руна, а в руках он нес монтировку. Странной деталью на этом фоне смотрелись его очки, в обыкновенной оправе, которые больше подошли бы ученому. На фоне тумана проглядывалась причудливая фигура, похожая на робота, а также присутствовала надпись и цифра три, если это цифра, конечно.

На рисунке же справа, мило строили мне глазки две девушки. Если плакат с мужиком изображал реального человека, то эти ясно говорили о том, что их нарисовали – причем, сильно стилизовав. Значительно упрощенная рисовка, но при этом в ней имелся определенный шарм, делавший большеглазых красавиц очень привлекательными. Я решил даже включить подсветку и взглянуть на них без прибора ночного зрения. У одной короткие синие волосы с заколками, синие глаза, армейская одежда, имевшая зеленые, белые и черные фрагменты окраса, а также вырезы в различных местах. Необычный образ дополнял длинный шарф и здоровенная снайперская винтовка, длиной, наверное, с саму воительницу. Девушка же слева была с черными длинными волосами и такими же черными глазами. Её облачение резко контрастировало на фоне подруги сплошным черным цветом и присутствием стального нагрудника. В правой руке она держала светящийся фиолетовым меч, а в левой пистолет. Надо же, чем-то на мой стиль вооружения похоже.

Я заглянул в шкафчик у стены. Как и в других, здесь имелся комплект одежды и бутылочки с чем-то давно испорченным. Кроме этого, лежала ещё и книжка. Вытащив её, я открыл первую страницу. Моему взору предстали фотографии людей. На каждой стороне умещалась только одна фотокарточка.

На первой оказалась запечатлена группа людей на фоне памятника некоей известной личности. Три парня в паре с девушками, а на руках у них несколько детей. Тот, что в центре привлек мое внимание халатом ученого, длинными волосами и красной банданой. Далее, фото на фоне каких-то объемных букв и цифр два, ноль, один, семь. На других страницах фотографии показывали выставочные павильоны с различными странными приборами. Я дополнительно фотографировал каждую из страниц.

В середине я снова увидел эту группу молодых людей на фоне тех же букв, но дети уже постарше и цифры были: два, ноль, два, ноль. Видимо, это указан год. Две тысячи двадцатый?

Как ни странно, но назначение экспонатов, запечатленных на фотографиях после этой, оказались мне более понятны. Роботы. Множество роботов. Через какое-то время опять натолкнулся на общую фотографию. Здесь дети уже достаточно взрослые, лет семь, восемь. А год значился как две тысячи двадцать третий. Выставочными экспонатами стали аппараты, напоминавшие летательные, а может даже космические. Вон, белый скафандр на фоне звездного пространства. Громоздкие колесные двигательные машины. А это что? Установка из странных колец, напоминающая телепорт, только вертикально установленный. И на другом фото такой же, только в большем формате и в космосе.

Она была последней. Я положил фотоальбом на место и закрыл дверцу. Если когда-нибудь снова окажусь здесь, то прихвачу его с собой. Отключив подсветку, я перешел опять к прибору ночного зрения.

Вернувшись обратно в коридор, я продвинулся до следующей двери. Вскрыв привычным образом и только заглянув в неё, я понял, что искать здесь что-то, смысла нет – это тоже спальная каюта. Следующую дверь я пропустил. А вот ту, что находилась после неё и последнюю, я осмотрю.

Открывшаяся передо мной комната оказалась тоже спальней, но капитанской. Хотя, факт того, что здесь висело четыре кровати, немного смущал. Обычно, капитанская каюта принадлежала только главнокомандующему и выделяла его индивидуальность созданной обстановкой. По крайней мере, так было заведено на морских кораблях в прошлом, так и осталось с переходом на воздухоплаватели, среди которых числилась флотилия тяжелых и легких крейсеров, а также авианосцев. Это целая сотня крупных воздушных судов. Правда, в последнее время делается основной упор на юркие мелкие корабли. Их насчитывалось около тысячи. Часть из них – это специализированные отряды разведчиков и транспортников, и около семисот «красных стервятников».

Заглянув вовнутрь, я не приметил ничего особенного. В комнате находилось четыре шкафчика, но в них я обнаружил лишь стопку вещей, да папки с бумагами, разбираться в тексте которых не имело смысла. Но на всякий случай я решил их сфотографировать. Мало ли?

Больше ничего стоящего я не нашел. Фи-и, как не интересно!

Я покинул эту комнату сильно раздосадованный. Будем надеяться, следующая комната, если это капитанский мостик, не разочарует меня.

Вскрыв её как банку консервы, я ввалился внутрь. В глаза бросилось множество кресел, расставленных вдоль стен у мониторов и панелей управления. Обзорное окно пилотов оказалось разбито, а далеко внизу виднелась поверхность воды, куда стекали новые потоки.

Я облазил всю комнату, пробуя запустить какую-нибудь из панелей, но они все безмолвствовали. М-да, и на что я надеялся? Что найду в развалинах корабля, которому более шести с половиной тысяч лет, рабочий компьютер? Ну, по крайней мере, стоило попробовать. Хотя, может проблема лишь в отсутствии энергии, но на решение этой задачки может потребоваться уйма времени, дюжина инженеров и ученых, а также оборудование и подходящие детали. Ничем из этого я не располагаю. Поэтому, пора выбираться наружу.

Подъем оказался не очень легким в связи с тем, что одну руку занимала находка. Однако я упорно отказывался бросать её, надеясь, что инженеры смогут вытащить из неё хоть что-нибудь стоящее.

Наконец достигнув выхода, я выглянул наружу. Вроде бы никого. Кстати, может зря я оставил на видном месте жезл? Если сюда прибыли гости, то он мог выдать меня с потрохами.

Выбравшись из корабля, я решил запихать плоскую штуковину, найденную в спальнях, к себе за ремень под сумку – по идее, выпасть не должен при обычной ходьбе. Взяв жезл, я услышал странный всполох. Рефлекторно дернувшись в сторону, я лег в воду. Ничего не произошло. Показалось?

Высунувшись из под воды, я осмотрелся. Никаких деревяшек из корпуса не торчало. И только поднявшись, я увидел, что из воды первого озера выбиралась очень большая группа стражников – порядка трех десятков. Ой-ё! Я ж с таким количеством не справлюсь!

Оставалось два разумных варианта: первый, это нырнуть обратно в коридоры корабля и выбраться через разбитое стекло, а второй, это бежать ко второму озеру. Правда, последний вариант меня смущал тем, что я могу не успеть до него добраться. А первый смущал еще больше, но уже тем, что я могу оказаться на очень нижних уровнях и неизвестно, сколько ещё придется бродить по этим проклятым коридорам!

Но выбирать не пришлось. В меня полетели десятки стрел! У противника были луки и стреляли они достаточно метко и быстро. С трудом увернувшись от большинства, я отразил несколько своими трофейными наручами, но несколько попали в корпус, пробив поврежденную нагрудную пластину и слегка задев кожу. Э-эй, я так не играю! Где это видано, чтоб стрелами можно было пробить современную броню?

Посчитав, что смысла рисковать нет, я опять включил прибор ночного зрения и прыгнул в проем. Вслед мне полетели новые стрелы.

Я скользил, решив не терять времени на безопасный спуск. Направив свое тело к лестнице, я затормозил с помощью виброклинка. Ухватившись за ступень, я попробовал вытащить стрелы из брони. Застряли намертво! Срезав оба древка клинком, я полез наверх. Тут в меня чуть не угодили новые снаряды.

Я глянул на входной проем – там высовывалось два стрелка и они собирались спускаться вслед за мной. Что, прекрасно видите в темноте? Ну, ладно. Плюнув на неглубокие раны, я поднялся наверх и стал скатываться уже на верхнем этаже. Достигнув входа на мостик, я опять чуть было не словил очередную порцию стрел – вот же упрямые ребята! Что вы ко мне привязались все?

Войдя в помещение и подойдя к окну, я сглотнул. Высота приличная – порядка сотни метров. Если глубина будет недостаточной, можно и ноги сломать. Но выбора не оставалось. Можно, конечно, по одному сражаться с каждым из рептилоидов, но долго я так выдержу против них? Я окажусь в осаде, и тогда придется либо прорываться, либо все же прыгать. Уже слышался шум приближающихся солдат. Делать нечего – будем прыгать. Я ступил на край панели и, оттолкнувшись, подпрыгнул, рыбкой скользнув в оконный проем.

Полет. Свободное падение. Невесомость. Свист в ушах. Размахиваю руками. Мимо пролетела, чиркнув по наплечнику, какая-то ушлая стрела.

Выпрямившись по стойке смирно, я вошел в воду не хуже, чем опередивший меня снаряд, уйдя на глубину на несколько метров.

Глава 1.6Править

На мое счастье, глубина водоема оказалась достаточной – метров двадцать, не меньше. Я сразу же почувствовал всю прелесть дырявого доспеха, так как вода радостно ринулась в образовавшиеся пробоины. независим от основной части, и я могу не опасаться захлебнуться.

Если судить по увиденному, то я попал в просторную пещеру, также заваленную каменными обломками. Из-за мутной воды видимость значительно осложнялась.

Нырнув глубже, я почувствовал появление усиливающегося водяного потока. Сквозь серый полумрак грязной воды получилось разглядеть черный проем в стене. Кажется, это единственный путь отсюда.

Когда я направился к выходу, что-то привлекло мое внимание, промелькнув длинным, покрытым серой чешуей телом и скрывшись в поднятом иле. Настороженно наблюдая за обстановкой вокруг, я достал виброклинок.

Движение справа. Я резко развернулся, но нападения не последовало - выжидает, видимо.

Опустившись ниже, я отдался водному потоку, что потянул меня к выходу. Как и думал, тварь попробовала атаковать в этот момент. Вынырнув снизу, она разинула огромную пасть, в которой опасно белело несколько рядов маленьких треугольных зубов. Чуть не прихватив мою ногу, вовремя подтянутую к телу, она проскочила мимо, исчезнув из вида.

Я направился вслед за ней. Иного выбора у меня нет, кроме как в более узком помещении принять бой, поэтому пришлось плыть в черный проем туннеля.

Долго ждать не пришлось – тварь, уже успевшая развернуться, опять накинулась на меня. Я попробовал полоснуть по ней виброклинком, но она увернулась, хвостом ударив меня, от чего я отлетел к стене, выронив оружие.

Нет, только не это!

Потеряв бдительность, я ринулся за ним, но тварь коварно воспользовалась моей ошибкой и сомкнула челюсти на наруче левого локтя. Руку пронзила ужасающая боль, от чего у меня потемнело в глазах.

Сжавшись, пинаю со всей силы правой ногой тварь в бок. Шипы на поножах слегка повредили тонкую чешую, от чего зубастая тварюга отпустила руку и отплыла назад. Выбора нет, придется достать винтовку и стрелять, когда тварь снова подберется ближе. Плохо, что у энергетического оружия был один минус – им нельзя пользоваться под водой. Причина тому - попавшая в ствол вода при выстреле начинает разогреваться и расширяться, от чего оружие разносит на куски. Но если я не сделаю это, то не смогу ничего противопоставить монстру. Просто отбиваться от него, размахивая винтовкой, вряд ли возымеет эффект.

Вытаскивая со спины винтовку, я мысленно попросил у неё прощения. Не успев среагировать, я упустил момент появления водного хищника из темноты. Он набросился на меня снизу, заглотив правую ногу и всадив острые зубы в бедро. На доли секунды мне показалось, что я лишился ноги – столь ужасающей оказалась неописуемая боль, расплавленным железом разлившаяся в месте укуса. Мало того, эта тварюга стала дергаться, пытаясь раскусить доспех до конца.

Сжав со всей силы зубы от боли и собрав волю в кулак, я направил винтовку на монстра и спустил курок. От раздавшегося взрыва оружие разнесло на куски. Ту часть, что я удерживал в руке, выбило отдачей, а меня самого откинуло в сторону. Основной удар погасила вода, так что убить он не мог, но мою броню и кожу твари повредил. Испытав на себе что-то непонятное и болезненное, водный монстр отпустил меня и скрылся в пещере, откуда я выплыл ранее – видимо, там располагалось его логово. Некоторое время за ним ещё тянулся кровавый след, сносимый течением.

Я находился на волосок от смерти – слишком в опасное положение меня затянул круговорот событий. В первый раз в жизни я стал сожалеть о том, что отправился искать приключения. Если здесь есть ещё подобные твари, то мне будет сложно с ними справиться в подобном состоянии. Раны саднили и сковывали движение, а вокруг меня распространялся след от крови - моей крови.

Прекрасно, теперь на запах слетятся все местные хищники!

Я нырнул вниз в поисках виброклинка. Он должен быть где-то здесь.

После минут десяти прочесывания илистого дна, я обнаружил его среди камней. Теперь можно плыть дальше. Срочно необходимо отыскать сушу, иначе я рискую помереть от потери крови. Или, на крайняк, воздушный карман – это мне позволит хотя бы регенератор выпить.

Тоннель казался нескончаемым. Ответвления попадались редко. Я не знал, стоит ли проверять их на наличие суши, опасаясь, что могу натолкнуться на очередное обиталище какой-нибудь местной зверушки. Я плыл у самого потолка и понимал, что самочувствие неуклонно ухудшалось. Нужно что-то срочно предпринимать.

Но на мое «счастье», пришлось думать о другой опасности, неожиданно заявившей о себе: ширина туннеля уменьшилась, а с ней скорость течения стала возрастать. Теперь уже у меня не получалось управлять своим движением и меня понесло с огромной скоростью, закручивая и периодически ударяя об выпирающие части пещеры. Здесь отсутствовал всякий намек на аккуратно обработанные стены и письменность, а камни торчали из стен, как если бы тем, кто прорывал эти туннели, было наплевать на их наличие. Виброклинок благополучно вернулся в ножны. Надеюсь, что крепление выдержит, и я не потеряю его в этом месте.

Я бросил всякие попытки сопротивляться потоку, уповая на то, что когда-нибудь даже самый длинный коридор должен закончиться хоть чем-нибудь. Сознание периодически покидало меня, но очередной удар безжалостно возвращал в жестокую реальность. Не знаю, сколько времени меня мотало потоком воды, набивая синяки по всему телу, пока я не ощутил, что нахожусь в полете. Не успев сообразить, в чем дело, я испытал на себе сильный удар о водную поверхность.

Чуть не откусив себе язык, я выругался. От удара у меня выбило воздух из легких и прибавило ещё несколько повреждений на многострадальном теле.

Придя в себя через какое-то время, я понял, что поток сильно замедлился и уровень воды едва достигал нескольких метров. Обрадованный этим, я, побарахтавшись и скрипя зубами, принял вертикальное положение. Ногами уже можно было достать до песчаного дна.

Во время экстремального заплыва по туннелю, меня несколько раз хорошо приложило об какие-то камни головой, так что, сейчас прибор ночного зрения работал только на правом глазу, а пробои доспеха в некоторых местах достигли критической отметки. И да, кажется, я пару ребер сломал – дышать и двигаться было нереально больно. Если учесть ещё и другие раны, то я уже на пределе. Неизвестно, когда достигну своего болевого порога.

Скверно. Особенно, если я столкнусь с какими-нибудь местными обитателями. Сражаться с помощью клинка я уже не смогу, как и не смогу спрятаться под покровом «хамелеона». Ещё одним неприятным моментом оставалось отсутствие возможности выбраться на берег, чтобы хоть как-то подлечиться регенератором. В воде его эффективность будет снижена из-за соприкосновения поврежденных органов с враждебным фактором.

Осмотревшись, я увидел, что меня только что занесло из большой пещеры в широкий тоннель. Кажется, там имелось ещё несколько таких же, но течение этого оказалось значительно сильнее. Я расслабился, насколько это было возможно в моем состоянии, и лег на спину, влекомый потоком воды.

Хм-м, кажется, я умудрился потерять где-то шокер. Нашел о чем думать в такой ситуации! Хотя, шокер был бы хорошим оружием в моем состоянии, по крайней мере, на суше.

Пошарив за поясом, я убедился и в том, что находка из корабля так же навечно останется где-то среди камней, ила и темной воды. Нащупав в сумке отдел антисептика, я достал его и, открыв щиток шлема, отпил немного. Ну и гадость!

После этого подошла очередь регенератора. Надеюсь, это хоть как-то облегчит мою участь.

Закрыв обратно щиток и вернув медикаменты на место, вздохнув, я стал рассматривать унылое «разнообразие» потолка.

Регенератор – штука замечательная, несмотря на свои минусы. В моем состоянии ему потребуется часов пять-семь для того, чтоб залатать меня, если я не смогу выбраться на сушу. А если смогу, то всего-то два-три часа. Его изготавливают с помощью одного секретного алхимического рецепта и пичкают очень мощной магией. Производство регенератора крайне сложное, требует много времени и настолько дорогостоящее, что их использование имеет смысл только для солдат, простым же людям дешевле обратиться к лекарю, который может вылечить любую болезнь или рану, к тому же ещё и значительно быстрее, чем регенератор. Его же применяли только в экстренных случаях, и если нет целителя поблизости.

Через пару часов меня опять занесло в какую-то большую пещеру. Кажется, я немного задремал, насколько это позволяла разраставшаяся боль в груди и поврежденных конечностях. Это, кстати, ещё один минус – регенерация проходит очень болезненно.

Да, кто бы подумал, что исключение обезболивающего из аптечки окажется такой большой ошибкой? Все бы ничего, но вот это решение не предусматривало того, что псионик может лишиться своих способностей и не сможет заблокировать боль самостоятельно. Блокировка боли куда более эффективно, чем обезболивающие, созданные на основе наркотика, поэтому от них и отказались.

Мое внимание привлек слабый свет и странный гул. Я глянул внимательнее – потолок терялся где-то очень высоко, наверное, порядка двухсот метров. Источником же гула являлись толстые поржавевшие трубы, спускавшиеся в воду.

Взбодрившись, я заозирался. Вокруг имелись искусственные возвышения, будто в каналах. Они поднимались на пять метров над водой под небольшим уклоном, а потом вели на площадки.

Подплыв к одному из них, я с трудом и после нескольких неудачных попыток, смог взобрался на неё. Как ни странно, но это сооружение построено из какого-то бетонирующего раствора - об этом можно судить, только взглянув на раскрошившиеся фрагменты сооружения, светившие поржавевшим железным каркасом и мелким щебнем.

Неужели?

Я взглянул наверх. Так и есть! У стены виднелась железная лестница, ведущая наверх. Периодически через метров двадцать-тридцать, располагались смотровые площадки.

Поднявшись наверх бетонного сооружения, я улегся и решил отдохнуть. Подо мной собралась приличная лужа из воды, смешанной с кровью. Желание что-то делать пропало напрочь. Может, бросить все это? Я так устал, что ничего не хочу. Больно. Как же больно!

На некоторое время я потерял сознание, окунувшись в черный бархат забытья.

Нет!

Я вырвался из плена дремы и решительно поднялся, кривясь и похрипывая от боли. Активировав освещение шуарата, я принялся снимать с себя броню и промокшие трусы и майку. Отжав нижнее белье, я разложил их сушиться. Хотя, это особо не поможет – здесь достаточно прохладно.

Весь трясясь и стуча зубами, я достал виброклинок. Несколько раз вдохнув-выдохнув, набираясь храбрости, я сделал разрез в области перелома.

- А-а-а-ы-у-у! - огласил просторы туннелей протяжный крик боли. Дыша навзрыд, откупорив бутылочку с регенератором, я трясущейся рукой полил им раны и оголившиеся кости. Ещё немного отпив антисептика, после некоторого ожидания добавляю и регенератора. Далее, силой воли удерживая свое сознание от предательского порыва снова покинуть меня, обработал руку и ногу. Теперь дело должно пойти быстрее.

Немного погодя мое тело стало гореть – результат ускорения действия регенератора. Можно одеваться и на себе сушить одежду, кхе-хе. Жаль, до такого у нас не додума-али-и-ись...

А? Сознание все-таки покинуло меня на время. По крайней мере, можно было не бояться застудить себе что-нибудь – мое тело продолжало пылать жаром не слабее печки. И в то же время, меня мутило и тошнило.

Тело слушалось плохо. Подтянув к себе доспех, я решил осмотреть его.

М-да, верхнюю часть можно полностью выкинуть – сплошной искореженный и разломанный бесформенный кусок непонятного назначения. Благо, что у меня майка есть, хоть и она вся дырявая и в крови. Правда, толку от неё зимой никакого.

Самое интересное, что на левом наруче не было даже царапины, тогда как незащищенная им часть имела три ряда глубоких следов от зубов. Про правую ногу вообще молчу.

Я достал бластер. Увы, но он оказался поврежден наравне с доспехом – несколько вмятин и расколов красовались и на его корпусе. Прекрасно! В итоге, из всего оружия у меня только виброклинок, да и тем я пока пользоваться не смогу.

Вернув бесполезное оружие в кобуру, я взглянул вверх. Есть вариант выбраться наружу, сообщить о своем новом местонахождении, выслушать пару ласковых от начальства за самодурство, дождаться помощи, которая, скорее всего, прибудет нескоро, так как меня решат проучить за нетерпение самой ужасной пыткой – ожиданием. Ну, по крайней мере, пока буду ждать, особо не замерзну – тут от силы пятнадцать градусов тепла. Как говорится – любишь приключения на пятую точку искать, люби и последствия этой точкой пожинать.

Я уныло вздохнул. Наставник, как только узнает все подробности моих приключений, в очередной раз устроит хорошую взбучку, которую я ещё месяц буду с икотой вспоминать! Как минимум неделя адских тренировок и промывки мозгов умудренными беседами! Также, мне припомнят угробленное снаряжение. Благо, что шуарат не пострадал и остались поножи с наручами.

Регенератор уже хорошо поработал – об этом говорило прекратившееся кровотечение и стянувшиеся края кожи. Боль зависла на уровне более или менее терпимой.

Вытащив из брони наконечники стрел, я положил их в сумку. Натянув нижнее белье и штаны, сохранившиеся в более приемлемом виде, а также свои военные трофеи, и закрепив сумку с виброклинком на поясе, я стал прохаживаться по площадке. Подниматься по лестнице ещё рано – регенератору нужно время, чтобы подействовать в полной мере.

Держа шлем в руках, я раздумывал, мерно вышагивая и разглядывая большую вмятину на всю левую сторону. Наверное, все же одену. Видеокамера в рабочем состоянии. Да и прибор ночного зрения тоже ещё может сгодиться.

Следующие несколько кругов на небольшом пятачке я уже накручивал, разглядывая все вокруг через объектив прибора ночного зрения.

Сколько себя помню, месяца прожить не мог, чтобы от наставника не досталось хотя бы раз. А всему виной неуемное любопытство и непоседливость. Заставить меня час отсидеть на скучных занятиях – нереально сложно! С ходу улавливая самое необходимое, я часто прогуливал нудные лекции, так что, в детстве наказания в виде изнурительных тренировок было для меня привычным явлением. Все уже были свободны и проводили время в играх, а меня муштровали до того, пока не свалюсь от усталости.

И, тем не менее, я упорно продолжал убегать с занятий, отправляясь на очередную войнушку детей из близлежащих районов против каких-нибудь обнаглевших соседских. Часто после таких игр, родители побитых детей приходили с жалобами на меня, что значило – меня ждало очередное сидение на коленях на горохе.

Кроме войнушки, моим любимым развлечением было исследовать территории вокруг академии, часто залезая в подземные отделы, исследуя вентиляционные шахты лабораторий, наблюдая за исследованиями ученых, или даже проникая в запертые помещения, для того, чтобы посмотреть на какие-нибудь образцы поближе. Иногда компанию мне составляли Ган или Увар, но чаще всего я сваливал с занятий один.   Конечно, со временем я стал более спокойным – наставник умел выбивать дурь из непутевых учеников. Но, периодически, я все же находил себе на голову приключения, поэтому Вамериус все время старался загружать меня практическими занятиями, следя за тем, чтоб любимый ученик не скучал без дела.

Спрашивается, почему же я пошел в псионики, а не в ученые, если меня так тянуло на исследования?

С одной стороны, моя непоседливость. Я быстро терял интерес к чему-либо и не мог долго сосредоточиться на том, чтобы сидеть и заниматься анализом нудных данных. Так уж получилось, оба моих родителя ученые, также участвовавшие в изучении параллельных миров. Они часто брали меня и мою младшую сестру Анэ с собой в лабораторию, так как у них, как у ученых, вся жизнь протекала неотрывно от любимых приборов и лабораторных помещений. Это нагоняло такую смертную скуку. Но когда в ходе какого-нибудь эксперимента у них получалось добиться чего-то, то это вызывало неподдельный интерес. Увы, но таких развлечений выпадало мало, и я однажды решил сам поэкспериментировать.

Это случилось, когда мне было пять лет. Мои волосы тогда были каштановыми, как и у моих родителей, а не как сейчас. Дождавшись наступления ночи, я умыкнул ключи с папиного стола и вошел в лабораторию. Зная, что включение электропитания сразу отобразится на панели охраны, я решил действовать быстро. Запустив оборудование, я ввел какие-то настройки и из прототипа пространственного искривителя появился туманный всполох. Что было дальше, я не помню, как и то, что было до этого – в результате произошедшего я потерял память о своих пяти годах жизни и мои волосы приобрели белый цвет с фиолетовым отливом.

Меня нашли через минут десять после запуска электроэнергии. Около года я никак не реагировал на окружающих, безвольно и не осмысленно проживая все эти дни словно робот. Но в один прекрасный день я пришел в себя и, пройдя курс реабилитации, вернулся к нормальной жизни, несмотря на то, что память так и не восстановилась. А через пару месяцев у меня обнаружили проявившиеся способности псионика, поэтому, получив мое согласие, меня отправили учиться в академию по этой специальности. Итогом же моего обучения стало определение в отряд, основной задачей которого являлось оказание помощи ученым в исследованиях.

Академия. Её основание также являлось заслугой Гуард Ун Пятого. Она включает в себя всю систему образования населения от начальных классов, переходящую к средним с выявлением наклонностей, способностей и интересов своих учащихся, и развивая их в соответствующем направлении. К шестнадцати-восемнадцати годам учащийся заканчивает обучение, получив полную и необходимую степень подготовленности, как специалист, так и по вопросам самостоятельности в жизненных ситуациях. Также академия располагает отделениями повышения квалификации.

Фактически, хоть учеба и заканчивается, ни один из граждан королевства до конца жизни не разрывает связь с академией, продолжая свое периодическое самообучение и развитие. Решение многих проблем осуществляется в её стенах, где опытным путем и общим собором выясняются приемлемые варианты разрешения ситуаций. Особое внимание уделяется развитию как фундаментальных, так и прикладных наук.

Мои размышления перебило урчание желудка. Подкрепившись порцией жареных овощей с мясом, я проверил свое состояние. Думаю, что уже можно пробовать подняться по лестнице. Да, хорошо меня потрепало – а все из-за того, что полез исследовать подземелья, не подумав о последствиях. Правильно наставник говорит, что ветреный на голову – пока не испытал на собственной шкуре, не стал задумываться. Благо, что в таком состоянии я не нарвался на новые неприятности!

Я подошел к лестнице, и желание воспользоваться этим путем у меня пропало. Все подъемное устройство представляло собой ржавые, кое-где отломанные угольники, на скорую руку приваренные друг к другу.

С сомнением смотря на этот шедевр древности, которому навскидку можно было дать не меньше сотни лет, я опробовал на прочность конструкцию. Вроде бы держится, и разваливаться от одного прикосновения не собирается. Интересно, ей уже давно не пользовались, что ли? Хотя, рядом пролегали железные трубы, ведущие наверх, соединенные с рекой, гудевшие от выкачиваемой каким-то механизмом воды, что говорило о наличии некоего населенного пункта на поверхности.

С опаской поставив правую ногу на первую ступеньку, я начал подъем, каждый раз проверяя следующую на прочность. Это сильно замедляло меня, но лучше уж так, чем слететь с такой высоты вниз, а то костей не соберешь. Хех, наставник бы сказал, что я решил поумнеть на старости лет (насчет цвета моих волос была его любимая шутка). Эх, что поделать, просто уж слишком я нетерпеливый и ждать чего-то для меня сущее наказание.

Наконец долгий подъем завершился. Пару раз проверяемые ступеньки отваливались от небольшого усилия, а в одном месте я даже чуть было не сорвался сам – казавшееся крепким, крепление одного угольника не выдержало. Благо, я успел ухватиться за лестницу, при этом получив ещё пару синяков.

Взобравшись на последнюю платформу, я разглядел канализационный люк, крышку которого прикрыли не до конца. Приподняв тяжеленный чугунный круг, я слегка высунул голову. Вокруг было пустынно и тихо.

Отодвинув крышку до конца, я выглянул из люка и внимательно осмотрелся. Солнце поднялось уже на достаточную высоту. Я оказался в каком-то городе. Архитектура зданий представляла собой убогое зрелище: низкие, одно-двух этажные постройки, без всяких изысков, сделанные из черных и серых камней или кирпичей, с узкими, стрельчатыми окнами, закрытыми решетками. Повсюду грязь и не ухоженность, отсутствие каких-либо украшений и садовых участков, или культурных насаждений – лишь сухие сорняки проглядывают сквозь мощеные камнем дороги, да разлапистые ползучие растения оплетают ограду и стены домов. Несколько засохших деревцев только сильнее портили впечатление. Ветхие постройки дышали дряблостью, пылью и гарью. Где-то висели выцветшие стяги с изображением стилизованного солнца, разделенного на черную и белую половину.

Когда я увидел герб на флаге, первым моим желанием было нырнуть обратно в люк и сваливать отсюда как можно дальше! Каким образом я умудрился попасть в Окар? Я ещё не знал, что это за город, но спутать знамя этой империи с чем-то другим просто невозможно! Да, умею я влипать в неприятности! Иногда приключения сами стучатся ко мне в двери...

Воздух достаточно горячий, значит это юг, а в этой области находилось несколько городов, в том числе и столица Нагашин. Но почему трава сухая? Здесь же не бывает зимы.

Улицы совершенно безлюдны – это казалось ещё более странным. Конечно, мы ничего не знали о жизни в Окаре, поэтому, может тут такое в порядке вещей, но верится с трудом.

Сложный вопрос – что делать дальше? Все-таки, вражеская территория, да и на мне нет брони и защиты «хамелеона». Я, конечно, безбашенный, но не до такой степени, чтобы разгуливать по Окару как какой-нибудь турист. Эх, если бы можно было б замаскироваться под местного, то о прогулке ещё можно было б подумать, а так – без вариантов.

Я почувствовал себя уязвимым и беззащитным. Это вызывало странное ощущение сжатия в груди, от чего было тяжело дышать. Непривычные чувства. Потерянность.

Что это со мной? Я никогда такого не испытывал, даже на своем первом боевом задании. В основном тренировки бойцов проходили в тренажере-симуляторе, где боевая ситуация воспроизводилась с невероятной точностью. Но иногда нас отправляли против засыльных окарских отрядов. Или против восточных пиратов Азара. Всего у меня на счету шесть реальных боевых операций. Эта седьмая. Но в первый раз я почувствовал страх. Да, это явно страх. Страх, возникший из осознания того, что казавшаяся непробиваемой защита доспеха не спасла меня. К тому же, лишившись практически всего своего оружия и не имея возможности использовать виброклинок, я оказался перед лицом реальной опасности. И этот страх острыми когтями вцепился в мое сердце. Никогда не знавший этого чувства, я был растерян. Что за бесполезное явление? А ну-ка, брысь! Пошел вон! А ты возьми себя в руки!

Включив меню шуарата, я проверил сигнал – чуть больше тринадцати процентов. Очень мало, но этого хватит.

Взглянув на свои координаты и убедившись, что вылез в центре столицы Окара, я наложил план пройденного пути на карту. Как показал результат, область, пройденная мной от последнего телепорта, находилась на пограничной территории пустыни с Окаром. Место упавшего корабля заметно выделялось на фоне туннелей, так как там я хорошо наследил, изучая эти объекты. Интересно было б узнать, где же располагается комплекс пирамид?

Если эти сооружения находятся на территории пустыни, то имеется вероятность того, что рептилоиды – это бедуины, таинственный народ, проживавший на этой непригодной к жизни земле. Никто точно не знает, как они выглядят. Найти их просто невозможно, но в прошлом часто отправляемые экспедиции в пустыню, навсегда пропадали без вести. Рассказывали, что это дело рук бедуинов, которые не терпели посягательство чужаков на свою территорию и, приходя ночью, забирали жизни нарушителей своей ужасающей магией. Про стрелы и шокеры ничего не говорилось, может это вообще и не рептилоиды, или мне крупно повезло, и я не встретился с их магами.

Мне припомнился текст легенд: «Прародители вступили на территорию пустыни и познали ужасные беды». Вполне возможно, что это было связано как раз таки с бедуинами. Еще есть одно интересное упоминание о том, что звездные корабли несколько раз падали с небес через какой-то промежуток времени. Почему корабли Прародителей именно падали, разбиваясь, а не совершая нормальное приземление, остается загадкой. Может быть, найдя ответ на него, мы поймем и причины наших неудачных космических программ?

Я включил соединение с наставником, морально готовясь к предстоящей беседе. Выведя изображение на внутренний экран шлема, я увидел искореженную картинку, на которой на меня смотрел удивленным взглядом Вамериус.

- Киариус? – Он всем телом подался вперед. - Каким образом ты умудрился попасть в Окар, да ещё и оказался в центре Нагашина? Или, это у тебя какая-то проблема с передачей координат произошла?

- Нет, это не ошибка техники – я действительно в Нагашине.

- Но, как? Ты меньше суток назад был в одиннадцати тысячах километров от этого места!

Он пока не знает о моих приключениях, поэтому его сей факт очень удивил.

- Наставник, я представлю вам полный отчет обо всем пройденном пути, только, пожалуйста, заберите меня отсюда как можно скорее!

- Конечно, представишь. А теперь о способе тебя вытащить оттуда. Тебе следовало бы перебраться подальше за пределы города и оказаться как можно ближе к границе, но, раз ты просишь забрать тебя прямо сейчас, то, думаю, на это есть причина и ты не можешь покинуть свое место пребывания, так?

- Да, так и есть.

- Ладно, оставайся на месте, я сейчас вызову какого-нибудь мага, чтобы он создал тебе портал.

- Хоро… - Я не закончил готовить, так как на меня нахлынуло странное чувство – будто облили ледяной водой.

- Эй, Киар, что случилось? – в голосе наставника чувствовалась тревога. Возникшее ощущение пропало. Я стал оглядываться.

Возникшее ощущение пропало. Я огляделся и увидел это: сквозь меня прошла призрачная фигура человека, трудноразличимая под солнечным светом. Проигнорировав сам факт моего существования, призрак продолжал меланхолично двигаться по своему одному ему ведомому маршруту. Я пригляделся более внимательно, и у меня волосы зашевелились на голове – вокруг сновали десятки призраков! Что они здесь забыли?

Нет, постой. Призраки просто так не могут бродить в мире живых, только если их вызвал некромант. Не может быть! Зачем это им могло понадобиться, ведь, как известно, душой управлять нельзя, если её не привязать к реальному миру, вселив в какой-нибудь предмет связующей печатью.

Я вылез из люка. Неприкаянные души бродили повсюду. Да город просто кишит ими!

- Наставник, кажется у нас проблемы. Вся улица наполнена неприкаянными душами. – Я проходил дальше, все сильнее убеждаясь в опасности масштаба нашествия призраков. И ни одного живого существа, лишь кое-где попадались оброненные вещи.

«Иди ко мне. Сюда. Приди ко мне!»

Голос? Что это?

Я заозирался. Словно кто-то шептал мне с обеих сторон. Таким томным женским голосом.

- Неприкаянные? В центре Нагашина? – Наставник, побледнев, сел. - О, Омнар Всемогущий, спаси и сохрани! Это ничего хорошего не предвещает. Мы сейчас откроем портал рядом с тобой. Никуда не уходи. Я сообщу магам – это их задача решать такие проблемы.

«Иди же ко мне! Сюда. Сюда!»

Что за назойливый голос. Откуда он исходит. Хм-м. Странно, куда это я направляюсь?

- Эй, Киариус! Ты меня слышишь? Куда ты идешь?

«Иди ко мне! Я жду тебя! Приди же ко мне!» Да, странно. Куда я иду? Почему я иду?

Наставник что-то кричал, обращался к кому-то. Чего это он так шумит? Ведь в этом нет же никакого смысла? Меня зовет этот сладострастный голос. Этот голос, я хочу быть рядом с его обладательницей, хочу окунуться в её страстные объятия. Да, я иду к тебе!

Кто-то схватил меня за руки. Да как вы смеете мешать мне идти к ней, ничтожества!

Я напряг обе руки и взмахнул ими, отбросив двух рискнувших остановить меня человечишек как надоедливых букашек. Вы не имеете никакого права стоять у меня на пути, когда я иду к Ней!

Не взглянув в сторону отлетевших, я продолжил свой путь. Они не достойны и доли секунды моего внимания.

Вдруг меня что-то обхватило в районе груди, а потом повязало по рукам и ногам. Потеряв равновесие, я со всего маху полетел лицом навстречу каменным плитам.

Глава 1.7Править

Светлый деревянный потолок, как и стены, сделанные из добротных бревенчатых срубов, был хорошо просмолен. Небольшая комнатка освещалась масляным фонарем со стеклянным футляром, что стоял на деревянном столе. Рыжие языки пламени мерно танцевали на поленьях в каменном камине, потрескивая и изредка выбивая сноп искр, наполняя пространство теплом и создавая уют обжитого дома.

Кроме двух деревянных кроватей, на одной из которых я себя обнаружил, интерьер комнаты дополняли книжный шкаф, пара табуретов, и кованный железом вещевой сундук. Стены же украшали фотографии в рамках. Лишь обитая стальными листами крепкая дверь казалась здесь неуместной.

Как я сюда попал и что это за место?

Если на первый вопрос я вообще не имел понятия, что ответить, то на второй у меня возникло одно предположение. Это охотничий домик. В родном городе Ха Ора, когда я приезжал навестить родных, дед часто брал меня с собой в горы на несколько дней и мы ночевали с ним в подобном домике. Об этом времени у меня осталось множество приятных воспоминаний. Сам я не принимал участие в охоте, но любил проводить время, прогуливаясь с дедом по горным лесам, рыбача в местных озерах и реках, собирая дикие ягоды и грибы.

Я встал с кровати и подошел к первой фотографии. Увидев людей на ней, я для верности потер глаза руками. Изображение не изменилось. Я себя даже ущипнул и, о чудо - это всего лишь сон! Или я потерял способность испытывать боль, так как я ничего не ощутил от сильного сжатия кожи.

Ну, ладно, это сон. Что дальше? По идее, когда понимаешь, что ты спишь, то обычно просыпаешься. Что-то я такого не заметил.

Вернемся к фотографии. Обычная фотография, я бы так сказал, в стандартной деревянной рамке. Вот только, на ней был я лет одиннадцати и в сопровождении своего деда. Несмотря на свой щупленький вид, он был довольно бодреньким старичком с короткой седой бороденкой, одетый в сделанную из шкуры какого-то лохматого животного шубу и шапку-ушанку. Зима, снега по пояс. Я бежал по расчищенной тропинке, держа в руках снежок и радостно смеясь.

С ностальгией улыбнувшись, я прошел к следующей рамке. Там был я, Анэ и мама с отцом. Какая-то лаборатория, мне около пяти лет. Сестренка на год младше. Стоит и, насупившись, вцепилась в свою плюшевую игрушку, а я, разозлившийся на неё из-за какой-то мелочи, отвернулся и скрестил руки на груди. Родители же пытаются нас помирить.

А вот и моя любимая войнушка. Возведенные баррикады из невероятного хлама, приволоченного невесть откуда. Вместо доспехов – кастрюли и связанные нитками палки, мечи – ветви деревьев и кустарников. Комья земли при должной фантазии представлялись гранатами, а пластиковые бутылки с дырявыми пробками, заполненные водой, заменяли пистолеты. Мокрые, грязные, с драной одеждой, фингалами и царапинами. Злые и радостные, раскрасневшиеся и довольные. Кто-то плачет, кто-то смеется.

Осмотрев ещё пару фотографий, я подошел к столу. Там лежал белый фотоальбом без всяких надписей. Открыв его, я увидел свою младенческую фотографию. Мама держала меня на руках, а папа обнимал её за плечи. Сцены из детства сменялись жизнью в академии. Очередные похождения сменялись сценами из тренировок.

А вот Анэ вышла замуж. Ей здесь двадцать один. Прекрасная, полная сил и жизнерадостная. Белое подвенечное платье развевается под порывом ветра. Каштановые пряди длинных волос спадают шелком на плечи. Улыбающуюся сестренку ведет под руку её муж, наш друг детства – Канэд, он, так же как и сестра, художник. Скоро у них должен родиться ребенок.

Вот мое первое боевое задание. Очередная взбучка от наставника. Празднование нового года. Прибытие на базу одиннадцать ноль один. Нападение окарцев. Путешествия по туннелям.

За окном, слегка прикрытым занавесками, было темно, и шел снег. Не знаю, сколько времени я потратил, просматривая эти фотографии, но дойдя до заполненного неприкаянными города, я уже думал, что на этом альбом должен закончиться. Однако страницы продолжались и дальше, только все фотографии будто смазаны и размыты, все до одной.

Пролистав, таким образом, весь альбом, я оставил это дело и положил его обратно на стол, после чего подошел к шкафу. Меня уже совершенно не удивил факт того, что его полки ломились от книг, что я когда-то успел прочесть. Я специально прошелся по названиям, но не нашел ни одной лишней – будто специально подбирали.

Открыв нижние дверцы шкафа, я обнаружил кучу исписанных тетрадей. Открыв одну из них, я точно понял, что это моя тетрадь – другого такого человека с подобным корявым почерком надо ещё поискать. Ни один преподаватель так и не смог исправить его. И никто, кроме меня, не мог понять содержание моей писанины, хотя иногда и мне самому это давалось с превеликим трудом. Поэтому я даже не попытался почитать, что же содержала эта тетрадка, а положил её на место.

Все это хорошо. Но вопрос остается открытым. Это место – место моих воспоминаний, что ли?

На мгновенье мне показалось, что за окном что-то промелькнуло, но подойдя ближе, сколько бы я не всматривался, кроме снега и елок, стоявших близко к дому, ничего разглядеть не смог.

«Ск-р-р-р!», - раздался звук, от которого меня пробрал холодок по всему телу и меня всего передернуло. Что-то скреблось в дверь.

Чуть-чуть поскребя, незваный гость утихомирился, но уходить и не думал. Я подошел ближе. Кстати, а дверь-то всего лишь на щеколду закрыта. Прислонившись ухом к поверхности, я стал вслушиваться.

Бух! Бух! Бух! Я отшатнулся и плюхнулся на бечёвку у порога. Бух! Бух-бух-бух! Кто-то очень настойчиво хочет попасть вовнутрь, теперь уже выбивая дверь сильными ударами. Я отскочил и принялся искать способ, каким образом можно защититься. Тут я обнаружил, что одет в простые крестьянские штаны, подтянутые плетеным из кожаных лоскутов ремнем, и в обычной льняной рубашке.

Где моя броня? Ах да, её же мне подпортили в ходе моего последнего поиска приключений. Тогда, почему я в крестьянской одежде, а не в повседневном военном облачении? Хотя постой, это же сон! Да, ведь это же сон? Это мое подсознание, или нет? Если да, то я могу одеться в свою привычную и любимую броню? Эй, броня, а ну-ка! Облачение! Нет? Обмундирование! Тоже? Эмм… тогда, сундук с вещами!

Я ринулся к сундуку, но на нем висел замок. Ключ! Не хочешь появиться? Срочно нужен ключ!

Я кинулся искать ключ, но здесь особо и некуда его прятать. А тем временем щеколда, оказавшаяся достаточно крепкой, чтобы выдержать столько ударов, все же слетела и дверь распахнулась вовнутрь. Это, в общем, неудивительно, так как здесь из-за большого объема выпадавшего снега, делать двери, открывавшиеся наружу, было неразумно.

Обернувшись в сторону входа, я застыл, опершись на сундук. Казалось, сердце готово выскочить, а дыхание как после пробега стометровки на пределе возможностей.

В темном проеме никого не видно.

- Впусти меня. Мне холодно. – От этого жуткого голоса, что донеся из проема, меня всего затрясло и волосы зашевелились на голове. Мороз гулял по коже, а я хотел оказаться как можно дальше отсюда, просочиться сквозь стену дома, лишь бы подальше, лишь бы не слышать и не видеть обладателя этого голоса! Такая ужасающая аура, такой нечеловеческий, чуждый реальности, чуждый живому голос! Страшно подумать, кем должно быть это существо!

- Ну что же ты меня не приветствуешь? Впусти же меня, я жду. – В проеме показался сгорбившийся темный силуэт, облаченный в платье - простенькое, белое и с кружевами. Однако лицо, скрытое грязными каштановыми длинными волосами, пугало меня до икоты.

Оружие, срочно хоть что-нибудь! Мой взгляд коснулся гардины штор. Точно! Я кинулся к ней и, содрав без жалости с места, взял в руки деревянный шест. Какое-никакое, но оружие. Весь трясясь, словно в ознобе, я неверной поступью двинулся в сторону прохода.

-Т-ты н-не-не-не прой-де-ешь! У-у-ух-ходи и не-не-не возвращайся! – Я направил шест на незваного посетителя и оттолкнул с порога. Нечто, покатившись кубарем, прекратило быть похожим на девушку в платье и исчезло среди деревьев. Дверь закрылась, а я, осев на пол, проснулся.

- Ах! – Я с размаху сел, тяжело дыша.

Кажется, я сейчас в палате медпункта, на что указывали белые стены, больничные койки и запах антисептика. А также горстка медиков, суетившихся вокруг.

- Эй-эй, не так резко! Ожил, наконец-то! Ты ложись, голубчик, тебе лежать надо. Ты ж чуть души своей не лишился! Эта зараза со своим зовом смерти успела отделить тебя от тела и отправить гулять в неведомые дали! – Меня уложили обратно на кровать два целителя, одетых в белые халаты с красными ветвистыми рисунками. На вид им можно было дать под пятьдесят. Оба с небольшими бородками. Один со средней длины каштановыми волосами, заплетёнными в несколько косичек, свисающими по обе стороны, другой с черными и короткими. Кроме того, они сильно отличались телосложением: тот, что с косичками – вполне среднего, а тот, что с короткими - низенький и коренастый.

- Меня зовут Эминмаэй, - представился коренастый.

- А меня Греумаэй, можешь без окончаний.

Я в знак приветствия слегка качнул головой и уставился на них с отрешенным видом.

- О-о-о, да я смотрю, воскресать из мертвых - это то ещё удовольствие, - пошутил Греу.

Я взглянул на него. Видимо, по моей внешности можно писать картины о восставших мертвецах, потому что Греу отшатнулся от меня аки от наглядного пособия по трупам.

- Пожалуй, я принесу тебе попить чего-нибудь. Да и поесть, тоже не помешает. - И он незамедлительно ретировался.

- Эмин, не позволите ли себе любезность объяснить мне более доходчиво, что имели в виду вы со своим дорогим товарищем?

- Да, конечно, - нервно сглотнул тот и приступил к рассказу. Вскоре подошел Греу с подносом: ничего особенного – овсянка и стакан воды. Аппетит категорически отказывался появляться, так что, особого энтузиазма в принятии пищи я не проявил, меланхолично проглатывая совершенно безвкусную кашицу, слушая сбивчивое повествование моих новых знакомых. Как оказалось, меня доставили в центральную лечебницу столицы и оставили под наблюдением этих двух целителей, что поддерживали связь моей души и тела, пытаясь вернуть её на место. Весь Окар – это теперь мертвая зона. Там не осталось ни одного живого существа, а всему виной некроманты, которые произвели ужасающее заклинание, называемое «Зовом смерти», в храме двух богов, принеся в жертву тысячу собравшихся там людей.

Все бы ничего, но оно имело свойство призывать всех, кто его услышит на алтарь и совершать самоубийство, продолжая подпитывать заклятие, накапливая энергию для чего-то иного, суть которого наши маги пока не смогли установить. Находиться на территории Окара сейчас очень опасно, что очень осложняет работу магов. Без магической защиты там делать нечего. Также удалось установить, что недавние пропажи людей из других стран, о которых ходили слухи по всему королевству (но я это дело умудрился пропустить мимо ушей), тоже имеют отношение к этому происшествию – кто-то из темных служителей Окара связался с работорговцами Нэзоче и заключил заказ на большую партию рабов. Подробности установить не удалось – пойманные работорговцы уверяют, что ничего не знают, так как с этим не имели дела, а те, кто проворачивал поставку рабов, сами вошли в число жертв зова.

Что же касается меня, то я, не имея защиты от магии, быстро оказался под действием чар, начав терять связь со своим телом, после чего и стал видеть неприкаянных. Потеряв связь с телом, я полностью перестал управлять им, влившись в дружный коллектив неприкаянных. Благо, что маги вовремя подоспели и успели оплести меня и привязать душу к телу.

Конечно, хоть у них это и вышло, но я так и не вернулся в само тело, уйдя блуждать куда-то в иной мир. С чем это было связано, и почему же я все-таки вернулся, они ничего сказать не могли – только домыслы и догадки.

- Да, кстати, пока ты на больничном, но через какое-то время тебе предстоит серьезный разговор с наставником, - любезно сообщил мне Греу, уходя из комнаты. Эмин же продолжал удерживать надо мной большой энергетический шар, из которого исходили лучи энергии, периодически проходившие по моему телу. Лечащий шар – стандартное заклятие целителей, куда вносились дополнительные, соответствующие цели лечения.

- А что насчет моих способностей?

- Я как раз хотел об этом сейчас поведать тебе. Мы пока не можем вернуть их. - Он поднял руку, останавливая мой порыв возмущения. - Дело не в наложенном на тебя заклятии – его мы с легкостью снимем позже. Физически, ты здоров, - немного помолчав, Эмин наклонился ко мне, - но психологически испытал серьезную травму, которую невозможно исцелить магией. Она пока неопасна для тебя, но её след очень четко отражается в твоей ауре. Я так понимаю, ты «проявившийся» псионик?

Я подтвердил это, заодно рассказав, что со мной произошло в детстве.

- Ясно. Выходит, твой случай относится к тем, когда прохождение ритуала было сопряжено с большой опасностью?

- Да.

«Проявившимися» называли псиоников, способности которых открылись в результате травмирующей ситуации, что случилась в детстве. Как правило, это не освобождает от прохождения ритуала Очищения, но мне в этом «повезло», если так можно сказать, потому что я был одним из нескольких учащихся, ставших псиониками, кто в связи с тяжестью полученной травмы, освобождался от его прохождения.

Кроме «проявившихся», существуют и «взращённые». Фактически, с помощью ритуала псиоником мог стать каждый, но не все могли выжить после него. Для того, чтобы стать магом, нужно иметь врожденный талант, но и маги также проходили этот ритуал. Основная необходимость, из-за чего проводили ритуал, заключается в Сеткарах - темных сущностях из иного мира, о которых слышали, наверное, все. Большинство людей считало их просто сказками, но они представляли огромную опасность для разумных существ. Сеткара чувствует людей, в сердце которых есть злость, ненависть, страх, порочные и алчные чувства, негативные эмоции.

Обычно, эти твари не трогают тех, у кого этот негатив, очень четко отображающийся на ауре, недостаточно сильный. Они ждут, когда зерна тьмы, как называют ещё негативные мысли, чувства и эмоции, прорастут и дадут обильный урожай. Тогда сеткары приходят во сне, когда у человека усиливается связь с иными мирами, и просят впустить в свое сердце. Если их прогоняют, то они раз за разом будут пробовать войти силой, пока оборона человека не падет. Вот тогда душа и тело человека подпадает под власть Сеткары, а они собирают в них урожай зла, превращая в безумцев и злодеев.

В былые времена маги часто страдали от визитов Сеткары, но могли дать им достойный отпор. Потом был придуман способ, в результате которого, маги смогли оградить себя от внимания Сеткар - ритуал Очищения. Он заключался в том, чтобы освободиться от любого негатива, что есть в сердце. Только в этом случае человек полностью защищен от вероятности нападения – сеткары просто не видят человека, так как в нем нет того фактора, что раньше привлекал их. Единожды пройдя ритуал, человек полностью закрывал вход в свое сердце всему негативному.

Иар Ун Второй очень много времени провел в изучении этого ритуала и истории магов. Он сам опробовал его на себе, хотя в двадцать лет выполнять его значительно рискованнее. Но Иар успешно прошел ритуал, остался жив и сохранил рассудок. Маги же и псионики подвергаются этой процедуре в пять-шесть лет, не позже. В нынешнем своем виде ритуал появился лишь около двух десятков лет назад, в результате исследований и модификаций нынешнего короля, ставшего первым в истории взращённым псиоником.

Пока что обязательным прохождение этого ритуала является только у псиоников и магов, но король предлагал ввести его и для простых граждан. У этого решения есть много противников, главной причиной чего являлась возможная гибель во время ритуала.

Фактически, суть ритуала и заключалась в смерти. Но одни могли вернуться из-за грани, другие же навсегда оставались за ней. Благодаря специальным зельям и гипнозу, человека вводили в пограничное состояние. Душа до определенного момента находилась на грани миров, где переступая черту, встречалась лицом к лицу с потаенной тьмой в своем сердце. Вскрыв «ящик Пандоры», как называли хранилище тьмы, душа должна освободиться от неё и больше никогда не запускать в свое сердце. После чего нужно просто вернуться обратно.

Те, кто удачно проходил ритуал, а случаев смерти отмечалось не так много, утверждали, что в этом не было ничего сложного – их будто бы самих потянуло обратно в тело и они просыпались как после долгого сна. Причина же того, почему не все возвращались, до сих пор остается загадкой. Есть предположение, что всему виной Сеткары, с которыми сталкивались те несчастные.

Я рассказал Эмину о своем сне. Отреагировал он вполне ожидаемо:

- Это плохо. Тебе придется все-таки пройти ритуал и медлить с этим нельзя, раз ты уже успел столкнуться с Сеткарой.

В общем, я уже и сам стал догадываться, кто пытался заглянуть ко мне на огонек в том сне.

- Я сейчас свяжусь с магом, который доставит тебя в Южный Храм Чистоты, а ты пока оденься. - Он указал на шкафчик с одеждой в углу комнаты и вышел.

Сменив больничную пижаму на повседневную одежду, я выглянул в окно. Сейчас утро, но солнце отсюда увидеть невозможно. За окном располагалась усыпанная снегом аллея, по которой прогуливались люди. Чуть дальше виднелось прекрасное по архитектурному исполнению здание жилого комплекса. С появлением технологии выращивания материалов, многие здания решено было перестраивать. В итоге разношерстная архитектура, что за четыреста лет образовалась в городах королевства, постепенно стала приходить к единому стилю. Какие-то исторические памятники оставили нетронутыми, но они гармонично вписывались в современную архитектуру. Можно сказать, что каждое здание сейчас было чуть ли не произведением искусства. Архитекторы вложили всю душу и огромное количество сил в разработку нового образа городов Ра Анты.

За спиной раздался стук. Повернувшись, я увидел молодого парня, может чуть младше меня, одетого в длинный черный плащ мага, застегнутый на три из пяти пуговиц. Из-под отогнутой части виднелась белая рубаха. Парень опирался плечом на косяк двери. Убедившись, что привлек мое внимание, он убрал руку от двери и вошел в комнату, снимая капюшон. На меня смотрел блондин с голубыми глазами и добродушной улыбкой. Небрежно встряхнув рукой волосы средней длины, он заговорил:

- Приветствую тебя, я Акамаэй.

- И тебе здравия. Киариус. - Я пожал протянутую руку.

- Ну что, не будем терять времени?

- Постой. Можешь перед храмом Чистоты заскочить со мной в одно место?

Он удивленно взглянул на меня, но утвердительно кивнул.

- Хорошо, тогда, пожалуйста, открой портал в этом месте. - Я открыл карту в своем шуарате и показал координаты охотничьего домика в горах, находившихся рядом с моим родным городом.

- Если не секрет, то зачем тебе в такую глушь? – Маг непонимающе рассматривал горную область, где до ближайших селений было несколько сот километров.

- Там есть охотничий домик, с которым у меня связаны особые воспоминания и я хочу навестить могилу своего деда.

- Ясно. Тогда пошли, - задумчиво смотря на карту, ответил Акамаэй. Встав к стене и, наведя на неё руки, он принялся создавать портал. На белой поверхности образовался большой круг света и через некоторое время Акамаэй пригласил меня следовать за ним.

Я схватил зимнюю куртку, на ходу одевая её, и вошел в портал. Горы встретили нас морозным воздухом и легким ветерком. Думаю, тут от силы градусов десять. Чистое небо радовало глаза холодно-льдистым цветом, и солнце било прямо в глаза. Столица располагалась значительно севернее этого места, поэтому светило здесь достигало более высокой позиции. Ещё несколько дней и начнется последний месяц зимы, а это значит, что на юге королевства уже скоро придет обычная для него ранняя весна.

Я оглянулся и увидел цель визита в это место. Правда, его с трудом можно было различить из-за огромных сугробов и шапки снега, что скрывали домик под собой. Проваливаясь почти по пояс в снегу, я побрел к дому.

- Это он?

- Да.

- Погоди, я помогу. - Акамаэй взмахнул руками и будто развел ими что-то. Фактически, так и было. Снег, что до этого неприступно лежал у меня на пути, разошелся в стороны, образовав небольшую тропинку прямо к входу в дом.

- О, спасибо! – Я искренне его поблагодарил, восхищенный полезностью способностей магов, и пошел по расчищенному пути.

Обычная деревянная дверь, потемневшая от времени, обитая в некоторых местах полосками железа. Она разительно отличалась от той, что я видел во сне.

Я взялся за круглую ручку и повернул её, открывая дверь, издавшую протяжный скрип. Как и раньше, не заперта. Собственно, в этом не было никакой необходимости, ведь ничего ценного здесь нет, а переночевать в этом домике мог любой желающий.

Из-за заваленного снегом окна, в помещении царил полумрак. Я включил освещение шуарата, осматриваясь. Акамаэй вошел следом. Поёжившись от неуютной атмосферы, что царила здесь, он предпочел выйти наружу.

Домом уже давно никто не пользовался, об этом говорил толстый слой пыли под ногами. Потемневшие стены и потолок покрывала паутина. Пахло сыростью. А кое-где появились даже следы плесени.

Здесь, как и во сне, я обнаружил две деревянные кровати с матрасами, стол со стоявшей на нем лампой, табуреты, да каменный камин, рядом с которым валялась впопыхах брошенная стопка дров. Покосившийся шкаф встретил меня запыленными пустыми полками. Ни рамок с фотографиями, ни сундука здесь не было. Думаю, я нашел свой «ящик Пандоры».

Выйдя наружу, я попросил Акамаэйя расчистить снег в ещё одном месте. По выполнении данной просьбы, пред нами предстал деревянный крест, покосившийся и покрытый налипшим снегом. Я встал на колени перед ним.

Когда мне было около шестнадцати, дед отправился в горы на охоту без меня и долго не возвращался. Я приехал домой и вместе с семьей мы направились на его поиски. Нашли его быстро - в этом доме… мертвым. Ему было семьдесят, и он прожил славную жизнь, обретя покой в том месте, что любил больше всего.

- Благодарю тебя за то, что доставил меня сюда, а теперь можем направляться в храм Чистоты!

Храм Чистоты представлял собой огромное строение, созданное из многотонных каменных плит, отшлифованных и подогнанных друг к другу с такой точностью, что удивляешься, какие технологии применяли древние строители. Да, кстати, это один из старейших памятников цивилизации, проживавшей в этом мире до пришествия Прародителей. Его, конечно, пришлось немного обустроить для проживания в холодные периоды времени, так как он для этого совершенно был непригоден. Видимо, когда его строили, а это как минимум сотня тысяч лет назад, климат отличался более мягкими зимами. А может, им просто не пользовались в холодную пору?

Передав меня в руки настоятеля храма, худенького смуглого старичка, с начисто выбритой головой и лицом, в монашеском одеянии белого цвета без всяких украшений, подвязанного холщевым поясом, Акамаэй попрощался со мной, пожелав удачи. Монах сопроводил меня в подземные помещения, радовавших наличием большого количества комнат и коридоров.

Открыв первую попавшуюся дверь, настоятель попросил подождать. Через пару минут выйдя с какой-то сумкой и грубым мешком, он, вручив это мне, пошел в коридор направо. Через пару десятков метров монах остановился у очередной двери и вошел в комнату, пригласив зайти и меня.

Мы оказались в небольшой клетушке два на два метра, где с трудом помещались столик и два стула, сесть на один из которых мне и предложили.

Взяв у меня ношу, настоятель стал выкладывать из мешка белые тряпки. Ими оказалось одеяние, в котором я проведу следующие три дня, и в котором меня похоронят, если не смогу вернуться к жизни, ха-ха.

Я нервно повел плечами.

В сумке же лежали какие-то бутылочки, мерные стаканчики и чашка с ложкой. Наливая каждого зелья по определенным пропорциям, монах смешивал их в чашке, пока я одевался в тщательно выстиранный балахон.

Закончив приготовление снадобья, настоятель вручил мне чашку, приказав выпить все до дна. На запах и вид эта бурда отличалась особой отвратительностью, даже в сравнении с регенератором. На вкус она оказалась ещё хуже. Я еле удержался от того, чтобы не вернуть только что выпитое обратно в чашку в естественном протесте организма против такого издевательства.

Сдерживая подступающие порывы рвоты, я аккуратно встал и пошел за монахом, стараясь не дышать, чтобы случайно не опозориться перед ним.

Отворив дверь, настоятель вошел в небольшую комнатку, где в центре стоял каменный саркофаг, а над ним висела подвешенная на тросах крышка.

Я порывисто сглотнул. Это мне придется в нем провести целых три дня? Будто прочитав мои мысли, наставник кивнул мне и пригласил устраиваться в опочивальню. Подойдя к саркофагу, я забрался в него и лег. После этого монах сел на край и стал напевать гипнотическое заклятие размеренным монотонным голосом, будто убаюкивая меня. Веки стали тяжелеть. Чтобы удерживать их открытыми, у меня уходило очень много сил. В конце концов я сдался и закрыл глаза буквально на секунду.

Моргнув, я снова очутился в охотничьем домике, но не в том, что существовал в реальности, а в том, что был в ином мире. Обнаружив себя посредине комнаты, я сначала пришел в замешательство, но потом вспомнил, для чего я здесь и как я сюда попал.

Я подошел к сундуку. У меня нет ключа от него, нет и орудия, способного его вскрыть. Поэтому, я поступлю проще – просто выкину его из этого дома.

Схватившись за ручку объемной бандуры, я потянул её на себя. Ы-ы-х! Тяжелая! Даже на сантиметр не сдвинул.

Я подошел к окну. Схватив и снова сдернув гардину, вернувшуюся на место, я использовал шест как рычаг, уперевшись им в сундук. Уже лучше. Тяжелая штуковина соизволила поддаваться и со скрипом сдвинулась с места. Воодушевленный успехом, я усилил нажим. Опрокинув сундук, я смог перекатить его на полметра. Далее, я опять уперся в него палкой, подложив под нее полено. Продолжая в том же духе, я практически достиг выхода, когда за дверью опять послышался скрежет.

Так, успокойся. Я вздохнул и выдохнул. Надеюсь, это поможет на этот раз.

Закрыв глаза и сосредоточившись, я представил, что одет в броню "хамелеона" и в руках у меня мой любимый виброклинок и бластер. Не обращая внимания на скрежет, я удерживал концентрацию, пока не почувствовал привычный вес в руках и на теле. Только после этого я открыл глаза, убедившись, что это сработало.

Бух! Бух! Бух-бух-бух! Я готов к этому, ну, что же, потанцуем!

Дверь распахнулась настежь, и передо мной предстал мой старый знакомый. Испытав легкий трепет, я взбодрился, осуществив глубокий вдох и на выдохе ринувшись в атаку.

Тварь парировала мой удар возникшим из ниоткуда мечом. Платье сменилось темным шипастым доспехом, а на меня уставились желтые глаза с вертикальным зрачком.

- У рептилоидов были копья и шокеры, да и броня посветлее, - сообщил я Сеткаре.

Ничего не сказав в ответ, тварь ринулась на меня, не издавая никаких звуков. Даже столкновение клинков происходило в неестественной полной тишине. Как и рептилоиды, Сеткара с легкостью уворачивалась от выстрелов, а попадания в грудь не давали никакого эффекта, поэтому, я убрал бластер обратно.

Махая с невероятной скоростью мечом, она не давала мне возможности совершить ответную атаку. Я в основном уходил от удара в сторону или отклонялся, периодически отводя удары от себя и пробуя атаковать в открывавшуюся область.

В очередной раз парировав мой удар, тварь попыталась садануть в меня шипастым нарукавником. Перехватив его, я совершил шаг назад, увлекая противника за собой и совершая вращательное движение. Впечатав Сеткару в стену дома, я выбил её оружие, после чего немедля всадил клинок возвратным движением в спину.

Выпучив на меня глаза, Сеткара дернулась и рассыпалась черной пылью.

Вернувшись в дом, я дотащил сундук до выхода. Стоило ему оказаться снаружи, как его охватили невероятные метаморфозы: то вздуваясь, то сжимаясь, он превращался в подобие утыканной сосульками подушки. Встрепыхнувшись в последний раз, сундук превратился в темное облачко, которое поплыло в сторону от дома.

Засияло высунувшееся из-за горизонта солнце и первый луч, коснувшийся облачка, превратил его в воспоминание. В этот же миг я испытал необъяснимое чувство того, что меня куда-то засасывает. Мои ноги оторвались от поверхности земли, и в следующий миг я обнаружил себя в совершенно темном и замкнутом месте.

Ощупав пространство вокруг, я убедился, что нахожусь в саркофаге. Неприятное чувство. Я думал, стоит ли мне покричать, чтобы меня вытащили отсюда, когда послышался скрип механизма, поднимающего крышку и по моим глазам, уже привыкшим к темноте, ударил яркий свет.

Глава 1.8Править

Пока мои глаза привыкали к приглушенному свету свечи, после кромешной тьмы показавшейся ярче солнца, крышка саркофага успела подняться до конца и ко мне подошли два монаха-послушника. Также как у настоятеля, у них были выбриты головы, на тощих плечах мешком висела серая ряса, а на вид им можно дать по пятнадцать – семнадцать лет. Поддерживая за руки, они подняли меня.

Голову заполняла противная тяжесть, а тело не желало меня слушаться, так и норовя улечься где-нибудь по дороге. Создавалось впечатление, что я перестал чувствовать его. Тем не менее, монахи каким-то образом умудрились перетащить мое безвольное тело в помещение напротив и уложили на кушетку. Тот, что постарше, прихватил со стола глиняную бутылку и, откупорив её, стал потихоньку поить меня. Я не чувствовал ни запаха, ни вкуса, ни даже того, что он мне чего-то вливает – будто воздух глотал.

Напоив меня этой настойкой, он аккуратно положил мою голову на подушку и накрыл меня одеялом, после чего, прихватив свечу, монахи покинули комнату. Сон не заставил себя ждать, окутав своей вязкой пеленой.

Следующие три дня я приходил в себя, отсыпаясь и набираясь сил, выпивая очередную настойку, и вновь впадал в спячку на несколько часов. Это были очень долгие три дня, под конец которых я вернул себе способность чувствовать и двигаться.

Наконец-то встав с кушетки, я осмотрел себя и пришел в тихий ужас – краше кладут в могилу. Я бы не сказал, что до этого обладал приличной мышечной массой, но сейчас я скорее похож на скелет обтянутый посеревшей кожей! Правда, послушники меня уверяли, что это от потери жидкости, происходящей после смерти, и мне нужно просто больше пить воды и питаться некоторое время по специальному рациону.

Просидев несколько дней на этом специальном рационе, я готов был взвыть. Эта бурда, похожая по виду на мучной клей, а по вкусу лишь немногим лучше травы, оказалась донельзя отвратительной, но, как и уверяли монахи, я достаточно быстро вернул свою былую форму.

Изнывая от скуки, я за два дня успел изучить храм вдоль и поперек, после чего прогулялся вокруг. Как оказалось, жители храма создали на прилегающих территориях большие теплицы, в которых выращивали различные овощи, фрукты, ягоды, злаки и травы. С утра монахи молились, после чего шли работать. Я, испытывая некий дискомфорт на почве нахлебничества, на следующий день также присоединился к выполнению столь нужной, но, увы, очень нудной работы. Прополка грядок, поливка и сбор поспевшего урожая занимали много времени, а после работы на меня накидывался зверский аппетит и бурда, от которой я пару дней назад воротил нос, теперь уже не казалась столь противной и безвкусной. Я даже просил добавки, на что монахи, понимающе улыбаясь, давали огромные порции этого чудо продукта. Ой, как же я его люблю… Надеюсь, мне больше никогда в жизни не придется питаться этой гадостью!

Кроме теплиц, здесь наличествовала ещё и огромная библиотека. Часть книг, что содержались в ней, я в свое время успел прочитать, часть меня совершенно не интересовали, но я нашел парочку, что вполне могла сгодиться для того, чтобы занять себя.

И, тем не менее, четырнадцать дней, включая и три дня в саркофаге, наконец-то прошли. Сидя утром среди монахов, я повторял про себя слова молитвы, что знал с детства наизусть. По окончании ко мне подошел настоятель и проводил в одну из комнат, где мне предстояло получить освобождение от заклятия. Здесь стояли полки с книгами. Проведя перед ними рукой, монах взял одну с потрепанным коричневым корешком. Оказывается, настоятель также был и целителем. А вот своего имени он мне так и не сказал.

Чтение заклятия, изложенного в толстенном талмуде, заняло достаточно много времени – около получаса. От монотонного голоса я уже стал клевать носом, когда почувствовал какое-то движение в своем теле, будто бы расширение, вызвавшее головокружение.

Меня предупредили, чтобы я пока не пользовался способностями, после чего настало время прощаться.

Провожаемый всеми монахами, что собрались у входа в храм, я направился к Акамаэйю, уже поджидавшего меня у круга портала, висевшего в воздухе.

Переправив меня в кабинет наставника, Акамаэй пожелал удачи и исчез. Вамериус сидел как обычно за своим столом и смотрел на меня тяжелым взглядом.

- Присаживайся, в ногах правды нет. Ох и задал же ты нам делов-то! Но я рад, что ты жив и здоров. С твоими выходками я скоро по седине тебя перегоню! Мы изучили те видеозаписи, что ты доставил. Думаю, ты уже и сам понял, что я хотел сказать, но я все же озвучу это. С одной стороны, ты попал в экстренную ситуацию, но тебе посчастливилось оградиться от неё, завалив проход. Ты бы вполне мог дождаться, пока придет подкрепление, и мы тебя вытащили бы, освободив завал. Вместо этого, ты решил пойти на поиск приключений. - Наставник говорил спокойно, будто не о проступке своего ученика. - Мало того, ты ещё и полез испытывать неизвестные технологии, не зная наверняка, работают ли они и к чему приведет их применение. Также, рискуя быть замеченным, ты сунулся изучать неизвестную расу, что обнаружил в тех тоннелях, а очередное бездумное использование портала привело к бессмысленному кровопролитию. Не задумываясь о последствиях, ты вскрыл обломки корабля Прародителей, не имея защиты от возможной и неизвестной опасности, определить которую ты бы не смог, так как лишился способностей псионика.

В этот момент я вспомнил, что забыл поискать оружейную на том корабле. Наставник, уловивший это на мысленном фоне, запнулся и, глянув на меня, сощурился:

- Тьфу, ты! И как мне с тобой разговаривать?

- Наставник, я подумал о своем поведении и впредь постараюсь быть более серьезным. Посмотрев на меня оценивающе, он выдал:

- Изменения я вижу, но они малосущественны. Ты все такой же обалдуй, каким и был. Но уже заметно, что что-то начало в тебе двигаться и ты ощутил в полной мере последствия своих действий.

- Да, наставник. - Я смиренно склонил голову.

- А вот теперь, то положительное, что благодаря твоей бездумной выходке, мы узнали. Во-первых, это наличие неизвестной нам расы, которая проживает на территории Великой пустыни, владеет неизвестными технологиями и, вероятно, переживает упадок былого величия, обладает неординарной внешностью и очень враждебно реагирует на посторонних. Мы покопались в древних хрониках, сложив известные нам факты, и отыскали схожее описание, которое приписывали бедуинам в древних легендах, оставшихся со времен падения цивилизации Прародителей.

- Бедуины? Этот таинственный народ, о существовании которого мы лишь догадываемся и предполагаем, что они все же существуют, так как никто их не видел, а те, кто предположительно сталкивался с ними – бесследно пропадали в пустыне?

- Да, этот мифический народ, в существование которого многие уже даже и не верят, считая, что пропажа экспедиций в пустыне и невозможность её пересечь наземным способом – это результат магических аномалий, что покрывают пустыню и Арктию.

Несмотря на то, что многие страны отказались от претензий на Великую пустыню именно из-за предания о приходящих в ночи темных магов бедуинов, что своей силой «проглатывают» всех рискнувших вступить на их территорию чужаков, в действительности, никто так и не смог доказать, что это дело рук именно таинственного народа. Если бы не упоминание в древних хрониках, то это никому даже в голову не пришло бы. В последнее время стала популярной теория о магических аномалиях. Они, конечно, имеют место быть, но и эта версия обладает многими противоречиями, делающими её позиции достаточно слабыми. Но в любом случае, по-прежнему остается загадкой то, каким образом окарцы смогли беспрепятственно пересечь ранее непересекаемую территорию. Ладно бы, если они это сделали на воздушном транспорте, так ведь целые сутки потребовались для наземного передвижения, о чем я и сообщил наставнику.

- Мы также теряемся в догадках. Есть вероятность, что окарцы как-то смогли вступить с ними в контакт и договориться. Зачем это бедуинам и что им могли предложить имперцы, также неясно. Благо, что из-за твоего неожиданного проникновения в столицу, нам открылось, что за мракобесие там твориться. И это вторая положительная сторона твоей выходки. Кстати, насчет «Зова смерти». Думаю, тебе полезно будет знать о его природе. Само заклятие достаточно простое и его суть лишь в том, чтобы привлечь внимание одной твари из иного мира. Называют эту тварь – Взывающий.

Я повел левой бровью. Интересное название, наводящее на определенные мысли.

- Так и есть – в верном направлении мыслишь.

Эх, мне ещё учиться и учиться, чтобы так легко читать мысленный фон собеседника. Можно сказать, наставник «видел» все мои мысли насквозь, причем для этого ему не приходилось особо напрягаться. Я же пока мог только читать направленные на меня мысли и, ценой огромных усилий, получалось пройти сквозь мысленный экран того, кто не горел желанием «делиться» со мной своими думами.

- Взывающий – это основа того ужаса, что ты испытал на своей шкуре. С помощью заклятия открывается небольшая щель между мирами и Взывающему предлагается кровь всех жертв, до которых он сможет дотянуться или до которых ему позволят. В результате его зова, все несчастные, попавшие к нему в лапы, становятся неприкаянными. Его сила удерживает их души в одном месте. Стоит только закрыть разрыв в пространстве и все души обретут покой, покинув этот мир. Вот только мы до сих пор ничего не смогли с этим сделать – уж больно сильным оказалось заклятие. Также мы не смогли понять, в чем суть второго, для которого им потребовалось накопление такого количества энергии и неприкаянных. При этом, для вызова той огромной армии, что они направили на нас, была использована всего лишь мизерная часть имевшегося запаса. Страшно подумать, для чего могла понадобиться такая невероятная энергия и зачем это Призывающему.

Наставник нахмурился и потер пальцами правой руки виски. Помолчав немного, он неожиданно решил пояснить мне:

- Призывающий – это тот, кто заключил договор с Взывающим. И да, кстати, наши ученые изучили найденные образцы и с их помощью смогли усовершенствовать виброклинки и броню "хамелеона". Так что их показатели теперь значительно выше! Прототип в данный момент проходит лабораторные испытания и, в случае успеха, экспедиция, что отправится исследовать раскопки, будет оснащена новыми образцами.

- Так она до сих пор не была отправлена? – удивился я.

- В свете последних событий нам было не до экспедиции. Тем более, зная, какие опасные твари нас там могут поджидать, приняли решение об отсрочке для усовершенствования снаряжения. Так что радуйся - ты сможешь тоже поучаствовать в ней!

Эта новость меня действительно обрадовала. Завершив разговор, наставник отправил меня в столовую. Уже наступило обеденное время, и весь народ собрался там, предвкушая интересные байки о моих приключениях.

Денек выдался тяжелым. Я потратил много времени, пересказывая своим сослуживцам произошедшее со мной. Меня отпустили только через несколько часов, когда я уже рассказал все до мельчайших подробностей, а мой голос охрип от такого издевательства. К тому же на горизонте появился наставник, который со словами «какой бездны вы тут прохлаждаетесь?!», погнал всех на тренировку. Я, было, собрался вслед за всеми, но меня остановила опустившаяся на плечо ладонь. Удивленно оглянувшись, я увидел ученого, представившегося Рокутом. Попросив следовать за ним, он направился к выходу. Повернувшись к наставнику, я получил утвердительный кивок. Делать нечего, сходим и узнаем, чего от меня хотят.

Облачившись в зимний комбинезон и засунув любимую бандану во внутренний карман, я вышел наружу. Сейчас погода значительно теплее, чем месяц назад и можно спокойно идти без маски, но после мягкого климата южных гор, даже при сорока пяти градусах я себя чувствовал не слишком неуютно.

Меня проводили в здание лаборатории. Я водил дружбу и был знаком со многими учеными, но, по личному приказу наставника, до сих пор ни разу не побывал в стенах этого сооружения. Не доверяют мне, увы. Вдруг, опять сунусь проводить эксперименты с пространственными искривителями.

В итоге единственным местом, где я пересекался с учеными, оставалась столовая, при этом очень многих я за все время так ни разу и не увидел в ней, например, Уну. Если бы не происшествие с пропаданием из казармы, я, скорее всего, мог и не узнать о её существовании.

Оставив вещи в гардеробной, я теперь мог осмотреть своего проводника. Среднего телосложения, черные волосы коротко стрижены, карие глаза, небольшие аккуратные усы. Надев халат ученого поверх бежевой рубашки, он достал из кармана очки без оправы с прямоугольными стеклами и водрузил их на положенное место.

Лаборатория одно из самых больших сооружений базы одиннадцать ноль один. Кроме того, у неё три верхних и два подземных этажа. По пути я внимательно осматривался. Внутренняя отделка ничем не отличалась от остальных зданий. Коридор шел вдоль просторных ангарных помещений, каждое из которых в высоту простиралось на десять метров, а по площади вполне позволяло вместить несколько сот человек, давая им возможность расположиться с комфортом, совершенно не мешая друг другу. Проходя мимо стеклянных дверей, я мог разглядеть приборы и устройства непонятного назначения.

Пройдя несколько таких ангаров, мы остановились у лифта. Просторная кабина, явно рассчитанная на перевозку объемных грузов, пустовала. На серой панели светились кнопки этажей, вызова ремонтника, и открытия и закрытия дверей. Нажав на цифру «три», Рокута сцепил руки за спиной.

Поднявшись до нужного этажа, лифт притормозил. Двери ещё не успели разойтись до конца, а Рокута уже ринулся протискиваться в них. Хмыкнув, я последовал за ним. Здесь потолок находился на стандартной высоте. Проведя меня к комнате, располагавшейся через две двери, Рокута постучал в неё и открыл, жестом приглашая войти. При этом за все время пути он не проронил ни слова.

Запустив меня внутрь, он сам решил остаться снаружи и закрыл за мной дверь. Я ещё не успел сделать и пары шагов, как из-за угла на меня кинулось что-то, повалив на пол. От этого неожиданного поворота событий у меня чуть было не сработали рефлексы. Я еле удержался, в последний момент поняв, кем являлся набросившийся на меня: девушка с короткими красными волосами, заплетенными в косу, начинавшуюся от верхней части макушки, с длинной челкой, обрезанной чуть ниже бровей. Прическу изменила?

- Эм, девушка, вы, почему плачете? И зачем меня надо было валить на пол?

Причитая обиженным тоном «дурак, дурак, дурак!», она лупила меня по груди кулаками. Я малость обалдел от такой картины, поэтому некоторое время сидел с открытым ртом и хлопал глазами. Наконец, немного успокоившись, она порывисто обняла меня и, прошептав что-то вроде «ты обещал мне вернуться», надула щеки и слезла с меня.

Я, конечно, понимаю, что Уна ученая, а эта братия обладала поистине необычными личностями и характерами и могла выкинуть и отчебучить что-нибудь экстраординарное на пустом месте (сам не раз становился свидетелем таких событий), но устроенное представление ввело меня в ступор.

Решив все-таки подняться с пола, и оглядел небольшую комнату, с расставленными в ней диваном, столом и стульями. В стене напротив я приметил ещё одну дверь и окошко, через которое обычно наблюдают за ходом экспериментов. Уна стояла ко мне спиной и утирала руками слезы, шмыгая носом.

- Прости, просто я не люблю, когда не сдерживают обещания. А когда мне сообщили, что ты пропал, то была очень расстроена. Потом сказали, что ты жив, но у тебя возникли кое-какие проблемы со здоровьем, поэтому тебя отправили поправить его в храм Чистоты. И за все время ты даже и не подумал о том, чтобы связаться со мной каким-нибудь образом и сообщить о себе хоть что-нибудь! – Она и не думала поворачиваться ко мне лицом. - Такой ценный… - тут её голос дрогнул, - образец и так неожиданно пропал… Что я несу? А-а-а! Забудь все, что я сказала! – Уна стала яростно теребить голову руками. У меня создалось впечатление, что она сейчас готова головой об стенку биться. К счастью, ученая всего лишь подошла к дивану, находившемуся у стены, и плюхнулась на него животом, накрыв голову подушкой.

По-прежнему плохо понимая, что только что произошло (к сожалению, мой опыт общения с представителями противоположного пола был сравнительно скромным, так как среди знакомых ученых и военных женщин катастрофически мало), я подошел к дивану и сел с краю. Последняя сцена окончательно добила мой здравый смысл и полностью сбила с толку. И как прикажете понимать её?

- Уна. - Девушка вздрогнула, напряглась, но тут же расслабилась и продолжила лежать, удерживая подушку на голове. - Прости, что никак не давал о себе знать. Мне жаль, что так получилось, и я готов понести за это справедливое наказание. - Интересно, чего это меня на мазохизм потянуло? Чую, что последняя фраза была лишней, и я очень пожалею об этом, причем очень скоро.

Ученая тут же вскочила и уселась передо мной, держа подушку в обнимку, и уставилась мне прямо в глаза:

- Правда-правда?! – Она аж сияла.

Я хотел было отвести взгляд, но что-то привлекло мое внимание. Один глаз Уны имел красную радужку, а второй изумрудно-зеленую.

- Эм-м, у тебя линза выпала, - попробовал я перевести тему в другое русло, спасаясь от опасной ситуации.

- А? Линза – видимо, да… Ничего страшного – у меня ещё есть! Ты не ответил мне! Ты, правда, согласен понести справедливое наказание?! - Увы, не прокатило.

- Ну-у-у…

Думай, думай, думай! Ничего не приходит на ум. А я не привык бросать слова на ветер. «Прощай мир, а я ведь так молод и ещё не успел ничего повидать! Ты так прекрасен, прощай…» -вспомнились слова из какой-то пьесы.

- Да, согласен, - сокрушенно вздохнув, я выдавил из себя это.

- Ур-р-а-а! Вот и славно! – Она полезла обнимать меня в своей привычной манере. - Я так и сообщу вашему наставнику, что экспроприирую вас на то время, пока идет подготовка к экспедиции! Он, кстати, сам обещал отдать вас мне на полное мое усмотрение!

Хм-м… как успокоилась, сразу же перешла на «вы». Ты уж определись.

Уна тут же вызвала в меню голографическую связь, и рядом с нами предстал наставник. Подтвердив, что дает согласие, заодно подмигнув мне зачем-то, он напоследок попросил отпускать меня на тренировки. Девушка, радостно согласившись на это условие, довольно потерла руками.

Сняв оставшуюся линзу «чтобы не смущать меня», она отправила её в коробочку. Её глаза были ещё покрасневшими, но теперь лицо смотрелось милее. Да, кстати, мне кажется, что она помолодела лет на пять, как минимум. Куда-то делись морщины, бывшие на лице, синяки под глазами и худоба, хотя, последнее ещё имелось, но не так сильно, как при нашей первой встрече. Девушка, словно, стала более привлекательной на вид.

Осознав это, я немного смутился, почувствовав себя не в своей тарелке, и отвел от неё взгляд. Это не осталось без внимания со стороны Уны, ехидно усмехнувшейся.

Я что, покраснел? Чего это со мной?

Встряхнув головой, я подошел к окошку, сделав вид, что мне интересно узнать о происходящем за ним. Увиденное заставило меня ненадолго напрячься. Ко мне подошла Уна и прокомментировала лекторским тоном:

- Как вы видите, уважаемый Киариус, за стенкой происходит испытание нового образца брони типа С4, класса доспех, именуемую «Призрак». Изучив образец, доставленный вами из тоннелей, наши инженеры смогли создать гибрид из полеита, менолита и кабилита, как назвали материал образца. В итоге получился совершенно новый материал - камеполит. Этот материал обладает потрясающей прочностью и эластичностью, а также всеми прочими свойствами устойчивости, что присутствовали у прежних образцов. Получившаяся в итоге броня «Призрака» имеет схожесть с матерчатым комбинезоном, что может сбить с толку противника в оценивании прочности данного доспеха.

Я действительно видел в конце комнаты доспех, чем-то напоминающий объемную куртку и штаны, по структуре повторявшие мышечный скелет. Шлем мало чем отличался от привычного мне. На торсовой части брони я заметил карманы, и еще прибавились сумки на ремнях. Напрягло же меня то, что эту броню обстреливали, не прекращая, несколько плазменных пулеметов, что стояли на вооружении гвардейцев и имели скорострельность шестьсот выстрелов в минуту, а по мощи - с ними можно выйти против боевых роботов Окара, при условии защиты гвардейца магическими щитами. Их броня отличалась серьезной громоздкостью и неповоротливостью - раза в четыре толще "хамелеона", но даже с ней без щита долго не простоишь под ливнем из плазмы, а здесь, даже глазам не верится! Это просто невероятно!

Вдруг доспех принялся растворяться в воздухе. Что происходит? Я повернул голову к Уне с застывшим в глазах вопросом. Она торжественно улыбнулась и кивнула, предложив продолжать смотреть. В этот миг автоматические пушки потеряли цель из виду и крутили прицелами в её поисках. Как вдруг, дальняя, а следом и все остальные опали на пол, разрезанные пополам. Мгновением позже рядом с окном проявилась из воздуха фигура доспеха.

- Вы с ума сошли, таким образом испытывать доспех! – Я вскинулся на Уну, указывая на направившегося к выходу человека. В том, что это был человек, я уже убедился, ощутив краем сознания его эмоции на испытательном полигоне. Он явно доволен результатом, а также в нем бурлил адреналин от пережитого боя.

- Киар, ты чего это обижаешь девушку? – Из открывшейся двери вышел Ган, снявший шлем с головы. Теперь я мог рассмотреть доспех вблизи и заметил рюкзак системы обеспечения жизнедеятельности за спиной. На загорелом лице моего давнего друга сияла ослепительная улыбка, а в ярко голубых глазах горел огонек озорства. Небрежно взъерошив короткие русые волосы, он поставил шлем на стол.

- Вот я думаю, чего это тебя в столовке не было, а ты, оказывается, тут с новой игрушкой балуешься!

- Ганериус любезно вызвался испытать на практике уже проверенную модель, - холодно осведомила меня Уна, надув губы. Я мельком глянул на неё. Заметив это, она, хмыкнув, демонстративно отвернулась.

- Киар, понимаешь, тут такое дело – эта штуковина без псионика не работает.

- Не понял.

- В общем, для особо отставших от жизни. - С раздражающе широкой улыбкой, он дружески обнял меня правой рукой за плечо, пристроившись сбоку, и повел к дивану. Подведя к нему, Ган по-отечески усадил меня и с понимающим видом, будто психически больному, начал объяснять: - Эти ящероголовые обладают интересной технологией. Они создали материал, способный взаимодействовать с биополем псионика и использовать его энергию для создания динамичного вибрационного поля, чем-то похожего на то, что применяется в наших виброклинках, только немного другой природы. Результатом стало то, что заряд любой мощности просто рассеивается по всей поверхности доспеха, не причиняя никакого урона и даже применяя его для самоподзарядки. Что же касается механических повреждений, то кинетическая сила также переходит в другое качество, а повреждающая поверхность разлетается на молекулярном уровне на множество несвязанных друг с другом элементов! К сожалению, без пользователя-псионика, этот материал даже слабее, чем обычная сталь! Именно по этой причине нам и пришлось его модифицировать, совместив с двумя другими материалами.

- То есть ты хочешь сказать, что те рептилоиды все поголовно псионики?!

- Рептилоиды? – заинтересованно повернула голову в нашу сторону Уна. - Интересное название для них! Надо будет профессору сказать! – И она застрочила что-то на панели своего шуарата.

- Вполне возможно. Может, даже их жезлы работают по такому же принципу. По крайней мере, те образцы стрел, что ты принес, тоже созданы из этого материала, только они имели некую особенность – в них нашли след от кода ДНК. Это позволяло некоторое время сохранять в них имевшуюся энергию. Да, кстати, наконечник копья рассыпался в пыль. Видимо, из-за того, что его хозяин был убит, это разрушило оружие через какое-то время. Мы применили эту же фишку в создании новых виброклинков и посмотри, что из этого вышло! – Он протянул мне свое оружие.

На вид кинжал казался сделанным из платины – очень специфический цвет. Тяжелее и чуть длиннее моего. Экзотическое исполнение змееобразной формы с несколькими шипами по бокам.

- Когда им орудует хозяин ДНК, издается характерный звон. - Ган выхватил у меня клинок и взмахнул им пару раз. Звук, сопровождавший рассекание воздуха, напоминал песню – потрясающий воображение звон металла, заполнявший все пространство вокруг. Никогда бы не подумал, что клинок может в действительности «петь»! Ган повторил ещё несколько взмахов. Я же завороженно слушал этот чудесный звук.

- Кхм, - тактично кашлянула Уна.

- И ещё, - продолжил, как ни в чем не бывало Ган, - у этой брони появилась усовершенствованная модель маскировки! Над ней работали уже несколько лет. Технология успешно прошла ряд испытаний и её хотели устанавливать на новые образцы "хамелеонов", но тут такой случай, новая броня и нам разрешили на ней тоже опробовать! Плюсом является то, что устройство создает энергетическое поле в радиусе двух метров вокруг бойца, что позволяет даже при поврежденном доспехе оставаться совершенно невидимым для противника! При движении сохраняется высокий, до девяноста процентов, эффект невидимости. Видно лишь легкое колыхание воздуха. Минусом же этой системы являются высокое энергопотребление, из-за чего пришлось более мощный генератор энергии вставить, но это не сильно спасло положение – максимальное время использования невидимости всего пятнадцать минут. Поэтому пока вынуждено оставили дополнительным и "хамелеона", из-за чего и окрас старый.

Мне оставалось только восхищенно вздыхать от полученной информации о новом обмундировании. Хотя, всего пятнадцать минут… маловато, но иногда и они могут сильно выручить. Эффект полной невидимости! Я ж об этом мечтал уже несколько лет, когда впервые опробовал маскировку "хамелеона"!

- А, точно. В общем, тебя также ожидает свой прототип для испытания. - Ган торопливо встал и, схватив свой шлем, направился к небольшой двери, ранее не примеченной мной. За ней я обнаружил склад с образцами.

- То есть? Мне тоже придется сунуться в ту комнату?! – Я ошарашено смотрел то на него, то на окошко.

- А как же? – весело сообщил он. - Не волнуйсь! Если что пойдет не так, то система сама отключит туллеры, а в случае чего – ты можешь спрятаться за заградительными сооружениями! Да, это действительно безопасно! Мы уже неделю как только не измывались над этими доспехами – очень надежная штука! Все те нагрузки, что испытывали на себе с легкостью "хамелеоны", этот вообще не замечает. Есть ещё неделя на проведение испытаний – сроки поджимают, так что испытания идут в очень напряженном графике. По всей стране целых двести прототипов проходят ряд тестов, которые они с достоинством выдерживают без всяких проблем. Пока неизвестен их пороговый предел и их минусы и недостатки, но если дадут добро, то нам поставят новую партию доспехов, которые мы будем тестировать уже в тоннелях руин! Это экстренная мера, вызванная ситуацией с Окаром. Есть предположение, что все произошедшее имеет отношение к тому, что находится в руинах, поэтому нужно как можно быстрее выяснить их содержимое.

- А что с зондами, что были отправлены туда? – поинтересовался я. Ган покачал головой.

- Те, что отправили в боковые туннели – часть натолкнулась на каких-то тварей и была уничтожена, часть до сих пор исследует пустынные коридоры. Особо ничего интересного не нашли. Есть множество затопленных уровней, что пройти не получается – ни один зонд так и не смог пересечь некие рубежи, перед которыми они просто вырубались. Та же история и с основным коридором. Мы уже целую кучу собрали в одном месте. Диагностика показывает, что там высокий уровень магической аномалии, из-за чего и весь сыр-бор. С нами кроме ученых поедет ещё и отряд магов, на которых и ляжет задача выяснять, что можно сделать с этой проблемой.

Стянув с себя доспех, Ган положил его на полку и указал на ту, где значилось мое имя, после чего вышел. Вздохнув, я начал переодеваться, забыв, что напарник не закрыл за собой дверь. Сняв с себя повседневную одежду, я бросил взгляд на проход, подумав об этом, и заметил украдкой заглядывавшую сюда из-за стены покрасневшую Уну. Поняв, что её разоблачили, она, взвизгнув, захлопнула дверцу.

Немного постояв в согнутом положении, смотря на закрывшуюся дверь, я хмыкнул, улыбнувшись реакции девушки, и продолжил облачение.

Доспех мне очень понравился - удобный и казался продолжением тела, никакой скованности движений.

Немного подвигавшись, опробовав его пластичность, я пришел к выводу, что в этом плане он значительно превосходил "хамелеона".

Я взял с полки виброклинок. Кинжал имел такой же платиновый окрас. Очень хищное на вид изогнутое лезвие, со множеством изогнутых шипов, и чем-то напоминавшее застывшее пламя. Думаю, я так тебя и назову.

Следующие семь дней прошли в сумасшедшем режиме. По окончании тренировок, меня ожидала встреча с Уной. Я, как и многие другие псионики, проводил испытание новой экипировки, раз за разом повторяя одни и те же действия. Ученые и инженеры, наблюдавшие за нами, записывали все результаты и анализировали, делали какие-то пометки. Это повторялось очень долго, но по наступлении обеденного времени нам приносили еду в лабораторию и здесь можно было спокойно перекусить и отдохнуть.

Такие моменты я проводил за беседой с Уной. Кроме этого, мы часто задерживались допоздна, разговорившись о чем-нибудь. Она оказалась очень интересной девушкой с необычным взбалмошным характером, чудачкой и большой мечтательницей, способной неожиданно выдать что-то экстраординарное. За это время я привык к ней. Она мне даже нравилась. Приятно было проводить с ней время. Даже к её выходкам привык. Я чувствовал себя с ней легко и комфортно.

Ган, также проводивший испытания в этой комнате, как и несколько других псиоников, "наблюдая за нашим воркованием", как он один раз подколол меня, каждый раз ехидно улыбался.

Как-то спросив Рокута, я узнал дату рождения Уны. Как оказалось, ей все-таки двадцать семь. Меня немного смущал данный факт, но я старался не думать об этом.

На восьмой день применение новых образцов для экспедиции все-таки утвердили, так что её участники, в число которых входил и я, могли больше не заниматься тестированием, а сосредоточиться на подготовке к «спуску».

Я отправился в лабораторию, выкроив немного времени, для того, чтобы повидаться с Уной. Из дверей одного ангара первого этажа вышла девушка с красными распущенными волосами и пошла в противоположную мне сторону. Опять вернула старую прическу?

- Уна! – крикнул я, побежав к ней.

Девушка повернулась ко мне и удивленно уставилась, удерживая правой рукой палочку от леденца, что вытащила изо рта. Красные глаза смотрели холодным взглядом сквозь очки. Уна уже давно не надевала их. Сильно похудевшая, с синяками под глазами, морщинами на лице, будто постарев на пять-семь лет, с бледной кожей, она казалась совершенно другим человеком.

Подойдя ближе, я заметил, что она немного выше меня.

- Чего тебе? – небрежно спросила девушка.

- Эм, а вы кто?

- Ну, ты даешь! Зовешь меня по имени, и тут же спрашиваешь, кто я. - Она невесело усмехнулась. В её глазах читалась нечеловеческая усталость от жизни. Создавалось впечатление, что она работала по двадцать часов в сутки.

- Уна? – Я очень удивился подобным ответом. Ну не может за один день с человеком произойти таких изменений! Но она была действительно похожа на Уну, хотя и различия имелись поразительные.

- А, ну да, ты же не в курсе. Пошли за мной – все увидишь сам. - Девушка повернулась и зашагала дальше по коридору. Озадаченный, я шел следом.

Достигнув двери в конце коридора, Уна распахнула её настежь, и мы попали в комнату конференций. Множество кресел, выставленных рядами на ступенчатых площадках, как в театре, заполнили собой люди в белых халатах. В первых рядах я заметил наставника и тех псиоников, что вместе со мной и Уной проводили тестирование снаряжения.

Все затихли и обернулись в нашу сторону. Уна прошла на трибуну внизу. Я закрыл за собой дверь и проследовал к свободному месту на втором ряду за наставником. Теряясь в догадках, я смотрел на девушку, что имела такие знакомые черты, и в тоже время была такой чужой.

- Уважаемые коллеги! Многие из вас меня ещё не знают, а те, кто знают, уже осведомлены в том, что происходит. Мое имя Уна. Я академик наук второй степени, занимаюсь изучением проблемы параллельных миров. Дело в том, что несколько месяцев назад, пока я находилась в родном городе и занималась написанием очередной научной работы для повышения академической степени, мне прислали приглашение для участия в раскопках и исследовании туманных всполохов иных миров, что были обнаружены на месте раскопок. Увы, но я не смогла лично получить это приглашение – его приняла моя младшая сестра, которая пока ещё учится в академии и в этом году должна защитить свою первую научную работу. Проблема лишь в том, что она своевольная натура, и безбашенная авантюристка, решившая пойти на поиск приключений и притвориться мной.

В зале поднялся шум, но Уна, а это, я так понимаю, именно Уна, попросила тишины.

- Но это же глупо!

- И как такое возможно?

- Спокойствие! Я все объясню. Я иногда брала её в командировки, но в последний раз отказалась, так как это был год защиты её первой научной работы. Я хотела, чтобы она полностью сосредоточилась на этом и не отвлекалась ни на что. Поэтому она, взяв мои копии пропуска и документов, которые я часто теряю, поэтому у меня есть запасные, отправилась к другу, работающему гримером на киностудии, и взяла у него необходимый инвентарь. Сообщив мне, что переселяется в академическое общежитие, она собрала вещи и, загримировавшись, покрасив волосы и купив линзы с очками, отправилась в аэропорт. Прибыв сюда, она рассчитывала, что раскопки пройдут быстро и сможет проникнуть в подземные туннели, но её план раскрыли в первый же день, так как Вамериус, желавший связаться со мной по одному вопросу, позвонил мне и попросил прийти. Ясное дело, что я была очень удивлена. Объяснив мне ситуацию, мы смогли все прояснить. Наказывать свою непослушную сестру я не стала, даже позволила остаться ей здесь под присмотром Вамериуса, но при одном условии – что она напишет достойную научную работу, и также достойно будет подменять меня, пока я не приеду на раскопки.

В этот момент из-за штор слева вышла девушка, очень похожая на Уну, также мне известная как Уна. Но такая знакомая, такая родная. На глазах у неё отсутствовали линзы, и они сияли изумрудами. Волосы девушки заплетены в привычную косу. Она смущенно улыбалась.

- Меня зовут Мира, и я прошу прощения за доставленные всем неудобства, - сказав это, она поклонилась присутствующим.

Зал сидел молча, переваривая полученную информацию.

- Теперь я приступаю к своей работе, а Мира отправится в столицу и будет готовиться к защите своей работы. Если ни у кого нет вопросов, то все свободны. Вот так дела. Я соскочил с места и последовал за выходящей из зала Мирой.

- Прости, что ничего не сказала, - опустив глаза, тихо прошептала она. Сейчас я бы предположил, что ей лет девятнадцать-двадцать.

- Ничего, все нормально. - Я улыбнулся. - Мне было весело с тобой. Хотелось бы продолжать наши беседы ещё. Поэтому быстрее защищай свою научную и возвращайся назад!

- Конечно. - Печально улыбнувшись, она взглянула мне в глаза. - Жаль, что я не смогу вместе с тобой пойти в эту экспедицию.

Осознав это, мне тоже сделалось грустно. Девушка обняла меня и чмокнула в левую щеку, сказав «не грусти, не надо, все пройдет, и печаль, и радость». После чего, отпустив меня и сделав два шага назад, развернулась и побежала к выходу. В груди от этой картины сжалось.

Глава 1.9Править

На следующий день Мира должна была улетать в шесть утра. Мне пришло сообщение от неё, чтобы я её не провожал, иначе ей будет очень сложно покинуть базу. И, тем не менее, когда она поднималась на борт черного транспортника, по форме напоминавшего хищную птицу с тремя хвостами, я украдкой наблюдал из окна ангара. Позже я об этом пожалел, так как сделал себе ещё больнее. Мне не хотелось отпускать её. В душе тлело чувство, что мы расстаемся навсегда.

Сжав кулаки, я проводил взглядом вертикально поднявшийся транспортник, после чего устремившийся на юг. Развернувшись, я сел на пол, прислонившись к стенке под подоконником.

В таком состоянии меня нашли через полчаса Ган с Намариусом – ещё одним членом экспедиции. Как и я, оба уже экипированы в броню призрака, а шлемы несли в руках.

- Эк наш герой-любовник раскис от отъезда своей возлюбленной! – широко лыбясь, обратился Ган к Намау. - Будто она на целую вечность от него уехала!

Послав его куда подальше, я запустил в него своим шлемом. Тот, даже не подумав уворачиваться, остановил импровизированный снаряд телекинезом перед своим лицом и отправил с ускорением обратно. Последовав его примеру, я словил шлем без участия рук и, опустив на пол рядом с собой, хмуро осведомился:

- Тебе чего?

- Да-а… так… Пришел предупредить, что пора отправляться – все уже готово, только тебя чуть было не забыли. - Он уселся рядом со мной, запрокинув правую руку мне на плечо. - Знаешь, дружище, я тебе чертовски завидую! Это ж надо, в такой глуши познакомился с такой обалденной девчонкой! Так мало того, она сама в тебя втюрилась при первой же вашей встрече! Судьба, что ли? Пока тебя не было, она ж тут чуть с ума не сошла, каждый день, проливая море слез, ходила как убитая. А ты в это время спакойненько отдыхал себе в санатории. Так что, ничего с тобой не случиться, потерпишь разлуку немного, потом все будет тип-топ! Ты, главное, на свадьбу меня не забудь пригласить! – Похлопав меня по спине, он встал.

- М-да, умеешь ты ободрять. - Вздохнув, я встал следом.

- Киар, конечно, я не специалист в делах сердечных, но думаю, Ган прав, - вставил Намау, спокойным и мягким тоном свое мнение по данному вопросу. - Я рад за тебя и Миру, думаю, что у вас все будет замечательно. Но до этого надо немного подождать, пока не уладятся кое-какие важные дела. Никуда она от тебя не денется, так что, повода раскисать нет. Взбодрись и пойдем.

- Спасибо вам. - Я был тронут их поддержкой. Даже пустил скупую мужскую слезу, хе-хе. Но настрой все же сместился на оптимистичный лад. М-да, так раскисать не в моем духе, сам себя не узнаю.

Выйдя из ангара, я натянул шлем на голову. Шедшие за мной парни позаботились о своих головах чуть раньше. До восхода ещё несколько часов. К тому же, сегодня пасмурно, поэтому температура упала до пятидесяти градусов. Скорее всего, намечается метель.

Я направился в сторону транспортника, рядом с которым парили четыре вытянутых платформенных перевозчика. Хоть они и были на антигравитационном двигателе, у них имелись и колеса на экстренный случай, слегка различимые из-под кузова. Каждый перевозчик оснащался специальной нишей посередине для груза, что уже успели установить, и креслами по четыре штуки по краям, спинками к центру. Впереди ещё два - водительское слева. Персональных водителей нам не выделяли, так что будем управлять по очереди.

Всего участвовало сорок человек, по десять псиоников и гвардейцев, шесть ученых, десять магов и четверо инженеров. С инженерами я не был знаком – их прислали недавно. Среди магов же пятеро мне известны. Псиоников и ученых я знал всех. А вот с гвардейцами ситуация сложнее. Отношение между нашими видами войск были напряженными, и это мягко сказано. Если совсем откровенно – то нас жутко ненавидели. А всему виной то, что с появлением псиоников роль гвардейцев сильно снизилась. Если учесть, что в нашей стране основной упор делался ещё и на воздушные силы, то понятно их негодование. Их броня, называемая «голиаф», достаточно крепкая и надежная, а вооружение очень мощное. Но в целом, они неповоротливы и громоздки, а их боевые показатели менее эффективны по сравнению с мобильностью группы псиоников и воздушных войск. И это ещё не говоря о том, что поддержка магов им была куда нужнее, чем двум другим видам войск. Поэтому, те, кто имел хоть какое-то звание, а в нашей экспедиции девять значились старшими сержантами, не боялись показывать свое презрение к нашей братии.

По плану, мы должны были распределиться по машинам так: основная группа гвардейцев и псиоников в первой и четвертой, с двумя магами в качестве поддержки щитами, остальные в центре. Так как среди ученых и магов тех, кто умел водить, не нашлось, то и управление их транспортом легло на наши плечи.

Я подошел к первой платформе и, закрепив свою винтовку в специальную нишу, занял свое место с левой стороны на первом сиденье. Уже практически все уселись по машинам. Осмотревшись, я увидел ученых. Из-за того, что они не владели псионическими способностями, эффективность «призрака» будет очень низкой – значительно слабее «хамелеона». Поэтому им решили выдать старую и проверенную временем броню.

Что же касается магов, то эти ребята очень сильно выделялись на общем фоне своей пестрой и разнообразной броней. Лишь только трое облачены в стандартные «конвейерных» доспехи, чем-то схожие с «хамелеонами», но имевшие два «крыла» наплечников – огромные штуковины продолговатой формы, длиной чуть больше метра, парившие на небольшом расстоянии от основного доспеха, отсвечивая пробегающими по ним электрическими разрядами. Сам доспех белой раскраски, исписан письменами и линиями магического значения, светившимися у каждого своим цветом. Схожие рисунки присутствовали и на доспехах других магов, по виду говоривших о своем древнем происхождении. Не удивлюсь, что здесь может быть броня с тысячелетней историей и пережившая не одно поколение своих владельцев.

Плохой новостью стало то, что экспедицией командовал Арнемин. Он сидел на другой стороне этой же машины. Ган уселся за руль, рядом с ним плюхнулся громоздкий гвардеец, казавшийся в два раза больше соседа. За спиной у него высовывались выше головы два ствола пулеметов, при стрельбе автоматически выдвигавшихся и закреплявшихся на руках. От каждого тянулось по одному проводу, соединявшемуся с огромным ранцем генератора энергии.

Рядом со мной уселся такой же громила. Я, повернувшись, помахал ему рукой. Глянув на меня, он никак не отреагировал. Ну, как хочешь. Не будем строить здесь обиженную барышню – что с них взять? Гвардейцы – те ещё гордецы.

Когда оставшиеся заняли свободные места и все застегнули ремни безопасности, в воздух поднялись четверо истребителей, по форме похожих на транспортники, но имевшие очень маленькие габариты – длиной всего два метра, не считая трехметрового хвоста, и размахом изогнутых крыльев до четырех метров каждое. Фактически, там хватало места только на кабину пилота, а двигатели располагались по бокам обшивки. К низу каждого истребителя привязали тросы, которые начали крепить к первой платформе.

Подняв нас в воздух, истребители плавно полетели в сторону гор, образующих кратер Цу Ана. Оглянувшись назад, я заметил поднимавшийся транспортник, на тросах которого висела вторая платформа. Таким образом, им придется сделать ещё одну ходку за следующей партией.

Приблизившийся кратер встретил нас клубившимися в нем туманными всполохами, что отгонялись огромными вентиляторами от места посадки. Внизу я увидел человека в оранжевой одежде, размахивающего жезлами, периодически загоравшимися то зеленым, то синим, то красным светом, показывая только пилотам понятные жесты.

Опустив нас насколько это было возможно мягко на землю, истребители зависли на небольшой высоте. К платформе тут же подбежали четверо в зимних комбинезонах черного цвета, быстро открутив тросы, они приказали проезжать в тоннель. За нами последовала очередь второй машины.

Плавно «проплыв» к герметичному люку прохода, установленному здесь на случай затопления, нам пришлось немного подождать, когда створки отворятся. Проехав вовнутрь, мы добрались до следующего люка, расположившегося на расстоянии сотни метров. Его открыли только после прибытия оставшихся платформ.

Коридоры оказались искусно обработанными. Их стены не содержали никаких надписей, но вместо этого присутствовала сеть «трещин», испускавшая мягкий свет. Мы были в пути уже пять часов, двигаясь с очень высокой скоростью; обстановка до рези в глазах надоела своим однообразием, лишь дорога немного виляла, да периодически встречались ответвления. По расчетам, нам потребуется ещё часов семь для того, чтобы достигнуть той зоны, где переставали работать зонды. Сравнив направление маршрута, я убедился, что мы углубляемся в сторону Арктии.

Было решено устроить привал и пообедать. Небольшой отдых и мы снова в пути. От монотонного движения навевало сон, поэтому мы проводили время, как могли, переговариваясь по внутренней связи, травя анекдоты, истории из жизни, играя в «слова», «ассоциации», в сетевые карты по шуарату. Это помогло скоротать оставшийся отрезок пути. Прибыв на место, мы увидели груду дронов-зондов, которые валялись в разных позах. Выглядели они как очень большие черные жуки с длинными лапками и крыльями.

Остановившись за несколько десятков метров до начала аномальной зоны, мы занялись установкой лагеря. Скорее всего, здесь и заночуем. Выставив по двадцать небольших палаток с каждой стороны достаточно широкого тоннеля, мы разделились на две группы: в одну входили гвардейцы, севшие особняком подальше ото всех, а во вторую все остальные, сгрудившиеся по пять человек вокруг «огневищ» - компактных круглых коробочек, заряженных магией, способных создавать подобие костра. Одной такой штуки хватало на месяц непрерывного использования, что очень удобно, но весили они при этом прилично. Благодаря теплу «привязанного» пламени, теперь можно было снять шлем, а не просто открыть щиток.

- Да-а, гвардейцы странные ребята, - озвучил общую мысль Ган, держа в руках тарелку с порцией фасоли с подливом. - Сидят там, как будто мы отбросы какие-то и они не желают с нами иметь никаких дел!

- Будто ты не знаешь сам, - помахал ложкой в его сторону, расположившийся рядом со мной Этериус, блондин, с длинными, заплетенными в хвост волосами и обладатель ясных голубых глаз, - Из-за появления псиоников их позиции сильно ослабли. Были времена, когда стать гвардейцем считалось великой честью! А что сейчас? Несмотря на свою броню и вооружение, они чуть ли не третьесортные солдаты! Против современных технологий и магии они совершенно не эффективны без поддержки магов.

- Да, что правда, то правда, - хмуро констатировал Ган.

- Я вообще удивляюсь, зачем их до сих пор держат? – подал голос Акамаэй, повернувшись в нашу сторону, также включенный в экспедицию.

- Хе-х, ну ты совсем зеленый-малый, - усмехнулся Щитаэр, ученый, лет пятидесяти пяти, обладатель солидного пивного живота, что не скрывал даже доспех, голубых глаз и коротких седых волос с проблесками начинавшейся лысины. - Псиоников не так много, даже меньше, чем магов. А воздушники не могут выполнять наземные задания. Поэтому в них необходимость ещё и имеется. Хотя, сейчас их значение больше переходит в сторону поддержания правопорядка и борьбы с преступностью. При этом они остаются военной структурой и продолжают выполнять охрану границ вместе с псиониками.

- Что вам эти нудные гвардейцы? – скривилась Уна, сидевшая напротив него. Поставив полупустую тарелку в сторону, она брезгливым тоном продолжила: - Вот чего действительно мне интересно, так это какой бездны нам вместо нормальной еды, дали эти треклятые сухари?!

- А чем тебе сухари не угодили? – полюбопытствовал я, доедая остатки своей порции лапши с подливом и мясом. - Вкусная, сытная, похожа на настоящую.

- Вот именно – похожа! – Она возвела указательный палец вверх, делая акцент на этом. - А вы знаете, из чего изготавливают эту, так называемую, еду? – Уна торжественно осмотрела всех вокруг. Мы переглянулись, даже гвардейцы оживились, искоса глядя в нашу сторону.

- Ну и?

- Так я вам поведаю, о, неразумные! – Она достала из сумки свой любимый леденец на палочке. - Их выращивают из специально выведенного при помощи селекции и генной инженерии сорта сои, которую долго варят до состояния каши. После чего выкладывают на противень и сушат. Достигнув определенного состояния, в неё добавляют витамины и минералы, жиры, белки и углеводы, а также алхимический препарат. Далее следует нанесение специального заклятия, которое активирует алхимическое действие и выстраивает так называемое блюдо в соответствующей форме, с необходимым вкусом и запахом.

Сказав это, она запихала шарообразный леденец себе в рот. Прослушав это, народ, как ни в чем не бывало, продолжил уплетать еду за обе щеки. Сей факт её сильно удивил, и она спросила:

- Вы меня вообще слушали?

- Эмин, уважаемый, тебя беспокоит то, что твоя еда создана из набора молекул первоначальной биологической массы с помощью магии? – повернувшись к Эминмаэйю, спросил Греумаэй.

- Ни капли, - покачал тот головой. Эта парочка также была приглашена в экспедицию в качестве целителей.

Остальные пожали плечами.

- Ну и ладно, - закрыв глаза и показав, что тема закрыта, фыркнула Уна.

- Эх, Уна, что ж ты так не любишь мою разработку? – вздохнув, покачал головой Шоомауэй, солидный дядька, лет сорока, со средней длиной русых волос и серыми хитрыми глазами. - Я ведь всю душу вложил при его создании, чтобы при подобного рода экспедициях не тащить на себе громадные сумки с провизией! Это же просто подарок! Особенно для солдат, которые всегда снабжены необходимым запасом еды, при этом не отягощающим их своим весом! – говоря эту пылкую речь, он даже встал, сопровождая её обильными жестикуляциями.

- Шоо, ты знаешь мое отношение к алхимии. - Сплюнув, она показала его наглядно. - Эти твои исследования в этой недомагии и перехимии… - Она отвернула голову и махнула рукой.

- Ты как всегда категорична в своих суждениях – видимо, поэтому твоя сестренка и решила пойти тебе наперекор. Уж слишком в жестких рамках ты держишь девочку, - включилась в разговор молодая девушка-маг, облаченная в золотые доспехи, светившиеся синим магическим рисунком. У неё были седые, коротко стриженные под пацана и торчащие во все стороны волосы, лишь слева свисала длинная прядь волос, окрашенная синим цветом – таким же, как и её глаза.

- Молчала бы, Уца. Это не твое дело. Мне пришлось с четырнадцати лет пойти работать, чтобы помогать маме после гибели отца! Я знаю почем фунт лиха, так что стремлюсь уберечь молодую дурочку, целыми днями витающую в облаках! Она очень талантлива, все ухватывает налету. Но ей это быстро надоедает. Сама не знает, что хочет от жизни! Поэтому это мой долг помочь ей. Пусть, таким образом, пусть она меня будет ненавидеть потом – но я не позволю ей оказаться в такой же ситуации, как наша мать, которая также была глупой мечтательницей. И что в итоге? Еле концы с концами сводила, потеряв кормильца! – Уна уже чуть ли не кричала на Уцу, встав с места и агрессивно размахивая руками.

Я был огорошен её реакцией. Теперь прояснилось, поэтому Уна казалась такой уставшей от жизни. Я, было, собрался вставить свое слово в перепалку, но Уца спокойно продолжила:

-Уна, я знаю тебя с детства – вместе выросли же. Ты знаешь и ситуацию в моей семье - тоже не сахар была раньше. Но жизнь меняется, меняется и королевство. Не надо жить прошлым, боясь, что оно вернется. Живи настоящим!

Да, несмотря на то, что со времен Гуард Ун Пятого прошло столько лет и королевство в общем плане переживало расцвет, не все было гладко и нашу страну нельзя назвать утопией. Бывали и кризисы, природные катастрофы, войны и военные конфликты, небольшой процент населения до сих пор находился за чертой бедности, даже при всем старании прежних королей исправить эту ситуацию. Но, по крайней мере, ситуацию с нищими все же решить смогли.

- Легко сказать, - уныло выдавила Уна, понурившись и сев обратно с кислым видом. - Ты знаешь, что мне приходится вкалывать на совершенно мне неинтересной области «параллельных миров», чтобы можно было на это жить. А мою мечту, с которой я стучалась во все инстанции, чтобы мне выделили финансирование на её воплощение, приходится волочить на своих плечах за свои средства!

- У вас есть мечта? – робко спросил я.

- А тебя это удивляет? – язвительно ощетинилась она.

- Нет. У человека должна быть мечта, иначе он пустая оболочка.

- Цитируешь великих? – хмыкнула Уна, после чего улеглась на пол, положив голову на свернутый спальный мешок. - Я тоже так считаю, но не все мечты можно воплотить в реальность с легкостью. Например, мою.

- А что за мечта, если не секрет? – подался вперед Увар.

- Ты будешь смеяться. Ну и ладно – я уже привыкла к насмешкам из министерства и непониманию со стороны академии. Я потомок магов крови и хочу восстановить эту забытую магию.

Все застыли в повисшей тишине. Да, неудивительно, что ей не давали финансирования. Магия крови была очень могущественной в свое время, но и довольно специфической. Уже точно никто не помнит сути их заклятий, но те, что были наложены на аристократию и королевскую семью, а также некоторые сохранившиеся артефакты, до сих пор исправно выполняют свои функции и прослужат до скончания веков. Их заклятия никогда не потеряют силу, пока есть хоть капля крови адептов этой магии в живых носителях – то есть, в их потомках. Отсюда и название. Несмотря на то, что сейчас не осталось ни одного адепта этой школы, а древние книги обрядов инициации и заклятий утеряны в последней войне магов, что произошла больше трехсот лет назад, в которой маги крови потерпели сокрушительное поражение, их магия продолжает жить и по ныне, дожидаясь того дня, когда «дитя крови» призовет её силу.

Причина же, по которой в министерстве и академии скептически относились к затее Уны восстановить эту магию, заключалась в том, что, не зная точно мельчайших деталей ритуала инициации адепта, стать магом крови невозможно. А те, кто в свое время рисковали попробовать восстановить его по имевшимся данным, погибали ужасающей смертью. Поэтому, эту идею считали просто самоубийством и пресекали на корню все исследования в этой области. Конечно, запретить человеку бросаться с обрыва могли, но следить за его инициативной деятельностью, пока никто не видит – увы, гвардейцев к каждому не приставишь.

Кстати, о них. Со стороны отщепенцев послышался дикий гогот и радостные хлопанья друг друга в порывах веселья – видимо, услышали о мечте Уны.

- Смейтесь-смейтесь! В один день я всем докажу, что вы были неправы, - чуть ли не плача, крикнула она, шмыгая носом. Её губы дрожали, и чтоб никто не видел её слез, она в спешке нацепила на голову шлем, и хотела было встать, но Уца остановила её, обняв сзади. Немного подергавшись в попытке вырваться, Уна повернулась к ней и, осев на колени, уперлась шлемом в живот, обняв девушку за ноги. Не раздавалось ни единого всхлипа – система глушения звуков работала исправно. И, тем не менее, сцена трясущейся в беззвучном плаче девушки хватала за душу сидевших поблизости людей. Девушка-маг, немного подержав руки в воздухе, через какое-то время опустила их Уне на плечи.

Немая сцена продолжалась довольно долго. Гвардейцам уже надоело смеяться, и они затихли, а с нашей стороны все сидели и о чем-то размышляли, захваченные эмоциональной волной увиденного.

Наконец, девушка успокоилась и, сообщив, что пойдет в свою палатку, исчезла из виду, неся в руках спальный мешок.

После ужина, ученые с инженерами приступили к установке оборудования, а маги сканировали пространство своими методами. Со своей стороны, я попробовал оценить ситуацию с помощью ясновидения. До этого сканированием пространства занимался только водитель, чтобы сберегать силы остальных. Я лишь несколько раз «прощупывал» обстановку, заметив аномальный магический фон, что был и на поверхности Арктии и пустыни, но здесь имелся в более концентрированном виде. Сейчас же я убедился, что анормальность магического фона была выше в разы, а там, где по данным вырубались дроны, она просто зашкаливала, став вязкой как кисель.

Потратив четыре часа на изучение, маги и ученые пришли к единому мнению, что пересечь эту границу не имея магической защиты, будет чревато смертельной опасностью.

Мы вытащили из зоны с помощью телекинеза пару зондов и убедились в их полной непригодности. Абсолютно все внутренности словно расплавились, а жесткий некогда корпус, сейчас напоминал тело медузы. Их взяли в качестве образцов, чтобы внимательнее изучить впоследствии.

На этом порешили закругляться и идти спать. Первым в караул выставили меня с одним из гвардейцев. Честно отсидев свой час, я разбудил Тёмариуса. Сонно хлопая своими зелеными глазами, он поправил сползшую прядь длинных рыжих волос, после чего, сообщив мне «ещё пять минуточек, мама», плюхнулся обратно. Злорадно улыбнувшись, я с помощью телекинеза натянул ему на голову шлем, после чего приподнял его тело и выдернул вместе со спальником. От такого пробуждения, он резко соскочил, но, находясь до сих пор в спальнике, запнулся и шлепнулся бы на пол, не успей я его вовремя «поймать», создав мягкое приземление. В свою сторону я услышал ругань. Сообщив мне, что я полный псих и не лечусь, он соизволил выползти из спальника.

В лагере царила полная тишина. Все спят, лишь двое бодрствуют, охраняя покой остальных. Один из них Цувариус. Я чувствовал его светлую ауру. Веселый парень с короткими каштановыми волосами, с короткой бородкой и карими глазами. Самый высокий и крепкий из нашей группы – на голову превосходил меня.

С другой стороны находился гвардеец. Его грязно-мутная аура, покрытая черными всполохами, вызывала лишь отвращение. Он поигрывал своим пулеметом, холодным взглядом обозревая пространство вокруг.

По полу струился густой черный туман, периодически вздымаясь, словно морские волны. Сталкиваясь с препятствиями, он также вел себя будто вода, всплескиваясь и откатываясь назад.

Черные тени разных размеров и форм, отдаленно напоминающие человеческие и животные, неспешно проплывали по этому «морю». Они не замечали псионика, сидевшего в центре лагеря, проходя сквозь него, но гвардейца они обходили стороной по широкой дуге. Интересно, с чего бы?

Время шло, а особых изменений не происходило. Я видел это все, находясь у потолка и наблюдая за происходящим. В какой-то момент одна тварь замерла и уставилась на палатку, занятую спящей Уной. Несколько других, столкнувшись с ней, на некоторое время замерли, недоумевая причиной остановки. Но вытянувшись в сторону привлёкшей внимание первой, они дружно двинулись в этом направлении, протягивая вперед свои лапы и жадно разинув пасти.

- Нет! Прочь! Пошли вон! – крикнул я, направив свою волю на них. Те, словно вздрогнули и прижались к полу, после чего отхлынули назад, смотря на меня своими пустыми белыми глазницами. Переглянувшись, твари попятились, после чего, развернулись и поплыли прочь из лагеря.

В этот момент я почувствовал на себе чужой взгляд. Повернувшись, я увидел вставшего гвардейца, что смотрел в мою сторону. Из-под шлема глаз не было видно, но я чувствовал его оценивающий холодный взгляд, после чего мир померк в головокружительном падении.

Глава 1.10Править

Я вздрогнул, словно в действительности куда-то падал, и очнулся. Уже успев отвыкнуть от подобного рода «прозрений» во сне, я некоторое время лежал и смотрел на серые своды небольшой палатки, просвечиваемые светом коридора. Назойливый звук будильника шуарата звенел у меня в ушах. Я решил лечь спать в шлеме, поэтому в этом не было ничего удивительного. Наконец голосовой командой отключив сигнал, я уселся. За тонкой, но прочной тканью поаны, отгородившей меня от холодных туннелей подземелья, послышались звуки просыпающегося лагеря. Потянувшись немного, я вылез из спальника.

Бросив взгляд на лежавшую рядом со мной пару виброклинков, я потянулся к «застывшему пламени» и закрепил его ножны на поясе рукоятью к правой руке. «Коготь дракона» теперь располагался на левом бедре. Увы, установить ножны для двух кинжалов на привычную для меня позицию я не мог – таких креплений просто не существовало. Я попросил инженеров что-нибудь придумать для меня, но предложенные варианты оказались не очень удобными и практичными – так что, пришлось оставить так как есть.

Прицепив на место сумки и бластер, я расстегнул проход палатки и выбрался наружу. Сейчас всего пять утра, поэтому снаружи находились только псионики, начинавшие утреннюю тренировку. Через полчаса к нам присоединились гвардейцы, как обычно, державшиеся от нас на расстоянии. Маги проводили время в медитации – их усилившаяся энергетика фонила на всех уровнях, даже напрягаться не требовалось, чтоб её почувствовать. Размявшись, мы и сами приступили к медитации.

В шесть поднялись ученые и инженеры. Завтрак прошел в напряженной атмосфере. Причиной этого стал рассказ Уны о происшедшем ночью. Как оказалось, она очень долго не могла уснуть, а когда заснула, то ей приснился жуткий кошмар, что вокруг лагеря бурлит странный поток из черного тумана, а по нему бродили жуткие создания. Как только она решила их осмотреть, то ближайшие заметили это и кинулись на неё, вытянув вперед свои конечности и разинув пасть. Она испугалась и хотела убежать, но тело её не слушалось. В этот миг она услышала чей-то крик, приказавший тварям уйти прочь. Услышав его, они замерли, а через какое-то время, повиновавшись, сбежали.

Никому ничего подобное более не приснилось. Я, покосившись в сторону гвардейцев, создававших вид, будто их никоим образом не интересует наша занимательная беседа, решил промолчать про свой «сон», дождавшись, пока мы не отправимся в путь.

Несколько ученых, занимавшихся изучением параллельных миров, предположили, что это создания мира теней. По их мнению, это вполне очевидно, учитывая, что всполохи тумана, возникавшие в кратере, имеют сильную связь с этим миром. Имелись изображения, полученные от запущенных через искривители пространства зонды. На них запечатлелись схожие по описанию существа.

В тех исследованиях очень активное участие принимали маги. Если бы не их разработки в создании межпространственных связей и поддержка магическими щитами, то проведение тех экспериментов заглохло бы, не успев начаться. Как оказалось, роботы также превращались в груду бесформенной материи, стоило им пересечь границу миров. Проблему решили с помощью магической защиты. Но когда человек попробовал проникнуть в другой мир, он испытал сильное потрясение и шок, от которого вся нервная система просто сгорела. Ученый, что погиб в том эксперименте, был отцом Уны и Миры. Об этом сообщила сама Уна.

- Тогда, почему ты выбрала исследование параллельных миров? – удивился я.

- Как продолжение дела отца, его мечты, его надежд и чаяний, - опустив голову и обняв колени, грустно ответила она.

Я проверил ауру всех десятерых гвардейцев, но, как это ни странно, ни у кого не обнаружил той омерзительной, что заметил во сне. Лишь обычная серая, пусть даже и достаточно темная, но вполне свойственная таким гнусным людям как они. Для того чтоб иметь грязно-мутную ауру с черными пятнами, нужно сделать что-то поистине ужасающее.

На всякий случай, я прошелся по аурам всех остальных участников экспедиции. Как и ожидалось, у магов и псиоников светлые, у ученых и инженеров, в большинстве своем, светло-серые с проблесками голубого. Лишь у Уны заметил темно-серые замутнения, а сама аура блеклая и невзрачная.

Закончив завтрак, несколько магов и ученых подошли к границе аномальной зоны, неся в руках клетку с крысами. Одного из грызунов достали и, окутав магическим щитом, отправили телекинезом на проверку надежности защиты. До того момента, пока, пролетев сотню метров, крыса не опустилась на землю, все стояли и напряженно наблюдали.

- Она жива и здорова, - облегченно вздохнул Эмин. - Единственно, нам придется постоянно проверять пространство перед собой, чтобы быть уверенными, что это безопасно.

Отсюда до эпицентра аномалии оставалось всего километров десять. Эти расчеты были получены, когда за Ганом отправляли спасательную экспедицию, и с помощью приборов засекли область с повышенным уровнем аномальности. Она составляла в диаметре около двадцати километров и, когда данные наложили на исследованную зондами область, зона как раз совпала с местом, куда не смогли проникнуть дроны.

Даже если учесть, что нам потребуется проехать всего десять километров, но при этом наша скорость сильно снизится из-за проверки, то нам потребуется около часа, чтобы добраться до центра.

Собрав палатки, мы уселись по местам, дожидаясь, когда маги наложат щиты. Сначала легкое свечение возникало отдельно на каждом из членов экспедиции, а после охватило и транспортные средства. Можно продолжать путь.

Пересечение границы смогли прочувствовать на себе все, даже те, кто не обладал экстрасенсорными способностями. Это походило на то, что тебя без доспехов окунули в глубокую цистерну с чем-то очень плотным – настолько сильным было это давящее чувство. Интересно, если бы я набрел на подобное место во время своих скитаний по тоннелям в прошлый раз, что бы тогда произошло? Я б успел выбраться обратно или же вмиг упал на пол, превратившись в нечто подобное этим дронам?

Я проводил взглядом удалявшееся кладбище зондов. Крыса, что до этого мирно сидела на полу и изучала обстановку, принюхиваясь, воспарила в воздух и поплыла перед нашим эскортом.

Настроив связь на определенных людей, в кои не входили только гвардейцы, я рассказал о своем внетелесном опыте.

Услышав мой рассказ, Уна дернулась в мою сторону и спросила:

- Так это я тебя слышала во сне?

- Да.

- С-спа… сибо… ч-что… с-спа-ас, - с запинкой выдавила она.

- Интересный феномен, - подал голос Хаугмаэй.

- А не поведаете ли нам, молодой человек, как вам удалось подобное? – Этого мага я не знал, но в голосовом чате он значился как Ти’Мэу’мауэй. В списках участников, что я просматривал, на фотографии он выглядел как лысеющий статный мужчина, с седой козлиной бородкой, явно уроженец с восточных архипелагов Ци’Каха - это подтверждают его имя, узкие щелки черных глаз и желтоватая кожа.

- Мне самому интересно это знать.

- Магов больше волнует сам феномен, а то, что у гвардейца обнаружили такую ауры – это как-то осталось не у дел, - фыркнул Ган.

- Несомненно, это тоже важно, - стал оправдываться Ти’Мэу’мауэй, - но я просканировал сейчас всех гвардейцев и не заметил ни намека на подобное явление.

- Не нравится мне это. В общем, за ними нужно поглядывать внимательно, - выдал вердикт Ган.

- Согласен.

- Точно.

Через минут сорок Нама, сидевший за рулем первой платформы, стал притормаживать, перед этим сообщив о приближении к выходу из туннеля. Вскоре перед нами открылось обширное пространство округлой формы, уходившее вниз под большим углом. Также резко вздымался и потолок.

Весь наш конвой остановился на краю спуска, сойдя со своих мест и восхищенно осматриваясь вокруг. Мы даже поснимали шлемы, а кто-то протирал глаза, чтобы удостовериться, что это не обман зрения. А посмотреть здесь действительно было на что.

Поистине чудное место – чистое представление сюрреализма. Те «трещины», что оставались неизменными спутниками в коридорах и вполне сносно освещали их, здесь покрывали собой всю поверхность - даже неправильные кубообразные фигуры, что во множестве беспорядочно парили в округе. Также, большое количество странных бесформенных столбов подпирали своды пещеры, а темные потоки «жидкости» бесшумно опускались на землю. А ведь, там внизу, земля! Даже трава росла, хоть сквозь неё и исходил свет от «трещин». Также торчали искореженные до ужаса деревья невообразимых форм и размеров. Фрагменты стен разнообразных зданий возникали и исчезали прямо в воздухе. Огромные куски льда, плавно перемещавшиеся по хаотичным траекториям, перетекали в россыпь кристаллов, после чего становились скоплением воды, а затем превращалась в песок. Песок же, возгоревшись, начинал покрываться растительностью и цветами, рядом с которыми высовывались мордашки экзотических на вид животных. Пространство скручивалось в спираль и выгибалось, изворачивалось, вспучивалось, сжималось, раздувалось и рассыпалось как разбитое стекло. Этому не было конца. Помимо всего прочего, среди этого проявлялись ещё и всполохи тумана. Единственным источником стабильности оставался черный каменный мост, защищенный выделяющимися на общем фоне магическими письменами и проходивший от края спуска до центра аномальной зоны.

- Я сплю? Или мне это мерещится? – глянув на остальных, поинтересовался Ган.

- В таком случае мы все стали жертвами массового помешательства, - пожал плечами Акамаэй.

- А вам не кажется, что туда соваться будет слишком рискованно? – спросил Увар. - Я просканировал пространство, но оно не поддается прочтению! Там такие возмущения, что они не пропускают импульсы!

- Все будет нормально, если мы направимся по мосту! – уверенно заявил Хаугмаэй. - Он огражден от этой аномалии. Надо будет его тоже изучить после того, как мы достигнем центра и узнаем, что же находится там!

- В общем-то, он прав, - согласилась Уца. - Я проверила мост – он действительно очень стабилен и надежен.

Продвижение по мосту прошло без всяких происшествий. Мы не стали пристегиваться и держали оружие наготове, испытывая беспокойство от невозможности просканировать пространство дальше границ моста. Но, к счастью, нам не пришлось применять его. Медленно пролетая по мосту над поверхностью озера, что сформировала странная жидкость, ученые с досадой провожали его, не в состоянии взять образцов. На вид жидкость невероятно густа, черно-серого цвета, меняющая окрас на черно-фиолетовый при определенном угле обзора.

Впереди показалась огромная каменная площадка, висевшая прямо в воздухе. Как оказалось, мост, хоть и вел к ней, но не скреплялся с площадкой, не доходя до неё сантиметров двадцать. Круглой формы, она достигала диаметром примерно триста метров. С шести сторон на равном расстоянии друг от друга и на десяток метров от самой платформы висели огромные вытянутые острые кристаллы, сиявшие бледным черно-серым светом, отдававшим фиолетовым. От кристаллов веяло нечеловеческим ужасом и холодом потустороннего.

Я повел плечами от прошедшегося по телу неприятного чувства. На общем фоне творившегося вокруг, эти кристаллы больше всего походили на нормальные, но их аура меня сильно беспокоила. Я не мог прочесть её, но чувствовал исходившую от неё чужеродность этому миру всей своей душой.

В центре же площадки возвышалось кольцо высотой метров десять. Оно стояло на небольшом постаменте, окруженном двенадцатью столбами. Вся поверхность этого сооружения украшали неизвестные символы, светившиеся таким же светом, что и кристаллы. Вокруг кольца вертелся шар, постоянно изменявший свою форму: то распадался на кучу мелких шариков, то превращался в расплавленную магму, то зацветал, то опадал кусками льда, в общем, повторял творившееся вокруг, только в миниатюре.

- Глазам своим не верю! – вышел вперед Хаугмаэй. - Это же… Это же… – Он спрыгнул с кресла и, протянув руки вперед, направился к сооружению. - Это «артефакт Хаоса»! Проявление чистого Хаоса! Стихии Хаоса! Не может быть! Я уж думал, что не доживу до того момента, когда появится возможность хотя бы увидеть его!

- Стихия Хаоса? – послышался хор удивленных голосов.

- Да! Сомнений нет! Хоть мы и не видели её никогда, об этом писали в древних хрониках! – воодушевленно стал объяснять он. – Все войны магов были связаны с адептами Хаоса. Из-за них погибло множество государств! Совместными усилиями, их получалось уничтожать и раз за разом ввергать эту стихию в забытие! Но она очень могущественна, поэтому возрождалась вновь! Да! С её помощью перед нами откроются просто невероятные возможности!

- Но это же безумие! Восстановить эту магию?! – вскричал я.

- Да! Целью проекта по исследованию параллельных миров было восстановление магии Хаоса! – фанатично сверкая глазами и жестикулируя руками, выкрикнул Хаугмаэй.

- Да вы с ума посходили?! - включилась в разговор Уна. Она была в бешенстве. И это мягко сказано. Она подошла вплотную к магу и, напирая на него и тыча указательным пальцем, чуть ли не срывалась на крик:

- Если в прошлом из-за этих магов были такие ужасные войны, да и тем более, вы сами видите, к чему приводит Хаос. - Уна повела рукой по сторонам. - И после этого, вы все ещё хотите вернуть её?!

- Милочка, - Хаугмаэй старался говорить успокаивающим тоном и примирительно возвел руки перед собой, - вы совершенно не представляете себе возможности этой магии! Создавать что-то из ничего! Превращать огромные массивы ненужного хлама во что-то полезное, не тратя особых усилий как было раньше! Путешествие между мирами! Создание своих миров! Стать подобным Создателю!

Заявление подобного рода было просто на грани разумного. Это понимали все. Даже рискнуть подумать о подобном я бы не посмел, не то, что пробовать реализовать столь сумасшедшую идею.

- А вы хоть понимаете последствия того, что будет, если вы не совладаете с ней? – гнула свою линию Уна. - И вы маги, - она повернулась к остальным и уперла руки в бока, гневно сверкая глазами, - неужели вы тоже поддерживаете эту идею?

- Что ты! Нет, конечно! – замахал руками Акамаэй.

- Нет, это идея, которой придерживаются лишь единицы, - покачал головой Шоо, - но её не запретила академия, считая, что из этого вполне может выйти что-то… ну, или, придерживаясь мнения, что вряд ли у кого-то получится её восстановить.

- То есть вы хотите сказать, что если они поймут, что есть такая опасность, то могут прикрыть проект? – сощурила глаза Уна.

- Я такого не говорил, но это имеет вероятность быть, - отшатнувшись от неё, взволнованно протараторил Шоо.

- Тогда, нам остается вернуться обратно и устроить совет в академии – пускай прикрывают исследования и катитесь вы, - она указала на Хаугмаэйя пальцем, - куда подальше!

Выпалив это, она, направилась в сторону транспорта, но её остановил голос Арнемина. За все время экспедиции я в первый раз услышал от него что-то:

- Минуточку, Уна. Вы забыли, зачем мы сюда пришли.

- Да? И зачем же, не напомните? – Она развернулась на пятке и, скрестив руки на груди, с вызовом уставилась на него.

- Нам необходимо выяснить, можно ли устранить этот источник или заполучить его в наше распоряжение.

- Никогда не слышала ничего подобного, - заявила она. - Нам было велено всего лишь выяснить, что находится в руинах и, по возможности, изучить – не более. А рисковать своими жизнями для осуществления чьего-то алчного желания заполучить новую бомбу замедленного действия - увольте!

- Это приказ командующего экспедицией и, так как вы находитесь под моим командованием, вы не имеете права нарушать мои приказы! – гневно прошипел он.

- Если вы горите желанием распрощаться с жизнью – я не буду вам в этом мешать! – упрямо продолжала девушка. - Но вы не имеете право рисковать жизнями своих подчиненных!

- Как раз таки имею! – высокомерно выпалил подполковник. - У нас сейчас критическая ситуация! Толпы неприкаянных бродят по территории Окара! Кроме этого, огромные массы энергии удерживаются над ним неизвестно для каких целей! И все упирается в то, что виной всего является это! – он указал пальцем в сторону артефакта. - У нас есть время, чтобы выяснить, как это явление возникло и, по возможности, взять это себе на вооружение! Тогда больше ни одна страна мира, никакие пираты и работорговцы, ни даже сама Тьма и Бездна не посмеют рискнуть сунуться к нам! И вы все ещё будете утверждать, что лучше просто устранить эту великую возможность и подарок Небес и забыть о её существовании?!

- Да! Да! И ещё раз, да! Я не перестану утверждать этого! Потому что если мы вытащим этот «ящик Пандоры» наружу, мы когда-нибудь пожалеем об этом!

- А что считаете вы, уважаемые псионики, маги, ученые, инженеры? – обратился Арнемин к остальным.

Это сложный вопрос, но в целом, я согласен с Уной. Хотя предложение защитить королевство от посягательств извне с помощью силы Хаоса и было заманчивым, но у всякой силы есть своя цена и она может оказаться просто непомерной для простых смертных. Высказав это, я услышал согласные возгласы собравшихся. Подполковника поддержал только Хаугмаэй.

- Ну, что ж… Тогда у меня не остается другого выбора.

Вздохнув, подполковник выставил правую руку перед собой. По ней пробежали черные молнии, после чего каждого участника экспедиции, кроме гвардейцев, накрыли черные полупрозрачные купола. Я почувствовал, что поток энергии перекрылся. Энергетические щиты, покрывавшие всех нас, прекратили свое существование. Стукнув по твердой поверхности купола, я выкрикнул:

- Арнемин, тварь! Что за дела?! Ты что вытворяешь?!

Люди пытались освободиться из возникшей тюрьмы, лишившей к тому же магов и псиоников их силы. Увы, но даже виброклинки не возымели никакого эффекта, глухо отскакивая от её поверхности.

- Арнемин? О, нет, мой милый Киар, ты ошибаешься – я не этот глупец, - жутким загробным голосом промолвил он. Теперь в его глазах плескалась сама тьма, от вида которой бросало в дрожь. - Он давно лишился права обладать этим телом! Мое имя Екарий!

Услышав это, все вокруг ошарашено замерли. Повелитель Окара собственной персоной? Немыслимо! Да ещё и в чужом теле? Как? Неизвестно, но зачем – думаю, на это можно получить ответ, взглянув на артефакт Хаоса.

- Вижу, у вас накопилось множество вопросов – пожалуй, я великодушно удовлетворю часть вашего любопытства. С чего бы начать? – потер он подбородок, напряженно размышляя и делая равномерные шаги перед нами. - Пожалуй, со встречи с моим Господином! В то время меня считали ничтожеством, презирали мои идеи и называли их бредом сумасшедшего! Мне грозили, что если я не перестану связываться со столь темными вещами, то за мной придет Сеткара! И знаете, она пришла! Я с радостью впустил её в себя! Она пообещала мне величие и славу, решение всех моих проблем и наказание тех, кто надо мной насмехался! Мы были готовы к исполнению этих планов, но потом явился Он! Взывающий! Он поглотил Сеткару и, сообщив мне, что не стоит водиться с мелкими сошками, предложил стать его слугой!

О да! Я принял его предложение, в обмен получив бессмертие! Я могу покидать увядающее тело и переселяться в новое, постепенно заменяя в нем старого хозяина! Этим даром были награждены и мои верные подчиненные. - Он указал на гвардейцев. - Когда ваш Арнемин попал в лапы стегунщика, я почувствовал его в подземных тоннелях и пришел на выручку, в обмен на спасение, вселившись в его тело. К сожалению, стегунщик уже успел съесть его подчиненных, так что пришлось моим ребятам подселяться в тех, кто пришел его выручать. И да, Киар, ты был слишком непредсказуемым фактором в моем сценарии, и я решил не рисковать и избавиться от тебя. Это я натравил на тебя стегунщика два раза. Но, как ни странно, в первый ты умудрился неведомым мне образом улизнуть от него и вернуться прямо на базу, словно ничего и не произошло. А во второй, хоть и оказался потом в его гнезде, мало того, что выбрался, так ещё и выжил после встреч со всеми обитателями тоннелей!

Я молчал, внимательно слушая исповедь этого фанатика. Теперь стали понятными странности тех дней, хотя и оставались другие неясные моменты.

- Я уж надеялся, что ты хотя бы с бедуинами не совладаешь! Так нет же! Ты смог велением судьбы спокойно покинуть их западню!

- Так это все-таки бедуины? – не смог не поинтересоваться Щитаэ.

- Да. Жалкие создания, цепляющиеся за осколки былого величия! – Екарий сжал кулак перед собой. - Около сотни тысяч лет назад они усомнились в Повелителе, которому поклонялись, стали бояться его могущества. А ведь он всего лишь попросил их впустить его в этот мир! – М-да, и это он называет всего лишь? Да у него явно с головой не все в порядке!

- И он оставил их и взял под свое крыло расу неэхэва – птицеголовых созданий, живших на территории Арктии и вашего королевства. Они согласились выполнить его просьбу. В любом случае, ящероголовые не были в состоянии исполнить её – их порталы моментально разрушались от его присутствия. Бедуины же, узнав, что Владыка стал покровительствовать неэхэва, решили уничтожить тех, чтобы избежать нависшей опасности быть стертыми с лица земли гневом бывшего владыки. Но Повелитель дал неэхэва магию Хаоса! С её помощью они сотворили этот артефакт.

Но, эти глупцы не смогли удержать в своих руках дарованную силу – планета превратилась в безжизненную пустыню, где властвовали всполохи туманов Изнанки мира, того места, которого вы по незнанию называете миром теней. Поняв, что они натворили, неэхэва попытались исправить ситуацию, оградив артефакт защитным барьером, - Екарий указал на рисунки «трещин», - но это не сильно изменило ситуацию. Лишь заперев дополнительным барьером бедуинов в том месте, что сейчас называется Великой пустыней, а также установив ещё один барьер над всей планетой, чтобы сюда никто не смог проникнуть извне, и подключив их на питание бушевавшей энергией артефакта, они смогли стабилизировать ситуацию. Но в итоге, им все равно пришлось покинуть эту планету через один из своих порталов. Теперь же мне, Екарию, выпала честь исполнить просьбу Повелителя и впустить его в этот мир!

- Ты псих!

- Ненормальный!

- Не смей!

- Проклятый фанатик!

Пленники яростно заметались под куполами, приняв новые попытки выбраться наружу.

- А я вас об этом не спрашивал. Меня не волнует мнение людей, которых уже нет. Вы станете свидетелями моего триумфа, а также пищей для моего Господина! И, да, Хаугмаэй!

Все взглянули в его сторону. Маг вздрогнул и сжался в своем куполе.

- Вернее, КеУго. Ты мне больше не нужен! Ты хорошо служил мне, вселившись в это тело, но у тебя появились сомнения в Повелителе, так что…

- Нет, что вы! Как я мог! - Он упал на колени и отчаянно забился головой об пол, моля о прощении.

- Ты жалок. - Екарий брезгливо взмахнул рукой, после чего на лбу Хаугмаэя вспыхнула черно-фиолетовая метка. Он закатил глаза и выгнулся назад. Погорев несколько секунд, метка потемнела и осыпалась, а бездыханное тело упало на пол.

- Не все исследования настолько безопасны, как вы думаете, господа маги и ученые, - зловеще улыбнулся Екарий, - некоторые ведут к потере души, в чем убедился на собственном опыте ваш уважаемый коллега.

Кошмар! Не может быть! Хаугмаэй? Я неверяще смотрел на хладный труп бывшего брата своего наставника.

- А теперь, с вашего позволения, я призову Повелителя в этот мир! – Темный маг развернулся и направился к вратам портала. Достав продолговатый коричневый футляр, он обошел с ним по кругу, притрагиваясь к каждой колонне, от чего те загорались красным светом.

Я подался вперед. Неужели, тогда в туннелях я чуть было не открыл межмировой портал?

Я облокотился на стенки купола. Екарий серьезно собирается открыть проход для Взывающего? Это действительно произойдет, и мы ничего не сможем сделать, просто наблюдая за тем, как весь мир будет уничтожен? Хотя, нет, нас перед этим представят в качестве закуски. Веселенькая перспектива. Благо, что Мира не поехала с нами! Хотя это особо не имеет значения. Если вспомнить, что тварь натворила в Окаре только силой своего голоса, то во что будет ввергнут мир, когда она явится сюда лично?

В кольце возникла скручивающаяся воронка красно-черного цвета, затягивающая воздух внутрь. Екарий приступил к чтению заклятия призыва, и черные щупальца тумана потянулись во все стороны. Трава пожухла и завяла, камни, парившие над нами, почернели, потрескались и посыпались прахом. Потемнели кристаллы и камни самого портала и столбов. По платформе поползли глубокие трещины, сопровождаемые потемнением. Машины, до этого и так лишившиеся защиты и скукожившиеся бесформенными кучами материи, также потемнели, и с них полетел прах, затягиваемый потоками воздуха в портал.

Я стукнул по стенке. Ещё раз. И ещё. Во мне разгоралось невероятное чувство. Оно охватывало все мое тело. Казалось, что все кровеносные сосуды воспылали, что по ним побежали реки магмы, а мое тело превратилось в огонь.

Екарий завершил чтение заклятия призыва и щупальца тумана, словно притянутые, вонзились в него. Они раздувались и сжимались, впитываемые телом правителя Окара. От этого он весь затрясся в конвульсиях, закатил глаза и выгнулся, слегка воспарив над землей.

Это длилось недолго, после чего, он плавно опустился на ноги, кардинально изменившись: почерневшая плоть, из которой сочился черный туман, колышущиеся, словно пламя, черные всполохи волос, полуметровые изогнутые и ветвистые рога, по которым проскакивали черные молнии.

Он явился в наш мир… Осознав это, тот жар, что просился наружу меня, я уже не смог сдерживать. Пламя вырвалось на свободу, охватив меня и сметя диким порывом черный купол, рассыпавшийся как стекло. Мир для меня окрасился красными тонами. В руках возникли два клинка, также воспылавших огненным вихрем.

Я сорвался с места, почувствовав сильный взмах огненных крыльев за спиной, вмиг разорвавший разделявшее нас расстояние. Я слышал чьи-то голоса, чьи-то крики. Но они были далеко от меня. Они не имели значения. Это пустое. Они подождут.

Откуда взялась эта Сила? Какова цена за её использование? Разве это важно сейчас, когда на кону стояла судьба мира.

Я был опьянен Силой, она вела меня, подсказывала движения, направляла удар. Взмах крест-накрест, но враг ушел, возникнув высоко надо мной. Бежишь? Беги-беги, никуда ты не денешься!

В меня направились черные молнии от этих мелких букашек, что продали свои души за бессмертие.

Прочь, ничтожества! Волна пламени просто смела их, оставив осыпаться в пропасть ворохами пепла.

Я направил свой взгляд на главную цель – Взывающий с интересом смотрел на меня. Резко взмахнув крыльями, я уже был у него за спиной и рубил с немыслимой для меня скоростью потоками пламени во всех направлениях. Молниеносно перемещаясь на небольшие расстояния, тот пропускал удары мимо, при этом даже и не думая нападать.

Как вдруг, Взывающий возник прямо передо мной, плавно подведя свою руку к моей груди. От толчка, подобному удару молотом, меня вдавило в каменную стену, плывшую в воздухе за пределами платформы. В этот же миг, темное существо опять появилось рядом. Увернувшись от удара, что разнес в щепки огромный фрагмент сооружения, я вновь атаковал, но пропустил второй толчок, впечатавший меня в пол площадки.

Тварь снова появилась рядом со мной. Да он просто развлекается! Взывающий навел на меня свою руку, отчего я взмыл, чувствуя невероятное давление на всем теле. И холод… холод смерти. Это конец… Я не справился...

Взглянув в сторону портала, я увидел, что он весь растрескался, готовый рассыпаться. Ухватившись за соломинку, я направил мощную волну пламени в стенки кольца. Не выдержав этого, они разлетелись на куски. Захваченные вихрем осколки, как и все, что находилось за пределами колпаков заклятия Екария, потянуло внутрь, в том числе и Взывающего вместе со мной.

Поняв, что дело неладно, его жуткий оскал сменился на недовольное выражение. Он глянул в черный провал затягивающей все бездны, но уже ничего не мог поделать. Его попытка телепортироваться не дала никаких результатов, лишь значительно приблизив к воронке.

Вытянув черное щупальце, он отправил его за край платформы и попытался уцепиться, но камень рассыпался, не выдерживая такой нагрузки. Взывающий был зол, но он оказался бессилен что-то сделать. Как и я. Последний раз глянув на своих товарищей, я попрощался с этим миром навсегда. Прости Мира, я в очередной раз ввязался в историю. И на этот раз судьба не предоставила мне достаточно везения. Прости за твои слезы… прости…

Часть II. Безликий.Править

Глава 2.1Править

Ночь в самом разгаре. После продолжительного и напряженного дня приятная и беззаботная беседа на крыше лабораторий под открытым небом, усыпанным звездами, навевала на романтический лад. Полная луна серебрила здания, обледенелый песок, стены, заснеженные горы. В этом неверном свете колыхались тени, мрачные, таинственные, наполненные неизведанным и манящим.

Девушка улыбнулась. Молодой человек, пригласивший её сюда любоваться звездами, сидел по правую руку от неё на скамье и рассказывал историю из своего детства. Она не могла видеть его лица из-за забрала шлема, как и он её. Увы, пока снаружи помещения минус шестьдесят, без защиты долго находиться на воздухе небезопасно для здоровья.

Семь дней пролетели как миг. Девушка получила несказанное удовольствие, проводя время в компании молодого псионика. Как бы она хотела, чтобы эти дни не кончались никогда. Но послезавтра ей придется отправиться в столицу для защиты своей научной работы. Кроме этого, девушку беспокоило ещё кое-что.

- Уна, смотри! Звезда упала! – Киар восторженно выкрикнул, отвлекая девушку от раздумий, встав с места и указывая правой рукой на прочертившую яркую линию вспышку. – Загадывай желание!

Он обернулся к девушке. В голосе Киара слышались завораживающие девушку нотки. «Да, именно это меня и беспокоит. Кажется, я влюбилась в него. А он даже не знает моего настоящего имени и возраста. Нужно набраться смелости и все ему рассказать… Но сейчас я не могу».

Страх испортить все, разрушить такие теплые отношения, доверие, что возникло между ними. Сложно это. Мира - именно так звали девушку, прикрывавшуюся именем сестры Уны, ученой, что должна была сейчас заниматься исследованиями на этой базе.

Тяжело вздохнув, девушка встала, подойдя к высокому бордюру, огораживающему край крыши, и вытянула вперед руку, сквозь неё смотря на звезды.

- Я хочу, чтобы… - а после небольшого колебания добавила практически шепотом, - ты был всегда рядом.

Как бы Мире не хотелось, но наступил момент, когда пришлось возвращаться. Киар проводил её до корпуса ученых. После неловкой заминки, они попрощались.

Зайдя в здание, девушка прошмыгнула в гардероб. Сняв маску, она облегченно вздохнула – не самое удобное приспособление. К тому же, после неё оставались красные следы на коже.

И грим. Протерев маску от «шпионской маскировки», как про себя именовала его девушка, она положила маску на полку. Быстро скинув с себя комбинезон и повесив на вешалку, Мира проскочила мимо читавшего книгу дежурного – молодого гвардейца.

«Надо же, - иронично хмыкнула она, - оказывается, среди них есть не только дуболобые вояки, что используют книги только как подставки для штанг».

Витая в облаках, девушка с глупой улыбкой побрела к себе в комнату, что располагалась на втором этаже. Поднявшись по лестнице и свернув направо, она минула несколько дверей и провела шуаратом у датчика. Прибор пискнул, выдав на панельной доске «не заперто».

«Хм-м… я, что, забыла закрыть?» – ошарашено уставилась девушка на сообщение. Отворив дверь, она протиснулась внутрь.

У ученых, в отличие от солдат и другого обслуживающего персонала, спальни были персональными. Пусть даже и тесные – всего-то помещалась кровать, стол со стулом и шкаф. Зато, это компенсировало отсутствие соседей, что могли ненароком узнать об её секрете. И так уже несколько человек оказались в курсе её выходки, первым из которых стали Вамериус и её сестра, которой тот позвонил, когда хотел чего-то обсудить. Кто же знал, что он лично пригласил её участвовать в этих исследованиях?

Скомандовав системе «Свет», Мира застыла в замешательстве на месте, увидев, что осветила загоревшаяся лампа – в её кровати лежал посторонний, а на полу валялись раскрытые чемоданы с разбросанными по комнате вещами.

Из-под одеяла, под которым практически с головой закрылся незваный гость, раздалось сонное неразборчивое ворчание. Отвернувшись к стене, этот наглец ещё и спрятал голову под подушку!

Придя в себя, Мира тактично кашлянула. На это не последовало никакой реакции. Тогда подошла к кровати, осторожно переступая через вещи, по которым сложно было определить, кому же они могут принадлежать. Но заметив пару знакомых, девушка догадалась о личности визитера. Ухватившись за края одеяла, Мира с силой сдернула его на пол. Худое тело, облаченное в легкую белую рубашку без нижнего белья, сжалось в комочек и недовольно замычало, после чего приглушенно выругалось, усаживаясь на кровать в обнимку с подушкой. На Миру уставились изумрудные глаза, в которых читалось желание прибить посмевшего разбудить их обладателя.

- Привет, сестрица! – ехидным тоном произнесла Мира. – Давненько я не видела тебя без линз!

Помятая физиономия Уны состроила недовольную гримасу. Почесав растрепанные красные волосы, она зевнула. Мира приметила эксцентричный наряд сестры. «К сожалению, она не меняется. Как и прежде, предпочитает мужскую одежду и спит в рубашке без белья».

- И чего те надо? – прорычала она. – Невесть где шлялась, приперлась посреди ночи, здрасти, вот она я! Ещё и будишь невиновного человека!

- Ну, для начала, привет, - как ни в чем не бывало, повторила Мира.

- Здравствуй.

- Как всегда! И почему ты со мной так официально? – с притворной горечью в голосе, обратилась она в пустоту комнаты.

Уна промолчала, буравя недовольным взглядом сестру. Вздохнув, Мира продолжила:

- Ты хотя бы предупредила меня о том, что приедешь, - всплеснула она руками.

- Зачем? – холодно поинтересовалась Уна. – Ведь у тебя защита научной работы. Ты в любом случае должна покинуть базу. Поэтому, я вполне могу позволить себе прибыть на базу. Ты не забыла наш уговор?

- Забудешь тут, - буркнула Мира, расстроено смотря на родную сестру, чье лицо сейчас практически не отличалось от лица самой девушки. Словно в зеркало смотрелась. За эти несколько месяцев Мира настолько привыкла видеть лицо сестры в отражении за место своего, что порой боялась, будто оно останется у неё навсегда. И только когда перед сном она снимала грим специальным раствором и смотрела в зеркало, то облегченно вздыхала. Только сейчас, глядя на изможденную Уну, её засевшие глубоко под глазами синяки, тощее тело, Мира поняла, что страхи не обоснованы. Она никогда не доведет себя до такого состояния, как её сестра!

- Тогда, какие-то проблемы? – прищурилась Уна.

- Ну, разве что – мне тоже где-то спать надо. - Мира состроила невинное лицо.

Пробурчав, Уна подвинулась, протянув руку в требовательном жесте. Мира вернула ей отнятое. Пока девушка скидывала с себя штаны с рубашкой, её сестра улеглась у стены и накрылась одеялом.

- Свет: выключить. – Комната погрузилась во мрак. Девушка нырнула под одеяло, пристроившись сбоку. - Как в старые добрые времена? – хихикнув, сказала она.

- Угу…

На удивление, Мира уснула быстро и смогла выспаться. Чего не скажешь об Уне – та, хоть и отрубилась раньше сестренки, на утро встала с настроением Мегены. Вспомнив фреску с изображенной на ней мифической женщиной, олицетворявшей зависть и гнев, Мира прыснула в кулачок. Для полной картины Уне только змей на голове не хватало, хотя растрепанные волосы в их нынешнем состоянии с успехом заменяли мерзких рептилий.

Мира не любила змей. Вернее, панически их боялась и ненавидела всей душой. Причина этого возникла в детстве, когда детвора, отправившись в лес по грибы, разбрелась по оврагам. Там-то, тогда ещё девятилетней девочкой, она провалилась в размытую после дождя нору. Змеиную нору. Взметнувшиеся серые рептилии жутко напугали девочку своим шипением. К счастью, её спас один старик, что также собирал поблизости грибы и услышал пронзительный крик. Мира с благодарностью вспоминала дядю Шоола, как представился ей нежданный спаситель. Он применил на змеях магическое умение друида и смог их усмирить, после чего вытащил девочку и помог найти её друзей.

Конференц-зал уже наполнился людьми. Девушка нервно ходила кругами, покусывая губы и периодически выглядывая из-за штор. Сестра приказала ей ждать здесь и не высовывать носа, пока та сама её не позовет.

«Ну и долго её ещё ждать? – нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, подумала она. – Убежала куда-то – жди её тут! Может, стоило Киара тоже позвать? Нет, я хочу ему сообщить лично!»

Когда все затихли, Мира снова выглянула за занавес и, поняв, кто пришел вместе с Уной, её ноги подкосились, а сердце на миг перестало биться. Тяжело дыша, она прислонилась к стенке и сползла на пол, поднеся руки к лицу. «О, Омнар всемогущий! Он здесь! Почему?! Почему она привела его сюда?! Ведь я не говорила ей ничего о нем! Зачем он здесь? Не выйду! Нет, я этого не вынесу! Лучше умереть здесь, чем признаться перед ним при всех о том, что я так соврала! Он меня возненавидит! За что мне это?!»

Пока Мира сидела, еле дыша, Уна объясняла сложившуюся ситуацию. Послышались вскрики возмущения. «Ну, все… мир, ты был прекрасен! Стоп! Чего это я так драматизирую?»

Девушка похлопала себя по щекам, сделала несколько глубоких вдохов.

- … что она напишет достойную научную работу, и также достойно будет подменять меня, пока я не приеду на раскопки.

Уна поманила сестру рукой. Мира поднялась и направилась к центру сцены. Киар сидел на втором ряду рядом с Вамериусом и Ганом. На его лице читалось недопонимание и удивление. Смущенно улыбнувшись ему, девушка заговорила:

- Меня зовут Мира, и я прошу прощения за доставленные всем неудобства. - Она поклонилась присутствующим.

Зал никак не отреагировал, молча смотря на виновницу собрания.

- Теперь я приступаю к своей работе, а Мира отправится домой и будет готовиться к защите своей работы. Если ни у кого нет вопросов, то все свободны.

Мира почувствовала, что не сможет взглянуть Киару в глаза, а тем более, заговорить с ним, поэтому не нашла ничего лучше, как соскочить со сцены и убежать поскорее из зала. «Покинуть его как можно быстрее», - разрывались мысли у неё в голове. «Прости, Киар… я не могу сейчас… мне нужно… побыть одной», - хотела сказать она, но её губы словно примерзли, и ни единого звука не сорвалось с них.

Щеки горели, в груди жгло сильнее огня, хотелось плакать, рыдать, бить кулаками об стену, зарыться с головой под подушку. «Какая же я дура! Надо было сразу ему обо всем рассказать! Поймет ли он? Простит?»

Девушка услышала, что кто-то пересек проход вслед за ней. Обернувшись, она увидела Киара. Мира застыла, не зная, что делать. На его лице не было укора, лишь небольшая озадаченность.

- Прости, что ничего не сказала, - опустив глаза, виновато прошептала Мира.

- Ничего, все нормально. - Киар одарил её улыбкой. Девушке полегчало, словно камень с души упал. - Мне было весело с тобой. Хотелось бы продолжать наши беседы ещё. Поэтому быстрее защищай свою научную и возвращайся назад!

- Конечно. - Печальная улыбка. Мира взглянула несмело Киару в глаза. - Жаль, что я не смогу с тобой вместе пойти в эту экспедицию.

Сказав это, она поддалась странному порыву, что будто подтолкнул её в спину, и прильнула к парню, обняв и чмокнув в левую щеку.

- Не грусти, не надо, все пройдет, и печаль, и радость, - сказав это, она отступила на два шага, всеми силами пытаясь запомнить черты дорогого лица, после чего развернулась и побежала к выходу.

Этой ночью Мира практически не спала. Поднявшись в пять, она побродила по корпусу, пребывая в раздумьях. Упакованные вещи лежали в комнате, дожидаясь назначенного часа.

Когда оставалось минут двадцать, она вернулась в комнату, прихватила большую серую сумку на колесиках и отправилась на выход. Перед гардеробом ей пришло сообщение от Киара. Взволнованно открыв его, девушка прочитала «я жду тебя в ангаре».

В груди екнуло, и сердце бешено застучало. «Прости – лучше нам не видеться перед отлетом, иначе я не смогу покинуть тебя. Я захочу остаться. Не хочу уезжать. Не хочу покидать тебя».

«Останься. Или я полечу с тобой».

С замиранием сердца прочитав это, она ответила: «Я вернусь. Сразу же, как только закончу, я вернусь! Жди меня».

«Если потребуется - буду ждать вечность!»

Мире сразу стало легко и тепло. Она была счастлива. Хотела петь. «Он сказал это! Сказал! Я скоро вернусь, и мы будем вместе!»

Облачившись в комбинезон, Мира отправилась к ангару, где её уже поджидал черный транспортник. Подходя к нему, она невольно залюбовалась хищной красотой этого шедевра научной мысли.

Пройдя по опущенному сзади трапу, девушка вручила сумку рабочему в оранжевом комбинезоне, погрузившему ту в багажное отделение, занимавшее половину судна. В столицу везли образцы исследований и разработки. К сожалению, что стационарные, что переносные телепорты не имели возможности для транспортировки грузов – это могли себе позволить только маги с созданными временными порталами.

«Интересно, почему на этой базе до сих пор не установили стационарный телепорт, - промелькнуло у Миры в голове, усаживаясь в мягкое черное кресло. – Конечно, летать на транспортниках приятное занятие, но оно отнимает слишком много времени и приходится ждать рейса на назначенное время».

В салоне сидело пятеро ученых и несколько людей, специализацию которых Мира определить не смогла. Больше половины из стоявших в два ряда кресел оставались свободными. «Особой необходимости летать в такую глушь у людей не возникало», - с тоской подумала девушка.

Уставившись в окно, она проводила взглядом удалявшийся ангар, здания лабораторий, центра управления, корпуса общежитий. Очень скоро обледенелый песок сменился покрытыми снегом долинами, скованными льдом реками. За ними пошли леса. В стороне промелькнули дома крупного города Хагоса. Умиротворительное мельтешение за стеклом прямоугольного иллюминатора, что занимал большую часть стены у каждого кресла, наводил легкую дремоту. Девушка сама не заметила, как уснула.

«Аль Шуар – столица королевства Ра Анта! Кто бы мог подумать, что меня отправят сюда для защиты научной работы!» - Девушка восторженно смотрела на великолепные здания, сверкавших белизной, хрустальными окнами и витринами, резными арками, проносившихся с обеих сторон летевшей над дорогой городской маршрутки. Вытянутое и приплюснутое транспортное средство, гармонично вписывалось в городскую среду. Четыре ряда сидений, по два с каждого бока, с отдельными дверьми для каждой пары посадочных мест.

Человек, сидевший по левую сторону от девушки, сдержано и понимающе улыбался – сам, когда впервые оказался в этом потрясающем городе тридцать пять лет назад, не мог оторваться от окна тогда ещё шумного колесного автобуса на масляном двигателе с паровой тягой. А в столице было на что посмотреть! И королевство по праву могло гордиться Аль Шуаром, как одним из самых красивейших городов мира! Мужчина отвел добродушный взгляд от Миры. «Пускай любуется». Элтад – так звали уже не молодого проводника, что встретил юную особу в воздушном порту, сонную, зевающую и просящую дать ей поспать ещё пару минуток. Вспоминая это, он усмехнулся, почитывая новости на энергетическом экране и разглаживая черную бородку, на которой проблескивали первые признаки седины.

Маршрутка остановилась на станции «Академия Аль Шуара». Вместе с Мирой и Элтадом, маршрутку покинули ещё четверо молодых людей и пара женщин за сорок. Преподаватели. Мира поклонилась им. Получив ответную любезность, она выхватила сумку у провожатого и направилась в сторону врат. Невысокий каменный забор огораживал территорию академии со всех сторон. Роста Миры вполне хватало, чтоб увидеть засыпанные снегом газоны, почищенные уложенные камнем тропинки, деревья и кустарники, аккуратные фонтанчики, гладкие и уютные скамейки, пустовавшие из-за времени года. Хотя, нет. На одной сидел парень её возраста и что-то напряженно читал на своем экране.

Мира прошла открытые вовнутрь створчатые ворота из изогнутых железных прутьев и вскинувшихся на них в диком плясе двух фиолетовых анротаров – крупных мохнатых хищников с острыми клыками и птичьей мордой, что обитают в восточных горах Ра Анты.

Подойдя к парню, Мира произнесла:

- Здравствуй, Мад.

Услышав свое имя, парень, облаченный как и Мира в белую с фиолетовыми вытянутыми полосами форму академии, вздрогнул и сфокусировал свой взгляд на девушке. На его куртке блеснул значок академии в виде тех самых анротаров. Несмотря на свою внешность, Мад на пять лет был старше Миры, которой ещё и двадцати нет. С успехом защитив свою научную работу в её возрасте, он отправился из Гар Луна, родного города Миры и Уны, где она знала Мада с детства, в столицу. Так уж получилось, что окончив основной курс в академии и взявшись писать научную работу, в ассистенты ей выделили именно Мада. Он на время вернулся в родной город и периодически навещал непоседливую ученицу и помогал с проведением практических занятий. А по части теорий Мира обращалась к своему куратору, что с лихвой снабжал её необходимым материалом.

- И тебе, привет, - безэмоционально произнес он. – Вижу, что ты, наконец, решила вернуться. Ну, и как успехи с прохождением «практики»?

- Отлично! Ты не поверишь – столько материала собрала, что научная работа, - она похлопала по увесистой папке, что специально достала из своей сумки, - пройдет на отлично с плюсом!

- Я рад, - сухо выдал он и продолжил читать конспект.

- И почему мне в ассистенты попался именно ты? – пожаловалась Мира.

- Поверь, я задаюсь аналогичным вопросом – почему из всех практикантов мне дали именно тебя?! Самую безответственную из всех учеников!

- Да, ладно! Тебе же проще! Ты всего лишь помогаешь мне на практике! Скажи спасибо: я облегчила тебе задачу!

- Спасибо! Вы так любезны, молодая леди, что я просто в диком восторге! – всплеснул Мад руками, гневно сотрясая воздух.

- Всегда, пожалуйста, - одарив его обворожительной улыбкой, Мира направилась в сторону общежитий вслед за Элтадом, что терпеливо ждал девушку во время её перепалки с руководителем практики. Ей вслед прозвучал выкрик о том, чтобы она заглянула к нему в кабинет.

Посмеиваясь про себя, девушка свернула с главной дорожки, обходя по диагональной тропинке мимо фонтана и любуясь красотой здания. Высокая махина возвышалась на пятьдесят этажей, состоя из пяти разноуровневых угловатых башен, соединенных между собой системой коридоров. Общежития располагались в стороне от основного здания, представляя собой, пусть и украшенные каменной кладкой, но все же обычные прямоугольные коробки.

Скинув вещи в свое временное обиталище, Мира направилась за Элтадом, что отвел её к Маду в кабинет. После получаса измывательств над ней, тот отпустил девушку на свободу. Оставшуюся часть дня Мира провела с Элтадом, устроившим ей экскурсию по академии и городу.

Они побывали на площади фонтанов, где в теплые периоды времени показывали феерические шоу из «танцующей» в разноцветных лучах света воды. Отсюда открывался просто захватывающий вид на королевский дворец – самое высокое здание мира, что представляло собой две сходящиеся и постепенно сужавшихся к верху спирали. Прошлись по парку Гуард Ун Пятого, где в гранитных статуях были увековечены события восхождения на трон великого правителя. Также, Мира побывала в музее истории и в театре на выступлении одной восходящей звезды.

Все было замечательно. Но что-то не давало ей покоя, нехорошее предчувствие. На следующий день Мира с головой окунулась в подготовку, стараясь отбросить лишние мысли.

Когда же наступил долгожданный день, она пересекла двери огромной аудитории, где по красной ковровой дорожке прошла к комиссии, собравшейся здесь выслушать её выступление. По прошествии тридцати минут Мира поблагодарила заседавших и на трясущихся ногах нетвердой походкой покинула помещение.

- Сдала… я сдала!

Дожидавшиеся её в коридоре Мад и Элтад поздравили новоявленную ученую. Мира не стала тратить больше времени в столице и в этот же день покинула её на первом рейсе, что отправлялся на базу одиннадцать ноль один.

Прибыв на место, её встретил Вамериус. Отведя в свой кабинет, он поведал о произошедшем с экспедицией.

Сказать, что Мира была шокирована – ничего не сказать. Её сопроводили в медпункт, где в тяжелом состоянии лежали выжившие. Среди них были Уна, Ган, Увар и Акамаэй. В то, что случилось с Киаром, девушка поверить не могла. Не хотела. Ган с Уваром поддерживали её мнение, считая, что он, скорее всего, жив.

Девушка сидела напротив сестры, пребывавшей в коматозном состоянии. Некое подобие жизни в её изувеченном теле продолжал поддерживать аппарат. Но сколько она так протянет?

Мира провела у кровати сестры все два дня, пока та не умерла, так и не открыв глаза. Проплакав все слезы, Мира смотрела на безжизненное тело сестры, посеревшее и казавшееся ненастоящим, и поклялась, что исполнит её мечту и вернет магию крови в этот мир, а также с её помощью отыщет Киара.

Глава 2.2Править

Вокруг темнота. Ничего нет. Пустота. Безграничная пустота. Кто я? Что я? Существую ли я? Я осознаю что-то… наверное, я существую. Я был…. Но кем? Кто же я… и что это за место?

Одиноко. Грустно... Разве? Что это за слова такие? Они выражают какие-то чувства? Да… кажется. Вроде бы, я помню их. Лицо девушки, из-за которой я испытывал их. Нет, не могу вспомнить – только общий силуэт и красные короткие волосы. Красные? Да, кажется, они были красными. Кто эта девушка? Откуда я её знаю? Не помню.

«А ты интересный, смертный», - раздался громоподобный жуткий голос, звучавший отовсюду. Я огляделся, если так можно выразиться, учитывая полную темноту вокруг. Рядом со мной возникла громадная черная бесформенная фигура, словно сотканная из мрака. Огромная голова с разинутой пастью, утыканной несколькими рядами треугольных зубов, красный длинный язык на метр свисал вниз, шесть красных глаз и толстые ветвистые изогнутые рога на несколько метров уходившие вверх, по которым пробегали черные молнии. Странное существо наклонило голову в сторону, отчего язык, качнувшись, слетел со своей позиции и переместился к левому краю пасти. Когда оно говорило, пасть не шевелилась, создавая странное ощущение.

«Я, пожалуй, оставлю тебя в живых и посмотрю за тобой».

Я молчал. О чем он? Кто он? Он знает меня?

«Вижу, ты не помнишь ничего. Печально… но ожидаемо. Мне важно, чтобы ты был самим собой, иначе это будет скучно».

- Ты знаешь, кто я? – решил я подать голос. Он казался глухим и тихим, но существо услышало меня.

«Да. Знаю. Но я не буду тебе говорить – хочу увидеть, как ты сам во всем разберешься и восстановишь утраченное. За Екарием было интересно наблюдать, но он быстро разочаровал меня и надоел. Надеюсь, ты станешь достойной ему заменой. Пожалуй, я дам тебе два подарка, чтобы ты быстрее смог продвигаться в верном направлении, а не тратил вечность на бессмысленные блуждания по Изнанке мира».

Передо мной возник предмет, выполненный в виде двух колец, между которыми был зажат шар, спокойно умещавшийся в руке. Сверху и снизу к нему крепились сужавшиеся пики сантиметров десять каждая.

«Это звездный компас – он будет всегда следовать перед тобой и указывать верный путь, даже если ты не знаешь направления. Ты можешь призвать его в любой момент, сказав «Призыв: Компас», или отозвать с помощью команды «Компас - Отзыв». Внутри есть треугольная стрелка: если она горит зеленым, то тебе следует двигаться в этом направлении, если синим, то это очень важно и ты должен немедленно туда отправиться, но если же она будет гореть красным, то это опасно и тебе ни при каких условиях не стоит туда соваться».

Вдруг, вокруг меня стало все светиться черно-фиолетовым.

«Это мой второй дар – магия Хаоса. Стихия сама подскажет тебе, как применять её силу», - сказав это, туманное существо растворилось, словно его и не было.

Я посмотрел на компас – он слегка светился бледным светом. Стрелка указывала вперед и горела синим. Медные грани колец украшали причудливые письмена, в резких формах которых я мог понять общий смысл, говоривший о названии артефакта.

«Здравствуй, милый. Не бойся меня – я тебе не враг, я твой союзник».

Сладострастный голос, возникший в голове, явно принадлежал девушке. У меня создавалось впечатление, что я его где-то уже слышал, но где? Не подскажешь мне, красавица?

«Ой, да что ты, не смущай меня, - захихикала она. - Если бы мы с тобой уже встречались, ты бы никогда не забыл ночь, проведенную со мной», - томным голосом промурлыкала она.

Хм-м, неужели? Ладно, я в любом случае практически ничего не помню, кроме образа той девушки. На грани сознания я услышал недовольное фырканье. Я приметил эту реакцию, но никак не отреагировал.

- Как мне выбраться из этой черной дыры? – поинтересовался я у своей новой знакомой. - И да, я ж не узнал твое имя.

«Ты такой галантный», - игриво протянула она. У меня даже возникло ощущение, что она облокотилась на мое левое плечо и ласково провела рукой по щеке.

«Мое имя Шегал. - Теперь рука скользнула по спине.- Думаю, что самым быстрым способом будет просто отсюда телепортироваться».

Я почувствовал, что мне необходимо сделать и пейзаж изменился.

Вокруг, насколько хватало глаз, я увидел водную гладь, отражавшую плывущие по небу облака. Я стоял по щиколотку в воде, на каких-то минеральных отложениях, что устилали всю поверхность земли под водой. Приглядевшись, я заметил, что мои пальцы на ногах были острейшими когтями. Светила здесь не наблюдалось – казалось, это место не нуждалось в нем.

Я бегло оглядел себя. Оказалось, что мое тело схоже с телом того существа во тьме – такое же черное и состоящее из тумана. На руках я обнаружил по пять пальцев, имевших шипы и когти. Различной формы шипы выступали в разных местах и из рук, на плечах и спине вдоль позвоночника. Когда возникшая от моего появления рябь исчезла, я смог рассмотреть свою голову: черные всполохи, заменявшие волосы, белая, словно из мрамора, маска с черными кругами вместо глаз. Ни носа, ни рта, ни ушей. Кажется, эти атрибуты присутствовали в моей внешности… Возможно...

Mask kiar.jpg

мраморная маска

Ощупав свое лицо, я убедился, что маска не снимается.

«Ты потерял свое тело, когда пересек границу миров. Памяти же ты лишился, когда уже был в этом мире», - печально сообщила Шегал, обняв меня сзади.

- Как меня зовут?

«Пока ты Безликий. Твое истинное имя ты сможешь узнать, лишь вернув тело. Таковы правила и я не могу их нарушить», - с великой грустью в голосе вымолвила она.

Мне не понравился её ответ. Выкрикнув «Призыв: Компас», я направился в том направлении, куда он указывал. Впереди я увидел человека, сидевшего скрестив ноги за костром. Он был облачен в матерчатый на вид доспех черного цвета. На поясе из-за спины справа высовывалась рукоять кинжала. Ещё один располагался на левом бедре. На правом же я увидел бластер, торчавший из кобуры. Парень, лет двадцати – двадцати пяти на вид, тем не менее, обладал седыми волосами, имевшими фиолетовый отлив. На его лбу повязана красно-белая бандана с рисунком в виде специфического креста с двумя разделенными на куски кругами, один внутри другого. Его серые глаза и улыбка сияли добротой и располагали к себе. Рядом с ним лежал шлем с открытым забралом, а в руках он держал курительную трубку, источавшую сизый дымок.

Подержав трубку во рту, он выпустил немного дыма и сделал приглашающий жест рукой. Я наклонил голову в знак признательности и сел рядом с костром, напротив незнакомца.

- Я вижу, что тебя ко мне привел звездный компас, Безликий, - спокойно начал он разговор. - Думаю, я знаю зачем. Ты пришелец в этом мире, чужой для него. Хотя ты пропах им – сразу видно, что уже не в первой здесь. Тени тебя принимают за своего и не трогают. Но есть здесь и более опасные создания. Их очень много и всех я назвать не смогу, но когда они окажутся рядом, тебе ясно об этом будет указывать твой проводник – сам шар станет красным. Если же ты встретишь дружественно к тебе настроенное существо, то шар будет гореть зеленым.

Я взглянул на компас, паривший рядом со мной. Его прозрачный шар сейчас наполняло приятное зеленое свечение.

- Но не все так просто. Есть создания, которых компас не сможет определить, так что будь осторожен с ними. А теперь, о сути твоего прихода ко мне. Ты потерял свое тело и свою память – это было неизбежно для того, кто пересек границы миров. Разумные существа из материальных миров не способны жить в Изнанке мира – она слишком чуждая для них. Она разрушает тело и психику, так что, живым сюда попасть невозможно. Но бывают и исключения, например – ты. Видимо в детстве, когда психика ещё не устоявшаяся, ты коснулся туманных всполохов Изнанки – это слегка тебя соединило с этим миром, но и быстро разорвало связь с ним, не позволив убить тебя. Пережив сильный стресс, ты приспособил свою психику и тело, и смог адаптироваться. Но даже так ты не смог бы долго пробыть в этом мире без вреда для своего тела. Поэтому, твоя душа и тело разъединились. Тебе предстоит отыскать способ воссоединиться с телом. В этом тебе поможет этот фонарь Истины.

Незнакомец произнес «Призыв: Фонарь Истины» и в воздухе возник старомодный фонарь, инкрустированный хрустальными черепами по всей стальной поверхности.

- Он позволит тебе видеть то, что тебе неведомо. Пока ты не стал окончательно частью этого мира, ты не сможешь обнаружить скрытые от взгляда смертных предметы. Смотри. - Парень открыл закрылку отражателя, и луч света устремился вперед.

Вместо того, чтобы растаять вдалеке, он высветил в нескольких метрах от нас фрагмент скалы, покрытой разнообразной тропической растительностью. Рядом вырос огромный ствол дерева, с которого свисали лианы.

Круг света переместился чуть дальше, и мне открылся небольшой подъем с тропинкой.

- Он твой, - сказав это, парень подтолкнул паривший в воздухе фонарь ко мне. - Ты можешь его призывать и отзывать также как и компас. - Немного помолчав и подумав о чем-то, он продолжил: - У тебя нет оружия. Ты можешь разжиться им в этом озере. - Незнакомец указал пальцем куда-то мне за спину. Посветив туда лучом фонаря, я увидел, что поверхность, выглядевшая до этого совершенно твердой, лишь слегка прикрываясь водой, теперь чернела глубоким омутом. Кажется, я там даже проходил недавно. Неужели этот мир так сильно изменяется, когда высвечивается его невидимая составляющая?

- Да, именно так и есть, - подтвердил мои мысли парень. - И да, я читаю твои мысли. Тут все способны читать их – ты открытая книга для обитателей этого мира, пока не научишься скрывать свои мысли защитой. Могу подсказать как: попробуй представить себе какой-нибудь щит, ограждающий твою голову.

- Вот так? – Я вообразил, что надеваю шлем, похожий на покоящийся рядом с собеседником.

- Хм-м… неплохо, - улыбнулся он.

- Почему вы мне помогаете? – удивился я.

- Есть такая поговорка: «Если на небе горят звезды, значит это кому-то нужно». Раз тебя привел ко мне компас, да ещё и его стрелка горела синим, значит, это зачем-то необходимо. Я помогу тебе, ты поможешь мне. Думаю, это будет справедливо.

- А если не секрет, в чем вам требуется моя помощь? – насторожился я.

- Для созданий этого мира покинуть его без помощи от жителей материальных миров невозможно. Я намерен попасть в один определенный мир. В нем есть люди, с которыми я хотел бы увидеться. Не буду вдаваться в подробности, но для нас оказаться в реальных мирах сродни фантастическому путешествию. Думаю, ты не откажешь мне в такой услуге? – Он одарил меня теплой улыбкой. - В обмен я помогу тебе с поисками твоего тела и памяти.

Немного подумав и поняв, что особо ничем не рискую, я согласился.

- Отлично. И да, что ещё тебе важно знать: у тебя четко прослеживается связь с Воплощением Стихии – я ясно ощущаю присутствие Хаоса. Будь с ней осторожнее – она очень коварная и опасная дама.

Услышав это, Шегал явно хотела что-то вставить. Я чувствовал возникавшие волны гнева, что исходили от неё. Она очень хотела это высказать, еле сдерживаясь, но явно боролась с двумя противоречивыми чувствами, словно, если она об этом промолвит, то наружу вылезет правда, которую она открывать не намерена.

Мои мысли уже нельзя прочитать, но она поняла, что я чувствую её эмоции и затихла. Фыркнув, Шегал покинула мое общество. Мы продолжили разговор уже один на один.

- Если бы не воплощение Хаоса, думаю, что тобой уже заинтересовались бы Огненная и Ветреная, - внезапно проронил незнакомец.

- С чего бы? – удивился я.

- Они очень взбалмошные девушки. Твой характер импонирует этим двум Стихиям – такой же ветреный и безбашенный, - невозмутимо уточнил он.

- Ну, спасибо! – насупился я.

- Нет, ничего такого! – Он улыбнулся. - Так и есть – это видно в твоей ауре. Ты, хоть и лишился памяти и тела, остался при своей душе, а индивидуальность разумных существ находится именно в душе. Так что, пока ты не потерял свою душу, ты остаешься самим собой.

- Хм-м… а тот Рогатый сказал, чтобы я стал самим собой, мне потребуется восстановить память и тело.

- Ты побольше слушай Взывающего. Повелитель Хаоса, как и Воплощения Хаоса – одни из самых опасных обитателей Изнанки. Советую тебе избавиться от связи с ними, иначе, ты когда-нибудь пожалеешь о полученном даре. Всякая сила имеет свою цену, но она может оказаться просто непомерной для простого смертного.

- И как же мне это сделать? – решил узнать я.

- Этот малыш сам тебя приведет к этому месту, - указал он на компас. - И да, ещё кое-что важное! На дне есть целый лабиринт. Он наполнен живыми статуями – будь с ними осторожен! Но не их тебе больше следует опасаться, а Медузу! Это многощупальцевое создание с продолговатым черным телом, метров пять длиной и одним глазом в центре между щупальцами. Не смотри ей в глаз – сам станешь живой статуей. Постарайся избежать встречи с ней. Но если не выйдет, то с помощью магии Хаоса ты можешь создать зеркальный щит – это позволит защититься от её атак. В центре лабиринта ты найдешь сад каменных деревьев. Там будет стоять воин с мечом в руках – это и есть твоя цель! Как только получишь меч – возвращайся. Я расскажу тебе, как ты сможешь выполнить мою просьбу.

- Что ж, спасибо за советы, - поблагодарил я парня, вставая.

Я направился к месту, где недавно высветилась поверхность озера. Как и ожидал, оно представляло собой твердое тело минералов, которое даже и не думало расходиться под весом моего тела. Но стоило мне только туда посветить, как я тут же ухнул на пару метров вглубь.

Чувство, словно под лед провалился. Посветив вокруг, я убедился, что картина и не думала меняться. Главное, чтобы не возникло неожиданностей, что я не смогу заметить без фонаря.

Направив луч света вниз, я обнаружил через несколько десятков метров каменные стены одно, двух-этажных сооружений. Я поплыл туда. В голову пришла мысль, что я не испытываю никакого дискомфорта от глубины и невозможности дышать. Хм-м… А должен?.. Память потихоньку возвращается сама?

- Эй, Шегал!

Не отзывается, интересно, чего это она? До этого чуть ли не висла на мне, а тут молчит и даже не дает о себе знать. Ну и ладно.

Я воспринял возвращение присутствия Шегал как легкий ветерок.

- Все же пришла?

«Не нравится мне он – явно не тот, за кого себя выдает», - проворчала она.

- Твой господин тоже не лыком шит – явно мне помогал не по доброте душевной, - подколол я её.

Она что-то хотела сказать, но промолчала, решив, что не стоит спорить об очевидных вещах.

- Ну что, пойдем, моя персональная шизофрения? – воодушевленно поинтересовался я у своей невидимой попутчицы.

«Фи-и, как грубо! Разве так надо разговаривать с девушкой? – с укором проворчала она. - Лучше бы ты не память, а свое дурное чувство юмора потерял», - фыркнула она.

- Ну ладно, ладно, - примирительно возвел я руки, - прости меня – я не хотел тебя обидеть.

Опустившись на крышу ветхого одноэтажного домишка, я осмотрелся. Стоило мне только убрать от него свет, как я прекратил чувствовать опору под ногами и приземлился в ил, что взметнулся от этого вверх, практически полностью укутав меня собой. Выйдя на предполагаемую территорию дороги, я снова принялся осматриваться.

Целые здания и улочки затонувших домов с мертвыми деревьями и каменными статуями людей возникали в свете фонаря и также пропадали, стоило лишь сместить его в другую сторону. Статуи не проявляли никакого признака жизни. Надеюсь, что они и дальше продолжат быть просто истуканами.

Я последовал за компасом, чья зеленая стрелка вела меня по прямой. Все вокруг выглядело полуразрушенным. Некогда прекрасные здания, выполненные в неизвестном мне стиле, но с великолепным архитектурным исполнением крыш, арок и резных столбов, сейчас представляли лишь серые невзрачные руины.

Мы так шли достаточно долго, пока компас неожиданно не загорелся красным, и его синяя стрелка не изменила направление в сторону ближайшего дома. Я решил не размышлять о целесообразности данного действа, а сразу направился в дверь. Отворив её, я попал в просторную деревянную комнату. За круглым низеньким столом восседали на подушках четыре каменных статуи. Глава семейства разливал в тарелки что-то из казана, мать нарезала хлеб, а двое детишек радостно смеялись, гремя посудой. Это выглядело настолько реалистично, что, казалось, какой-то гениальный творец просто запечатлил эту сцену на камеру и саму фотографию наделил объемом, заменив натуральные цвета каменной текстурой.

Затворив дверь, я облокотился на стену и погасил фонарь. С одной стороны, это меня успокоило – его свет меня не выдаст. Но с другой, я чувствовал себя как-то глупо – сижу по пояс в иле, чуть не упав через исчезнувшую стенку, при этом прячусь от неизвестной опасности. Может все же включить его и светить на свое укрытие?

Компас по этому поводу никак не мог меня просветить, тускло поблескивая в полумраке и смущая отсутствием стрелки.

И вдруг, я ощутил это! Что-то злобное проплыло прямо у меня за спиной, скрывшись в одном из переулков. Почувствовав её, у меня пропало всякое желание встретить это создание лично.

Оглянувшись, я ясное дело ничего не увидел. Компас загорелся синей стрелкой и проплыл ко мне за спину. Включив свет фонаря, я от неожиданности все же упал на спину – передо мной стояло все каменное семейство, а отец с матерью ещё и замахивались ножами. При этом в их выражении лиц ничего не изменилось, а от этого становилось жутко.

Резко отпрянув от них, я уже высвечивал домик снаружи. Осмотрев все вокруг, я убедился, что ни один из близстоящих каменных чурбанов не думает на меня нападать, после чего, ещё немного отполз для верности, встал и пошел в закоулок.

Я совершенно не испытывал сопротивление воды, что создавало неоднозначные ощущения. В качестве эксперимента попробовал всплыть, но это у меня совершенно не вышло – будто воды действительно не было. Скорее всего, мне придется подниматься на крышу, чтобы вернуться обратно.

Мы петляли уже целую вечность по этому проклятому лабиринту зданий. Когда же он, наконец, закончится? К счастью, я больше не натыкался ни на каких опасных субъектов. И, главное, зачем мне идти по траектории улочек, постоянно петляя, когда я могу пройти этот же путь напрямик!

Я несколько раз попробовал «срезать» путь, но компас отреагировал на это негативно, сверкая красным и указывая мне синей стрелкой, чтобы я вернулся назад. Ничего не оставалось, как возвращаться на указываемый путь. Видимо, в этом есть определенный смысл – не зря же тот парень назвал это место лабиринтом.

В очередной раз свернув, мы вышли на просторную площадь, в конце которой обнаружился забор с воротами, с проглядывавшими за ним каменными деревьями. Компас указывал туда. Но когда я преодолел половину пути, он неожиданно засиял красным и изменил направление на противоположное, сигналя мне синей стрелкой.

Опять?! Да ты издеваешься!

Дом, высветившийся фонарем, внушал уважение своим размером и явно не предназначался для проживания. Выбора нет.

Открыв дверь, я оказался в просторном дворе перед зданием. Вроде бы, никого не видно. Быстро закрыв дверь и, убедившись, что мне больше никуда не надо двигаться, я закрыл задвижку фонаря.

Как и в прошлый раз, нечто, промчавшееся за границей ворот, ударило по моему восприятию волной ужасающей ауры. Но в этот раз это остановилось на некоторое время, словно прислушиваясь, после чего, нырнуло в тот переулок, откуда я вышел.

Подождав какое-то время, я включил фонарь. Новых статуй не появилось, так что я благополучно покинул этот гостеприимный двор, даже не открывая ворота. Новостью для меня стало то, что пустую до этого площадь, теперь битком заполонили статуи. И все они смотрели в мою сторону. Благо, что хоть оружия нет… у многих… у некоторых… откуда у них взялось оружие?!

Я удивленно выпучил на них глаза, в очередной раз, просматривая казавшуюся необъятной вооруженную толпу каменюг, что с каждым высвечиванием фонаря, достаточно быстро сжимала кольцо вокруг меня. При этом они вообще не шевелились, когда на них падал свет, но оказывались куда ближе при следующей проверке.

В панике, я чуть было не забыл про компас, а он синей стрелкой указывал мне назад. Я бросился бежать за ним. Сделав пару поворотов налево, потом направо, мы ещё прошлись несколько кварталов, после чего, компас указал на очередное здание. Оно имело размер в несколько этажей, треугольный свод крыши, подпираемый шестью столбами. Вернее, четырьмя – два полуразрушены. Да и сама крыша присутствовала частями.

Забежав вовнутрь, я понял, что все здание является сплошными столбами, между которыми отсутствовали стены. Если они и были раньше, то сейчас от них не осталось и намека.

В противоположном конце длинного коридора столбов, я увидел огромную статую бородатого мужика, восседавшего на троне. На голове у него возложен венок из каких-то веток с листьями, торс обнажен, а в руках покоились обломанные предметы, понять назначение которых представлялось сомнительным. Обогнув статую слева, я выбежал на очередную улицу.

Немного побродив по переулкам, меня занесло на площадь, спешно покинутую при отступлении. Кроме нас с Шегал, здесь никого не оказалось. Направившись прямиком к входу в сад, я оглядывался по сторонам.

Абсолютно все находившееся в этом саду оказалось каменным: деревья, птицы, трава, скамейки. Как и в случае с людьми, они потрясали своей невероятной искусностью и детализированностью.

В центре сада возвышался каменный воин, казавшийся здесь неуместным. Его облачение состояло из тяжелых доспехов. Восседая на своем верном коне, он держал поднятым обнаженный меч, вытянув его вперед, словно готовый сразить неведомого врага.

Забыв об осторожности, я подошел к нему ближе. Его голову скрывал шлем. На левой руке крепился щит круглой формы, с изображенным в центре крылатым белым конем.

Позади я услышал шум. Оглянувшись, луч фонаря не высветил никаких изменений. Компас светился обычным приглушенным светом, а его стрелка указывала на воина.

Вернув взгляд обратно, я вздрогнул: воин стоял рядом с конем, воткнув щит в землю, а меч, покоясь на ладонях, был протянут ко мне.

- Ты хочешь вручить его мне? – спросил я, не надеясь на ответ.

«Он твой. Срази Медузу».

Сглотнув, я протянул руки вперед и взволнованно принял подарок. Никакого подвоха не произошло - меч оказался у меня в руках.

Длинное, чуть больше метра, широкое лезвие, имевшее продольное сечение. На самом лезвии высечены витиеватые письмена, от которых исходило золотое сияние, а рукоять и гарда не блистали особыми ухищрениями, радуя глаза простым, но удобным исполнением.

Прижав к себе оружие, я клятвенно произнес «Обещаю!», после чего снова глянул на рыцаря через свет фонаря – воин был уже на седле коня.

Развернувшись, я направился к выходу, взяв меч правой рукой. По пути размахивая им, я приспосабливался к новому оружию, казавшемуся мне непривычным.

За все время пути по подводному миру, моя невидимая подружка так ничего и не произнесла. Я пробовал пригласить её к диалогу, но она продолжала дуться. И как же мне теперь буду с Медузой сражаться?

Глава 2.3Править

Прогулка шла мирно и тихо. Я не встретил ни одной статуи по пути и это даже немного напрягало. Следуя за компасом, я размышлял, что же предпринять. Может быть, заглянуть в дома и поискать зеркала? Увы, данная затея не принесла никаких результатов – местное население не было обеспечено ими, будто это какая-то роскошь. Хотя это вполне могло быть именно так. 
Безликий copy.jpg

Безликий

Дома, кстати, пустовали, и это наводило на мысль, что на меня устроили повсеместную облаву с мобилизацией всего населения.

В очередной раз свернув через переулок, я оказался в парке с мертвыми деревьями. Сухие, с устилавшей корни сухой листвой, они казались неуместными здесь под водой. Ещё странным представлялось то, что за все время я не встретил больше ни одного каменного дерева, только те, что росли в саду с воином. Те деревья какие-то особенные, что ли? Парень с трубкой ничего не говорил о подобном.

Пройдя парк, я вышел на большую улицу. На глаза бросилось здание, похожее на то, где я видел статую бородатого мужика. Рядом со входом располагались по краям статуи воинов, облаченных в легкие доспехи. В руках они держали копья и круглые щиты без всяких рисунков. На поясах висели короткие мечи в ножнах. Статуя слева принадлежала девушке-воину. Судя по всему, монументы не относятся к живым. По крайней мере, я не заметил изменения их положения, после того, как отводил от них свет фонаря.

Компас указывал проходить мимо этого храма, но я все же решил осмотреть его. Поднявшись через несколько десятков ступеней, я минул каменные изваяния и оказался внутри.

Здесь, в отличие от первого храма, стены присутствовали. Вдоль них старательно расставили на одинаковом расстоянии друг от друга изогнутые подставки с круглыми бронзовыми чашами на уровне пояса. Заглянув в ближайшую ко мне, я убедился, что в ней покоилось масло янтарного цвета.

Храм выглядел небольшим и коридор в нем оканчивался маленьким алтарем с возложенными подношениями: золотые украшения, чаши и подносы с фруктами, кувшины забродившей жидкостью. Один поднос среднего размера приглянулся мне своей отполированной серебряной поверхностью.

Взяв его и стряхнув высохшие фрукты в керамическую чашу с изображенными на ней черным цветом воинами, я вгляделся в слегка искаженное отражение. Думаю – сойдет за неимением лучшего.

Вставив руку между ручками подноса, я сделал из него импровизированный щит. Я с противоречивым чувством признал, что в моем нынешнем состоянии тела в виде туманной субстанции, имелись свои плюсы – только при таком условии в эти узкие проемы получилось бы пропихнуть свою конечность.

Выйдя наружу, я обратил внимание, что компас указывал в сторону, противоположную изначальной. Надеюсь, до этого он не направлял меня в место, где можно было разжиться нормальным отполированным щитом.

Держа поднос и меч наизготове, я прошел ещё некоторое количество закоулков, прежде чем компас не предупредил меня загоревшейся красным сферой, при этом продолжая указывать вперед синей стрелкой.

Оно близко – меня достигло дуновение злобной ауры. Прикрывшись импровизированным щитом, я в полной мере испытал всю степень неудобства этого приспособления, но пришлось довольствоваться имеющимся. Даже не представляю, как же мне сражаться с этой тварью в таких условиях?

Услышав шелест сзади, я развернулся, выставив меч перед собой, и в свете фонаря обнаружил несколько огромных черных щупалец-змей. Разинув хищные клыкастые пасти, они шипели. Никакого намека на глаза, но они отчетливо тянулись в мою сторону, при этом сама тварь как-то странно дергалась, будто опасаясь нападать. Из-под «щита» я разглядел длинное основание её тела, едва касавшееся земли - что-то среднее между змеёй и морским обитателем, на что указывали плавники по бокам и на конце длинного тонкого хвоста.

«И зачем я сунулся сражаться с этой тварью? - возник в голове резонный вопрос. - Ведь тот же парень говорил постараться избежать стычек с ней!»

- Какие-то странные мысли в голову лезут, будто и не мои вовсе.

«Конечно не твои, милый. - Легкий бриз подал сигнал о прибытии моей старой знакомой. - Оставь Медузу в покое и уходи отсюда. Она является любимым творением моего Господина, и он будет жутко расстроен, если его зверушка погибнет».

- А ты раньше не могла об этом сказать? – с укором спросил я.

«Ну, ты же её ещё не убил, - подметила Шегал. - А тебя она пока не тронула».

- Ты до этого ничего не говорила только потому, что у меня не было щита и оружия?

«Не исключено», - ушла от ответа она.

- Ну что ж, тогда сама виновата, - сообщил я ей и ринулся в атаку.

«Что ты делаешь?!» - вскрикнула Шегал, последовав за мной.

- Не видишь? Хочу покромсать её себе на ужин! – съязвил я.

Тварь зашипела, и я буквально почувствовал надвигающуюся атаку. Перекувыркнувшись и чуть не увязнув в иле, я пропустил её над собой и рубанул вслепую вверх.

«Сто-о-ой!» – прокричала Шегал, пытаясь ухватиться за меня и остановить. Но куда там! Я так размахался мечом, что ей пришлось отпрянуть в сторону, чтобы не быть задетой превратившимся в светящийся смерч поток ударов.

Многие из них проходили, не достигнув цели. Остальные же лишь слегка царапали прочую чешую щупалец.

В очередной раз вслепую увернувшись, меня схватили и обвили вокруг ног. Я не успел показать обнаглевшей конечности, кто здесь хозяин, как вмиг оказался свободным, приземлившись на минеральную поверхность, лишь слегка прикрытую водой.

Вначале я не понял, что произошло. Фонарь с компасом пропали, пропала и Медуза, лишь безграничная водная гладь кругом.

«Милый, ты совсем меня не слушаешь, - с металлом в голосе сообщила мне Шегал. - Я же тебя предупредила, что Господин будет недоволен, если ты убьешь его милую зверушку! Тебя не спасет от его гнева даже то, что ты заинтересовал его! Поэтому мне не оставалось ничего другого, как вытащить тебя с поля боя. Я уж надеялась, что ты не сунешься в битву, не имея зеркала, созданного с помощью Хаоса! Так нет же! Ты раздобыл отполированный серебряный поднос в храме Ареса и пошел в бой, используя его вместо щита! Мне нравится твоя безбашенность, но учти, что тебе лучше меня слушаться». - Сказав это, она ухватила меня за нижнюю челюсть, будто смотря прямо в глаза. Я этого, конечно не видел, но жесткая хватка неприятно давала о себе знать.

Почему-то сказанное вызвало во мне бунтарский настрой. Я осознал, что мне совершенно не по душе то, что какая-то сущность диктует мне условия. Выкрикнув «Призыв: Фонарь Истины», я схватил его и, открыв затворку, направил лучом в предполагаемое местонахождение Шегал.

«Что ты делаешь?! Убери эту гадость от меня! Я кому сказала?! Ты меня вообще слышишь?! Да как ты смеешь?!» - послышались испуганные нотки.

«Ты! Ты-ы-ы! Человечишко! Ты пожалеешь об этом!» - мощный порыв ветра сбил меня, отбросив на десяток метров.

«Если ты вздумаешь снова меня позвать, учти, что тебе придется просить меня о прощении и на коленях умолять дать тебе мою силу», - гневно выпалив это, она развернулась, и я прекратил ощущать её присутствие.

Фонарь, отлетевший в сторону, плавно подплыл ко мне. Выбросив теперь уже бесполезный поднос, я встал и огляделся вокруг. Костра нигде не видно.

Интересно, куда теперь компас направит меня? И как я буду перемещаться, не имея возможности телепортироваться? Не знаю, что на меня нашло. Неужели это часть моего характера? С другой стороны, я совершил большую ошибку, что доверился Владыке Хаоса и тому парню - неизвестно, чем мне аукнется это в будущем.

- Вижу, меч ты добыл, - раздался из-за спины голос. Я от неожиданности вздрогнул и развернулся. Легок на помине. Проверив состояние щита от чтения мыслей, я спросил:

- Как ты оказался здесь?

- Некоторые обитатели Изнанки способны перемещаться куда хотят, лишь только пожелав это, - пожал он плечами.

- Если это так, то почему ты до сих пор сам не сделал то, что попросил выполнить меня? – подозрительно поинтересовался я.

- Хм-м… - Он повел бровями и, улыбнувшись, сказал: - Вижу, ты поссорился со своей надзирательницей. Учитывая, что ты потерял память, а первые же кто тебе предложил помощь оказались сомнительными ребятами, думаю, ты вправе подозревать и меня. Присаживайся, разговор будет серьезным. - Незнакомец указал на мягкое кресло, выполненное из ворсистого материала бежевого цвета. Кресло казалось уютным и легким. Причудливая резьба по дереву украшала верхнюю часть спинки и изогнутые подлокотники с ножками. Усевшись в него, я увидел, как мой собеседник запрыгнул в возникшее напротив меня кресло аналогичного вида. Интересно, почему он тогда у костра сидел без всяких кресел?

- Можешь не беспокоиться о Медузе – когда она столкнулась с тобой, то успела увидеть себя в зеркальном отражении подноса, так что она постепенно превратится в камень сама, а город прекратит свое существование и исчезнет.

- То есть, как исчезнет?! – соскочил я, опираясь на подлокотники руками.

- Этот город-лабиринт является её творением. Как только она перестанет поддерживать его своей силой, то город не сможет больше существовать. И да, можешь не беспокоиться – Взывающего утрата его «любимой зверушки» никоим образом не потревожит. Разве что, совсем чуть-чуть побесится. Если ему надо будет, он ещё сотню таких же создаст, - спокойно и с некоей иронией произнес мой «знакомый незнакомец».

- Так зачем же Шегал сказала, что он будет в ярости? – усевшись обратно, решил выяснить я.

- Я ж не говорил, что это ему совершенно без разницы, - возвел он указательный палец правой руки вверх и покачал им из стороны в сторону. - Но по большей части это проявление её натуры. Она хотела твоего повиновения, особенно после того, как ты посмел над ней шутить. - В его голосе послышались веселые нотки.

- Откуда тебе все это известно? – У меня закралось подозрение.

- Я наблюдал за твоими передвижениями, - не стал увиливать он, честно признавшись.

- Вон оно что… А ты случаем не знаешь, почему только в том парке, где я встретил воина с мечом, деревья были каменными, тогда как во всей остальной части города они просто высохли?

- Все просто. Эти деревья – дриады. Дочери леса. Они способны превращаться в деревья, но в таком состоянии по-прежнему незащищены от магии Медузы.

- Ясно… Но мы ушли от темы, - вспомнил я, с чего начался наш разговор. - Ты не ответил, почему сам не сделал то, что поручил мне. Ты, как я понимаю, довольно могущественная сущность, так почему же?

- Я тебе говорил же, - вздохнул он, - что для нас, существ Изнанки, попасть в физические миры без помощи живых – невозможно. Для этого требуется призвать нас с той стороны, но вероятность того, что кто-то призовет именно меня - крайне низка. Есть другой вариант, столкнуться с которым мне посчастливилось, и я не преминул им воспользоваться! Имеется один город, существование которого является большой загадкой даже для нас. Было предположение, что его создали в одном мире чуть ли не во времена Сотворения. Его соединили со множеством других миров и с самой Изнанкой при помощи артефактных сооружений-якорей, удерживающих эту связь. Там действуют другие законы, отличные от законов Изнанки и физических миров. Такие существа как мы не можем попасть туда, но ты, выполнив определенные условия и обретя временную плоть, вполне в состоянии проникнуть в него и найти нужное «окно» - разрез пространства, соединяющий миры. Тебе понадобится этот артефакт. - Он призвал известным мне способом кулон, выполненный из шестигранного рубина, вкрапленного в золотой диск. Подлетев ко мне, кулон завис.

- Отзови его сейчас. Как только найдешь  «окно», а компас тебе укажет на него, призовешь кулон, и он выполнит всю работу. Я буду тебя ждать на границе города.

Осуществив команду отзыва, я задумчиво уставился на собеседника.

- Кроме этого, раз ты лишился возможности использовать магию Хаоса, я дам тебе амулет телепортации. - Точно такой же кулон, только с синим сапфиром внутри, появился перед ним и подплыл ко мне. - Тебе не обязательно вызывать его каждый раз, как только понадобится телепортироваться. Просто дай команду «телепорт» и подумай, что хочешь переместиться в место, куда указывает компас – ты сразу окажешься там.

- А если я откажусь выполнять твою просьбу? – Бунтарский настрой все не хотел покидать меня.

Мой собеседник горько усмехнулся:

- Можешь не выполнять. - Он наклонился вперед. - Но учти - без моей помощи ты никогда не сможешь вернуть свое тело.

Парень произнес это таким тоном, что холодок пробежал по спине, а в его глазах не осталось и намека на прежнюю человечность – за ними плескался яркий свет, выдававший в нем совершенно иное существо, скрывавшее свою суть за иллюзией данной внешности.

Он плавно поднялся, а кресло рассыпалось сотнями искр.

- Забыл сказать: меч, что ты держишь в руках, называется… «меч Ареса». Это легендарное оружие бога войны. Ты также можешь вызывать и призывать его, как и другие артефакты.

- И как же мне выполнить условия, чтобы попасть в тот город? – пробурчал я.

- С помощью компаса найдешь Вечный лес. В нем обитает одна сущность, называемая Ува’Энара. Это существо Жизни. Оно поможет тебе и подскажет следующие шаги. - Сказав это, он осуществил единственный шаг и растворился.

Некоторое время посидев в раздумьях, я покинул свое кресло, незамедлительно превратившееся в сноп искр, упавших с шипением в воду.

Пойдя на принцип, я отозвал и компас, и фонарь, продолжительное время бездумно бредя в неизвестном направлении. Закинув меч на плечо, я шел, не обращая внимания ни на что вокруг. В какой-то момент мимо меня проплыла примечательная тень. Я остановился, удивленно уставившись на это аморфное создание. Тень, по чьей-то неизвестной прихоти вдруг обретя объем и получив жизнь, по форме напоминала человеческую.

Я проводил существо задумчивым взглядом. Может быть, тот парень говорил именно об этих тенях?

Одна за другой, подобные удалившейся, вокруг меня возникали все новые тени. И вот уже сотни, если не тысячи этих созданий движутся в различные стороны, а я стою в центре этого потока. Большие, маленькие, гуманоидные и похожие на животных, бесформенные… Они проходили мимо, полностью игнорируя мое присутствие.

Меня больше поразило не их огромное количество, а факт того, что я их видел без фонаря! Ответ на эту загадку нашелся сам, стоило оглянуться и остановить свой взгляд на новой детали, четко выделявшейся на небосклоне. Солнце! Но какое-то оно странное.

У меня вспыхнул образ светила, что я видел на ярко голубом фоне. Теплое, яркое, ослепляющее. От него закрываешь глаза рукой, смотришь через прищур. А это – черное, как размытая клякса чернил выделяется на разноцветном от туманностей и звезд небе. Удивительно, что восход светила ни капли не повлиял на него. А это действительно солнце?

И только немного погодя я заметил, что теперь вместо водной поверхности теперь простиралась выжженная земля. Куда не глянь, пространство, продуваемое дикими ветрами, вздымавшими и закручивающими в шальные воронки желтоватую пыль, просматривалось до самого горизонта без всяких препятствий

Может быть, виной обретших видимость теней и суши стало светило? Но черное солнце, как такое возможно? Черное солнце… Кажется, я уже где-то это слышал. Мне об этом говорила… одна женщина. С длинными… черными волосами. Но кто она?

И всё-таки, если я буду просто так бродить по этому миру, то вряд ли найду способ вернуть себе память и тело. Мне придется положиться на помощь артефактов, что достались от Повелителя Хаоса и того парня. А ведь я даже не узнал, как его зовут.

Я призвал компас и фонарь. Стрелка указывала зеленым назад. Глянув в том направлении, я убедился, что пейзаж особо ничем не отличался – такая же пыльная земля.

С интересом разглядывая одну крайне необычную тень, обладавшую поистине причудливой и неописуемой формой, у меня возникла идея посветить на неё фонарем. К моему вящему удивлению, тень, со свойственной ей невозмутимостью, обогнула ударивший в неё луч, не на секунду не сбившись с пути. Та же история повторялась и с остальными. Что бы я ни делал и как бы я резко не крутил фонарь, ни одна тень даже мельком не задела луч света! Только не говорите мне, что они и раньше крутились вокруг, но таким же образом избегали встречи со светом и я даже не подозревал об их существовании!

Я бросил глупую затею игры света и тени, намереваясь двинуться в сторону, указанную компасом, но замер на месте, всматриваясь вдаль.

Постойте-ка, а это что?

Сверху до самой земли свисал кривой столб. Заинтересовавшись, я двинулся в этом направлении, не спуская с таинственного объекта взгляда. При более внимательном осмотре, чуть дальше за ним можно было различить и другие схожие конструкции. И все они тянулись к чему-то, скрывавшемуся в облаках.

Город. Да, это определенным образом город на облаках. Черные шпили башен, крыши зданий, внешняя стена. А то, что соединяло его с землей - это огромные толстые стебли, каждый лист которых в отдельности с легкостью превосходил размером меня. Мощные корни на концах проросли в землю и удерживали воздушную флотилию на месте. Колышимый сильными порывами ветра, город раскачивался из стороны в сторону.

Меня пробрало любопытство и, вопреки настойчивым указаниям компаса, отозвав свой инвентарь, я полез наверх.

Зря, видимо… Подъем оказался не из легких – между листьями лежали большие промежутки, а сам ствол для меня необхватен. Пришлось приложить огромные усилия, но я упорно лез вверх.

Только преодолев полпути и оглядываясь вниз на колышущееся море теней, у меня возник в голове вопрос, «а что будет, если я упаду с такой высоты?» Вроде бы тело не материальное, но в тоже время, здесь возможно погибнуть, по крайней мере, от меча.

Проверять это на практике у меня не возникло желания, поэтому я полез дальше.

Перевалившись через каменный край, я некоторое время лежал на спине, хоть в этом и не было никакой необходимости. Я не чувствовал усталости, но по идее должен был. По крайней мере, будь у меня физическое тело, такой подъем не прошел бы без последствий. Это я точно осознал.

Хэй! Глядишь, я, таким образом, и всю память верну! Только, сколько ж времени потребуется в этом случае?

Поднявшись на ноги, я призвал на всякий случай меч. Жаль только, что он не может также парить, как и компас с фонарем.

Город вблизи выглядел ещё мрачнее, чем издалека. Выполненный из черного камня, он встретил меня неприветливой тишиной и запустением. Здесь даже теней не наблюдалось. И чего я сунулся сюда?

Пройдя железную арку с выцветшими письменами, прочесть и понять которые, не было никакой возможности, я вошел в город. Узкие вытянутые вверх дома с зарешеченными стрельчатыми окнами, высокие шпили крыш с черепичным покрытием, в большинстве своем зиявшие обвалившимися участками. Приличные просветы присутствовали в различных местах и в стенах зданий. Часто встречались частично развалившиеся сооружения. Попадались и разрушенные сразу по несколько зданий до самого основания, превратившись в холмы из груды кирпичей.

Лишь ветер нарушал покой этого места, сдувая вековую пыль с мощенной камнем дороги, и мои шаги, разносившиеся цокающим эхом от стен. Это немного раздражало, но с когтями на ногах я ничего не мог поделать, а идти тише, у меня не выходило никак.

Мне наскучило просто так прогуливаться по этим местам, и я попробовал заглянуть в пару домов, но быстро отказался от этой затеи, столкнувшись с обвалившимся перед моим носом потревоженным зданием.

Поняв, что здесь нет ничего интересного, я уже решил было возвращаться назад, но слабое свечение привлекло мое внимание, промелькнув в конце улицы белоснежным пятном.

Заинтересованный, я поспешил туда. Преодолев несколько кварталов, свернул направо. Тупик. Двухметровая стена преградила мне путь. Опробовав её на прочность, я схватился за края руками и подтянулся. Взобравшись наверх, я увидел, что далее шел ряд одноэтажных построек с пологими крышами, расстояние между которыми вполне хватало для прогулки, а ранее замеченный белый силуэт находился не так далеко от меня – всего лишь через шесть домов.

Кажется, это девочка с длинными серебряными волосами и в белом платье.

- Эй! – крикнул я. - Девочка, подожди!

Может зря я за ней пошел? Девочка оглянулась и помахала мне рукой, после чего спустилась вниз.

Я не рискнул проверять на прочность крыши, а спрыгнул во двор дома и, обойдя его, вышел на улицу. Пробежав ненужные мне дома, я завернул к тому, где исчезла девочка. В окне дома горел свет, и из него доносились приглушенные разговоры. Дом выглядел более или менее крепким. Во всяком случае, он не зиял кучей дыр и не казался таким уж мрачным.

Подойдя к двери, я постучал. Голоса затихли. Не дождавшись никакой реакции, я повторил стук. Ответом мне была тишина.

Я толкнул дверь, и она оказалась незапертой. Темноватый коридор, три закрытых двери и окно. Рядом с дверью висела пустая вешалка, а у порога лежал стертый пыльный коврик.

Пройдя внутрь по скрипевшему деревянному полу, я отворил дверь, в комнате которой видел свет. Пусто. И никакого намека на свет и то, что кто-то здесь живет, я не увидел. Небольшая кухонька. По краям притаились покосившиеся серые шкафчики, небольшой столик посередине и раковина с газовой конфоркой. На всем этом покоилась вековая пыль. Некоторое количество кухонной утвари была расставлена на столе и валялась разбитой на полу.

В окне, что вело во двор, я заметил ускользнувший белый силуэт. Только чуть выше ростом. А сзади послышался детский озорной смех.

Оглянувшись, я увидел на улице убегавшую девочку. В догонялки играем?

В коридоре раздались скрипы половиц, и чей-то мужской голос весело прокричал: «Анабель, только не задерживайся допоздна!»

Я выскочил из кухни, но прихожая хранила тишину. Свет фонаря также ничего не изменил. Что за чертовщина? Пятясь назад и держа меч перед собой, я покинул дом.   Как и ожидалось, девочки и след простыл, но на заднем дворе снова показался женский силуэт.

Так, пошел-ка я отсюда! Призраки всякие бродят.

Глянув на компас, меня озадачило отсутствие у него стрелки! Это ещё что такое?! Эй, компас! Ты чего? А ну-ка, быстро показал, в каком направлении выход!

Ноль реакции. Я даже пощелкал по нему кончиком когтя.

Ладно, пойдем тем же путем, что и пришли сюда. Думаю, я не заблужусь в этих улицах. Благо, что их планировали без всяких ухищрений! Отсчитав нужные шесть домов, я остановился в замешательстве. Может я чего-то не досчитал или наоборот, пересчитал? Дело в том, что той стены, через которую я перемахнул на эту улицу, на месте не было! В буквальном смысле! Там красовался широкий проход на непримечательную площадь, ранее и в помине не наблюдавшейся там!

Ещё раз проверив все это, я вернулся к тому проходу, но теперь обнаружил парк с сухими деревьями. Превосходно! Вот только очередного лабиринта, только с изменяющимся положением локаций, мне и не хватало! И на кой ляд я сунулся в этот треклятый город?!

Перед моим взором всплыли бесконечные коридоры, затопленные тоннели, сражение с жуткой клыкастой тварью под водой, разбитый доспех. Миг и все пропало. Очередное озарение воспоминания?

Ну что ж, тогда остается вариант залезть на крышу какого-нибудь здания повыше и узнать, где же я нахожусь и в какую сторону двигаться, чтобы хоть как-то отсюда выбраться.

Пройдя пару улиц, я нашел подходящий объект - четырехэтажное строение, имевшее прямоугольную форму и несколько шпилей башенок.

Мощные, обитые железом ворота казались неприступными. Да я и не горел желанием заходить вовнутрь. Подойдя к водосточной трубе, вполне крепкой и пригодной для моей задачи, я сноровисто взобрался по ней.

Аккуратно ступая по шаткой черепице, я достиг одной из башенок и приступил к изучению окрестностей. Город, что лежал у моих ног, не имел ни конца, ни края, лишь бесконечная вереница маленьких и больших улиц, уходивших до самого горизонта во всех направлениях.

Глава 2.4Править

Вокруг меня кипела жизнь. Люди неспешно проходили мимо, о чем-то разговаривали, шутили, смеялись. Шум, гвалт, гомон. Воздушные шарики и разноцветные ленты, какие-то аляповатые плакаты. Выставленные рядами торговые палатки, постаменты шутов и жонглеров, перекидывавшихся горящими факелами. В нескольких местах канатоходцы балансировали над головами прохожих с длинными шестами. Зрители радостно задирали головы вверх и показывали на них пальцами. Огромный мускулистый тяжеловес тягал пудовые гири, подбрасывая их над головой, после чего ловил, как будто они ничего не весили. Это вызывало удивленные и встревоженные вздохи толпы, а после очередного удачно пойманного снаряда, взрывы аплодисментов. Милая дама в костюме черной кошечки руководила выступлением десятка лохматых зверушек разных размеров и семейств. Акробаты устраивали немыслимые кульбиты и связки прыжков, отскакивали от специально выставленных стен и турников, вставали друг другу на плечи, создавали «живое колесо».

Этот город дышал и жил. Все население вылилось на улицы и веселилось на волшебном празднике жизни. Яркие костюмы и немыслимые по разнообразию маски. На голубом небе без единого облачка ярко сиял золотой диск местного светила. Без умолку пели и щебетали птицы, а деревья, что росли здесь повсюду, утопали в прекрасных цветах, лепестки которых периодически срывались порывами ветра.

Праздный народ, проходивший мимо, с любопытством смотрел в мою сторону. Я опустил взгляд вниз. А? Что это со мной?

Мое тело было облачено в светлую просторную рубашку и штаны, подвязанные в нескольких местах темными ремнями, а на ногах красовались черные ботинки. Руки же…

Я поднес их ближе к глазам. Это человеческие руки, с нормальными пальцами, нормальной загорелой кожей. Неужели?

Волнение охватило меня. Я поднес дрожащие ладони к лицу. Ледяной холод мраморной маски обжог кожу. Некоторое время постояв так, я опустил руки и неверным шагом направился в сторону ближайшей деревянной скамейки. Большинство скамеек вокруг оккупировали отдыхающие, перекусывающие диковинными на вид закусками, но эта была совершенно пустой. Облокотившись на спинку, я положил руки на колени.

Просто потрясающая метаморфоза произошла буквально за один миг. Город изменился до неузнаваемости.

Увидев, что это место не имеет границ, я просидел некоторое время, уцепившись за край башни. Там и обнаружил, что стоит лишь на мгновение отвести от объекта взгляд, как он тут же изменяется. В этом случае я сначала хотел попробовать перемещаться по крышам, но печальный опыт развалившихся зданий вынудил отказаться от этой идеи. И тогда вспомнился подарок того парня. Проблемой оставалось лишь отсутствие стрелки у компаса.

Я решил опробовать способ, лишь представив в уме место у основания корней, что держали город привязанным к земле. Итогом же стало то, что открыв глаза, я оказался посреди оживленного фестиваля. Вызвав компас, я убедился в том, что стрелка так и не появилась, а повторная попытка телепортироваться не дала абсолютно никаких результатов.

Я опрокинул голову назад и, вытянув правую руку вверх, уставился на солнце через растопыренные пальцы.

- Небо сегодня такое красивое! – услышал я рядом с собой жизнерадостный звонкий детский голос. - Особенно с летящими лепестками!

Я повернул голову в сторону говорившей, коей оказалась девочка лет десяти-одиннадцати на вид. На меня с озорством смотрели черные глаза, под которым алели кровавым цветом макияжные тени. Её белое шелковое платьишко доходило до колен и развивалось на ветру, как и длинные черные волосы. В руках она держала жуткую рогатую маску.

- Я очень люблю праздник весны! А вы, мистер? – по-детски непосредственно поинтересовалась она.

- Я? – Отведя от неё взгляд, я посмотрел на окружающую атмосферу. - Я не помню о праздниках ничего. Странно, да? – возвращаю внимание на неё.

- Вы не помните? Как это? – Девочка озадаченно потеребила пряди волос, забавно сморщив напряженно раздумывающую физиономию. - Вы потеряли память?

- Да, - вздохнул я.

- Тогда вам срочно нужно узнать этот праздник во всех его проявлениях! – Схватив мою руку, она потянула меня за собой. Я невольно встал и пошел следом.

Девочка весело щебетала, рассказывая всякие истории из её повседневной жизни, о Томи, с которым она играет, о Кети, своей сестре, о Джейсе, большом забияке и любителе подраться, о Нике, Шанри, Людли, Ганджи и других ребятах, с кем она учится. Об её любимом учителе, о вредной поварихе с соседней улицы, что постоянно гоняет их прочь, о добродушной старушке, что живет в домике у парка и кормит уток на пруду. Про монумент Основателя, высокая прямоугольная колонна которого возвышалась над двух-трех этажными зданиями. На ней стоял бронзовый воин в доспехах с короной на голове и поднятым вверх мечом. По ходу дела, девочка увлеченно рассказывала и о людях, стоявших у прилавков, выступавших или просто встречавшихся по пути. Ей махали, улыбались и угощали разными сладостями. Часть из них она дала и мне

Я поблагодарил её, сказав что, увы, не могу попробовать их, на что она очень удивилась и спросила почему. В ответ, я предложил ей снять мою маску.

Опустившись на корточки, я ожидал, пока девочка не поднесет руки к моему лицу. Каково же было мое удивление, когда она с легкостью сняла её. Не поверив, я ощупал свое лицо. Гладкая теплая кожа, небольшая щетина…

Я соскочил, оглядываясь в поисках зеркальных поверхностей. Направившись к ближайшему окну, я напряженно вглядывался в силуэт, что отражался в нем. Девочка непонимающе проводила меня взглядом, после чего побежала следом.

Я вижу себя. Вижу… Поднеся руку к цветному стеклу, я провел по нему рукой. В нечетком отражении виднелось мое тело, но лицо предстало размытым.

Прикоснувшись лбом к стеклу, я вздохнул.

- Мистер? – Наклонив голову влево, она смотрела на меня, держа обе маски в руках.

- Ты видишь мое лицо? - Я развернулся и, сев, взял её за плечи.

- Да, вижу! – радостно произнесла она. - Вы красивый! Была бы я постарше, я бы с радостью вышла за вас замуж!

- Спасибо. - Печально улыбаюсь ей. - А как тебя зовут?

- Анабель. - Удерживая маски, она ухватилась за края платья и сделала реверанс. - А как ваше имя?

- Анабель… - севшим голосом повторил я, вспомнив имя девочки, что услышал, заглянув в один из домов этого города.

- Вас зовут также как и меня?! – Восторженность сменилась недоверием.

- Нет. - Я покачал головой. - Я просто вспомнил одну девочку с похожим именем.

- А-а-а, вон оно что, - погрустнев, она опустила глаза. - А тогда каково же ваше имя? – не отступала моя новая знакомая.

- Увы, но я не помню. - С сожалением развожу руками.

- Это плохо. Плохо, когда не помнишь. - Она ласково погладила меня по голове, перед этим вернув мою маску. - Тогда пойдемте, посмотрим на выступления факиров! Уже темнеет, и они скоро выйдут со своим номером!

- Факиры?

- Да! Это такие классные дядьки! Вы бы видели, что они вытворяют с огнем! Это просто нечто! – Анабель буквально пылала энтузиазмом.

А ведь, действительно, темнеет. Солнце уже практически село, окрасив небо в багряные тона. Как-то быстро день пролетел в обществе девчушки.

Она схватила меня за руку и повела в глубину площади, где в центре образовалось свободное место. Его со всех сторон обступили зрители, ожидавшие готовивших реквизит артистов. Я увидел трех мужчин лет тридцати с налысо бритыми головами, одетых в потрепанные коричневые обноски, сшитые из разных, даже отличавшихся по фасону, кусков ткани со множеством заплаток. Все трое скрывали лицо черными масками с острыми зубами и рогами

Как только полностью стемнело, они подожгли опасно выглядящие гири, висевшие на цепях, и начали ими размахивать, а стоявшая поодаль группа барабанщиков в такой же одежде приступила выбивать быстрые ритмы, под которые подстраивались факиры.

- Хм-м, странно – они раньше никогда не выступали под барабаны! Им, сколько себя помню, всегда аккомпанировали скрипач, дудочник и девушка с лютней! – пробормотала девушка в очках и соломенной шляпке.

- Может они решили внести что-то новенькое в этом году? – поинтересовался я, завороженно следя за акробатическими трюками выступавших, пускавших огненные вспышки изо рта, вертевших до десятка цепей с привязанными горящими снарядами. При этом они ещё и воплощали в своих движениях сцену из мифической поэмы, как объяснили мне до этого.

- Не-а, это часть традиционного выступления, которое нельзя менять. Я не знаю, что все это значит, но по окончании им за такое самовольное поведение попадет, - выдала хмуро все та же дамочка.

Вдруг, на сцену выскочило новое действующее лицо, отчего девушка в очках схватилась за сердце. Новым участником, к жуткому удивлению обоих моих информаторов, оказалась девушка-факир с полубритой головой, сохранивших собранные в хвост каштановые волосы средней длины. Снаряды, что сноровисто крутила новоприбывшая, горели черно-серым светом, отдававшим фиолетовым. Девушка подлетела к каждому факиру, и от её взмахов оранжевое пламя выступавших сменило свой цвет.

- Так и должно быть? – поинтересовался я.

- Нет, нет, нет! Это не правильно! Что это за импровизация такая?! Девушка, Аро, Куло, Шаж! Вы что творите?! – вскинулась дамочка в очках и направилась к факирам выяснять причины столь грубого попирания традиций.

Но в тот момент, когда последний снаряд загорелся неестественным для огня цветом, случилось это! От факиров поплыли языки черно-серого с фиолетовым пламени, выжигавшие на земле магические фигуры. Люди, впавшие в панику, кинулись кричать и разбегаться кто куда, моментально сгорая, стоило им лишь коснуться непонятного заклятия. Камень чернел, деревья рассыпались обугленными головешками, трава и цветы жухли, воздух стал затхлым, а в небе образовалась скручивающаяся спираль из свинцовых облаков, сыпавших черные молнии, ударявшие в здания одно за другим.

Анабель завизжала и, обронив маску, побежала в сторону реки. Я хотел её окрикнуть, но увидел, что над факирами стало формироваться второе магическое изображение и оно приобретало объем, сливаясь с наземным. Плохо дело.

- Призыв: Меч Ареса!

Почувствовав в руке своего боевого товарища, я чуть не выронил его. На удивление вес меча, что я раньше совершенно не испытывал, вдруг решил заявить о себе всей своей тяжестью. Неужели это связанно с нынешним состоянием тела? М-да, с таким весом придется забыть о филигранном фехтовании и высокой скорости.

Я ринулся к первому факиру, что продолжал выплясывать дикий танец безумия.

«Глупец! Ты не из этого времени и не сможешь изменить то, что уже успело произойти, - услышал я голос Шегал, что вдруг дала о себе знать. - Это лишь тень поглощенной реальности».

- А мне плевать! Я не буду стоять и смотреть на то, как погибают эти люди! – Резкий взмах прервал пляску ближайшего факира и, продолжив разворот, я вонзил меч в его соратника.

«Бесполезно стараться, смирись! Ты ничем им уже не поможешь. Ты сам нуждаешься в помощи».

Тем не менее, распространение магической метки и огня остановилось, а молнии прекратили разрывать небо на части.

- Ты же ушла. Так скажи - какой тьмы ты вернулась опять и действуешь мне на нервы?! – Я уложил последнего из факиров, осталась лишь девушка и барабанщики. Поняв, что ритуал прерван, они достали немыслимой формы жуткие кинжалы, напоминавшие пыточные инструменты. Я даже не представляю, как ими возможно сражаться.

Факиры разделились на две группы, окружая меня. Первым атаковал парень слева. Я принял его орудие пытки на маску, что держал в левой руке и сразу пронзил мечом. Крутанувшись, я использовал его вместо щита, прикрывшись от нападения девушки с её напарником. В этот миг я вынул меч из тела и, отведя неловкий удар напарника погибшего, и контратаковал его в бок.

Остались двое. Девушка взяла кинжал погибшего товарища и кинулась с ними мне в ноги. Я бросил маску ей в лицо, сбив с толку, а тем временем отскочив, быстро поразил в грудь последнего барабанщика. Да, вояки они ещё те.

Но ослаблять контроль ситуации не стоит – девушка уже поправила сползшую от удара маску и снова готова совершить безумную атаку. Мощным взмахом выбив из её левой руки оружие, я схватил правую и вонзил меч ей в живот. Пару раз дернувшись, она осела на колени. Я плавно опустил её обмякшее тело на мощеную камнем дорогу. Из раны сочилась кровь, образовавшая под девушкой большую лужу. Почему-то, мне до боли жаль её и убитых мной факиров.

«Ты думаешь, что победил? - высокомерно поинтересовалась Шегал. - Это лишь небольшое замедление неизбежного!»

Я повернулся к центру сцены, где пульсировал «узел» заклятия. Разрубить! Я не знаю, откуда у меня возникла такая мысль, но точно понял, что должен его уничтожить своим мечом!

Я сделал шаг, второй, после чего бросился бежать к тому месту, готовя меч к атаке.

«Что? Ну, уж нет! Я не позволю тебе это сделать!»

Вспышка света. Передо мной башенка, за которую я держался перед своей первой телепортацией, а мое тело вернулось к прежнему состоянию.

Честно говоря, я совершенно не понял, что же только что пережил. Сон? Иллюзия? Или я каким-то образом побывал в прошлом этого города? И почему мое тело там приобрело нормальную форму? Если верить Анабель, даже лицо было, хоть я его и не мог увидеть.

Я встал, и снова осмотревшись вокруг. Мне нужно найти эту заклятую печатью площадь и уничтожить магический узел. Чтоб не потерять её из вида, мне придется даже передвигаться по крышам, пусть это и будет слишком рисковым занятием.

По десятому кругу высматривая искомую площадь и монумент, я так ничего похожего и не нашел – одни простые улочки. Но упорно продолжал выискивать её, в надежде, что все же повезет и она возникнет в обозримом пространстве. И так увлекся, что чуть не упустил, лишь чудом успев осознать, что полуразрушенный прямоугольный столб похож на остатки монумента основателя. Вот только, он находился по очень неудобной для передвижения по крышам траектории – придется прыгать через широкие улицы. Будем надеяться, что получится.

Закрепив взгляд на монументе, я отошел на пару шагов назад и, разбежавшись, оттолкнулся от края крыши, взлетев на приличную высоту.

- Уа-а-а-а-х!!! – Перелетев улицу с десяток метров шириной, я попробовал мягко погасить удар о следующую крышу, продолжив движение быстрым бегом по ней, еле касаясь хрупких черепиц. Вверх по наклону. Бух-ба-бах! Грохот падающей черепицы, крыша раскачивается, разваливаясь. Вниз чуть ли не скатываюсь, толчок, несколько секунд полет, легкий бег, бух-ба-бах! Вверх, вниз, толчок, полет, соприкосновение с черепицей. История повторяется по новой.

Так, вроде получается. Я уже успел преодолеть четыре улицы подобными прыжками, а до цели ещё далеко. Я не мог посчитать точнее, иначе мир опять изменится. Очередной толчок, полет, прикосновение к черепице, шаг, второй. К грохоту падающих черепиц прибавляется какой-то другой. Стойки крыши зашатались, преодолев полпути, я потерял равновесие от резко качнувшейся в сторону поверхности крыши, притормозил, чуть не споткнулся, но не потерял из вида монумент. Твердая поверхность ушла из-под ног, увлекая за собой в пыльные глубины схлопывающейся крыши здания.

К счастью стены выстояли, обвалились лишь полы. Здание было двухэтажным и падение быстро прервалось. Выбравшись из завала деревянных балок и разбитых черепиц, я вздохнул. Теперь все придется проделывать заново.

Я направился к выходу, удостоив мимолетного внимания развалившуюся мебель, в свое время, скорее всего, обладавшую изысканным видом.

Я лишь коснулся двери, как она выпала наружу, из-за чего пришлось её перепрыгивать. Дальше путь лежал к самому высокому зданию, что обнаружилось в округе.

Жаль только не дошел до него. Мне помешали парящие над землей твари, уродливые тела которых покрывали собой драные и выцветшие тряпки, отдаленно напоминавшие платья. На головах висели спутанные черные космы, скрывавшие бугристые отвратительные морды, ничем не напоминавшие людские. Их когти на черных покрытых чешуей руках в несколько раз превосходили по размерам мои, а вместо ног я увидел три толстых склизких жгута, извивавшихся из стороны в сторону.

Шесть тварей. Шелест за спиной дал понять, что ещё одна группа окружила меня сзади. Мельком глянув, я заметил около десяти.

- Призыв: Меч Ареса! – Я схватил оружие и ринулся в бой. Меч теперь казался легким как перышко и скоростные удары, слившиеся в смертельный ураган, пожинали свой урожай. В первый же миг я срубил сразу двоих, а на развороте, схватив меч обратным хватом левой рукой, пронзил третью. Они рассыпались черной пылью. После этого, оставшиеся взмыли вверх, а те, что притаились за спиной, набросились дикой сворой.

Я принял на меч когти одной, лапу второй перехватил правой рукой. Остальные же достигли моей плоти. Невыносимая адская боль охватила все мое тело! Я и не думал, что бывает настолько больно!

Взревев, я крутанулся и сбросил их с себя, попутно забрав ударом жизнь ещё одной. На землю закапала черная жидкость, сочившаяся из моих ран. Почуяв кровь, словно стая голодных хищников, они озверели, с безумной яростью бросаясь на меня.

Перехватив меч прямым хватом, я пронзил ещё одну, попутно врезав напавшей сзади ногой в челюсть, после чего срубил её голову.

Я выжал всю скорость, на которую был способен, но этого оказалось недостаточно против десяти проворных существ, ускользавших от моих атак с невероятной быстротой и нападавших сверху. Не все удары я смог заблокировать, и количество моих ран возрастало.

Ещё две превратились в горстку черного пепла. Осталось восемь. Взмах наискось, прямой удар в тварь слева, но не попал. Уклоняюсь от резкой атаки сбоку, кувырок, и сокрушил ещё одну молниеносным выпадом в корпус. Боль. Темнеет в глазах. Стряхиваю тварь, ухватившую меня зубами за ногу, полоснув по ней мечом.

Шесть. Резкий выпад вперед, ухожу в кувырок, скачок и удар ногой, разворот, новая горстка опадает на мощеную дорогу. Пять. Уже лучше. Остальные замерли, в нерешительности смотря куда-то надо мной, после чего резко разворачиваются и исчезают.

Мне это показалось подозрительным, поэтому я решил проверить. Поняв причину побега нападавших, я последовал их примеру, и тоже решил ретироваться, потому что в мою сторону приближалось нечто! Огромное создание с продолговатым вытянутым телом покрытым панцирем, двумя парами клешней различных размеров, вибрирующими на высокой скорости крыльями как у жуков и тремя хвостами – коротким основным и двумя длинными тонкими, похожими на жгутики.

Я направился в сторону огромного пятиэтажного здания, имевшего нетипичную для этого города конструкцию. Бежать от этой твари по улицам бесполезно – догонит и не запыхается, а если спрятаться, может что-то и выйдет. В крайнем случае, в узком помещении у меня появятся некие преимущества перед ней.

Стеклянные двери лежали кучей осколков, хрустнувших под ногами, когда я вбежал в помещение. В фойе имелись приемная и куча скамеек. Я направился в один из изогнутых коридоров, ответвлявшихся от основного корпуса в виде цилиндра.

Это здание сохранилось куда лучше, чем те, что я видел раньше, хоть и потрескавшиеся стены местами выделялись обвалившимися кусками штукатурки. Во всяком случае, я нигде не заметил развалившихся стен.

Остановившись у одной двери, я вошел в просторную комнату, где в ряд стояли десяток кроватей с тумбочками, а у стен с обеих сторон находились некогда стеклянные шкафы. Теперь же осколки устилали весь пол у их оснований.

Не очень подходящее место для пряток, из чего следовало, что стоит направиться дальше. Я успел проверить ещё пару комнат, прежде чем услышал грохот, за которым стена слева разлетелась вдребезги, подняв облако пыли, и огромная клешня проникла в коридор. Вместе с ней в здание вальяжно вползла и остальная часть туши, расширив проход, представ предо мной своей острой головой с четырьмя горевшими зеленым глазами и огромными жвалами.

Тварь заняла собой все пространство до потолка, по которому во все стороны расползлись огромные трещины. У меня возникла хорошая идея, как можно с ней справиться, но это слишком рискованно. Надеюсь, у меня все получится.

Не дожидаясь моей попытки к побегу, громадина рванула в мою сторону, запустив в атаку сразу все свои клешни. Недолго думая, я влетел в открытую дверь комнаты с кроватями. Благо, что здесь имелось два входа. Через второй я и намеревался покинуть её, но тварь вынесла кусок стены прямо передо мной, оттеснив к углу комнаты. Эк какая шустрая.

Выскочив в окно, я развернулся, отскочив от обугленного ствола дерева, и нырнул на второй этаж, оказавшись в подобном же помещении, отличавшемся лишь целостностью стен.

Только я успел преодолеть часть пути к выходу, как клешни проломили пол, и тварь полезла сюда. Я подлетел к ней и рубанул по сочленениям между клешнями. На удивление, это помогло, избавив меня от одной проблемы. Раздался жуткий визг и оставшиеся три попробовали ухватить меня.

Отпрянув назад и схватив деревянную койку за спинку, я резко дернул и опрокинул её на не успевшее выбраться из проема создание. За ней последовала очередь шкафов. Это ненадолго отвлекло существо, дав мне возможность атаковать прямо в незащищенную нижнюю область морды.

Поднырнув под клешни, я развернулся и, удерживая меч двумя руками обратным хватом, пробил её голову снизу. В этом месте клешни уже не могли достать меня. Провернув меч, я вытащил его.

Тварь некоторое время ещё пробовала брыкаться, но глаза её тускнели. Когда они окончательно померкли, громадное создание обмякло и поползло вниз.

Какое-то время мне потребовалось для восстановления. К счастью, оно проходило быстро, и раны затягивались прямо на глазах. По окончании боя я уселся на пол, облокотившись на стену.

Завершив реабилитацию, я поднялся с пола и направился к выходу, наметив себе подняться на крышу и продолжить поиск монумента, но обратил внимание на странный звук. Остановившись посреди комнаты, я прислушался. После непродолжительной тишины, звук, напоминавший всхлипы, донеся снова. Он исходил со стороны двора.

Выглянув в окно, я увидел хрупкую фигуру девочки в белом платьишке и с серебристыми волосами, сжавшуюся у колодца. Казалось, что она совсем прозрачная и невесомая, будто призрачная. Сквозь неё даже каменную кладку колодца можно разглядеть.

Убрав меч, я взобрался на подоконник и мягко спрыгнул вниз. Погасив удар, я направился к девочке. Она услышала мое приземление и тревожно посмотрела в мою сторону.

- Здравствуй, Анабель. Не бойся, это я - парень, потерявший память.

- Мистер? – Она утерла глаза рукавами платья и ещё раз более внимательно взглянула на меня. - Это вы! Я так рада!

Девочка соскочила с места и обняла меня, уткнувшись в живот и шмыгая носом.

- Простите, что втянула вас во все это, но вы единственный, кто может нам помочь!

- Подожди, о чем ты? – озадаченно спросил я.

Анабель отпустила меня и, развернувшись и сцепив руки замком за спиной, сделала пару шагов от меня.

- Понимаете, в нашем мире произошло большое несчастье – появились адепты культа Хаоса, решившие ввергнуть этот мир Поглощению.

Сказанное ей показалось мне чем-то знакомым, но я не мог понять причину этого. Анабель повернулась ко мне лицом и продолжила:

- Для этого они попытались принести в жертву город Нагашин и всех его жителей. К сожалению, магии Хаоса способны противостоять только маги Порядка – Парангелии. Много лет назад произошел инцидент, в результате которого маги Парангелии были практически полностью истреблены. К этому приложили руку адепты культа Хаоса, создав условия, чтобы никто не смог им помешать. Но в то время мы смогли победить, казалось бы, избавившись от адептов Хаоса. Потребовалось много усилий и десятки лет, чтоб оправиться от утраты, но большинство нынешних магов и в подметки не годятся тем, кого мы потеряли тогда.

В восемь лет ко мне явился Повелитель Парангелии, пробудивший у меня способности к магии. Я смогла пройти инициацию и изучить некоторые заклятия. Увы, но я оказалась ещё не готова к тому, что адепты Хаоса устроили во время праздника весны. В отчаянии, я призвала силу воплощения Парангелии, и это привело к тому, что вы видите вокруг. - Она печально опустила голову.

- Я видел прошлое этого мира или действительно побывал в нем?

- Благодаря искривлению пространства и времени, - встрепенулась она, - вы по-настоящему побывали в прошлом и даже смогли его немного изменить – иначе бы весь мой мир оказался поглощен Изнанкой.

- Ты уже вторая, кто говорит о Поглощении. Что это значит?

- Вторая? – удивленно глянула она на меня. - А кто был первым?

- Воплощение Хаоса. Когда я убил адептов культа, она не дала мне разорвать узел заклинания и отправила обратно в эту реальность.

- Вон оно что, - понурилась Анабель. - Если вы согласны помочь, я могу проводить вас до площади, где находится печать.

- Ты способна ориентироваться в этом городе?

- Да, ведь я же в нем выросла, а изменения, что происходят здесь, подчиняются определенному порядку.

- Тогда пошли! Освободим город из-под этого проклятия!

Глава 2.5Править

В течение нескольких часов Анабель вела меня по лабиринтам этого города, ни разу не засомневавшись в том, куда же направиться дальше. Наше передвижение выделялось некоторой спецификой: до определенного здания направлялись по главной улице, после чего свернули в переулки, попетляв по которым, шли в некоторых местах спиной вперед или боком. Это позволяло, зная улицы города, попасть в необходимое место. Обитатели Изнанки, что нам повстречались, не трогали нас благодаря заклятию Анабель.

И вот, площадь лежала перед нами. Монумент Основателя, установленный в самом её начале, даже потеряв половину своей высоты, оставался достаточно высоким сооружением. Но нас интересовал не он, а «узел» печати заклятья, что пульсировал черно-серым туманом с фиолетовым оттенком в десятке метров перед ним.

Мой порыв направиться к нему остановил голос, обладателя которого я желал меньше всего услышать:

«Милый, ты такой неугомонный! Как же мне нравится в тебе эта черта. - Я почувствовал, что она прошествовала рядом со мной, обошла вокруг на достаточно близком расстоянии, игриво проводя по моему лицу и телу рукой. - Жаль, что при этом ты не хочешь меня слушаться. А ведь я могла подарить тебе такое могущество, о котором ты и помыслить не мог бы! Только подумай: все вокруг подвластно твоему малейшему капризу! Я исполню любое твое желание, даже помогу вернуть тело и воспоминания! Все миры падут перед твоими ногами! Зачем тебе помогать этой сопливой девчонке, если у тебя есть я?!»

Она обняла меня сзади, томно произнеся последнюю фразу. Я не сдвинул взгляда от «узла» ни на миллиметр.

- Позднова-то ты спохватилась. Предложи ты мне это когда я только попал в Изнанку, может быть, я ещё подумал бы. А теперь – изволь не мешать. - Я направился в сторону «узла». Анабель, находившаяся в шаге за мной и не проронившая ни звука за нашу с Шегал беседу, осталась на месте.

«Что ж, тогда ты сам виноват». - Она отпустила меня. Воздух вокруг потяжелел.

«Шегал, остановись! – прогремел со стороны Анабель гулкий мужской голос. Я с трудом подавил желание повернуться и посмотреть на его обладателя, чье присутствие ознаменовал легкий морозец. - Вы со своим господином нарушили канон невмешательства – я не могу просто так оставить это!»

«Ординем, где же ты был, когда погиб твой ставленник?» – ядовито поинтересовалось воплощение Хаоса.

«Мы чтим каноны, в отличие от вас, созданий Хаоса. Но раз твой господин решил внести некие коррективы в правила игры, то мы вынуждены сделать ответный ход. Поэтому я не позволю тебе помешать этим двоим!»

«Ой, напугал-то как! – притворно ужаснулась она. - Ну, что ж – твоя взяла. Я оставлю победу в этом ходе за тобой. Но учти – все ещё впереди!»

Она ушла также незаметно, как и появилась. Я обратился к новому действующему лицу:

- Ординем, могу я поинтересоваться – а вы кем будете?

«Я Воплощение Парангелии, - безэмоционально сообщил он, встав передо мной. - Теперь вы можете завершить начатое. - Я ощутил, что он провел рукой над клинком, заставив тот вспыхнуть ярким светом. - Для этого просто разруби мечом центр «узла» и этот город вернется из Изнанки в свою реальность».

- Как-то все просто, - с сомнением сказал я.

«У тебя есть Меч Афины – легендарное оружие-артефакт Парангелии! Благодаря тебе, оно вернулось в наши руки. Я снял с него печать, что наложил Арес - одно из Воплощений Хаоса».

- То есть, мне теперь его называть «меч Афины»?

«Да – иначе, ты больше не сможешь призвать его».

- Ещё вопрос: кто такие ставленники?

«Я пока не могу ответить на него – ты ещё не готов к этому знанию».

- Что ты этим хочешь сказать? – прищурился я.

«Всему свое время». - Его присутствие пропало вместе с морозом.

- Вот гад! – хмыкнул я.

Вместе с Анабель, мы подошли к «узлу» и я взмахнул им, рассекая пульсирующий комок тьмы.

Раздался звук, будто порвалась струна, перешедший в звон разбиваемого стекла. Он сопровождался разбегавшимися по всей поверхности трещинами. Я беспокойно заозирался. Анабель подошла ко мне и взяла мою руку в ладони, подняв к лицу. По её щеке пробежала серебряная капля.

- Спасибо вам – мы никогда не забудем то, что вы сделали для нас, - за её спиной стали возникать белые силуэты людей. Сотни и тысячи. Мир окончательно раскололся на части с громким звоном и осколки, подхваченные порывами ветра, искрами света, унеслись в небесную высь.

«Прощайте». - Девочка, успевшая превратиться в сотни огоньков, ненадолго зависнув передо мной, также растаяла в звездном небе.

Я продолжал висеть в воздухе, удерживаемый энергетическим полем, что сияло вокруг меня – прощальный подарок Анабель. Но, вдруг, поле рассыпалось, как и сам город и меня потянуло вниз, в скрутившееся многоцветной воронкой пространство.

Меня швыряло по этому круговороту и уносило в неведомые дали. Периодически через феерию цветовых гамм проносились столь же необычной расцветки разряды молний, взрывы искр, неуместные хдесь предметы, скорее всего, выхваченные из исчезнувшего города, о чем говорили виденные ранее мной железные кровати, деревянные комоды, посуда. С одним из таких предметов, кухонным шкафом, я и столкнулся.

Я ухватился за него, в результате чего, закрутившись от удара, нас сильно повело в сторону стенки воронки и, прорвав её с громким хлопком, выкинуло с большой высоты в местность, наполненную мертвыми деревьями.

В последний момент перед столкновением с землей, я спрыгнул со шкафа и мягко погасил удар перекатом. Шкаф же разлетелся на куски, нарушив гробовую тишину этой местности.

Кажется, здесь произошел сильный пожар, на что указывала совершенно черная земля и обуглившиеся деревья, едва достигавшие высоты трех метров.

Скорее всего, я не задержался бы здесь дольше, чем потребовалось для вызова компаса и телепортации, но до меня донеслись чьи-то крики.

Оценив примерное местонахождение кричавшего, я ринулся в том направлении со всей прытью, на какую был способен. Вдалеке пылало алое зарево, разраставшееся с неимоверной скоростью и приближавшееся мне навстречу. Периодически над буйствовавшим пламенем вздымались вверх несколько огненных птиц, поливавших огненными ручьями землю под собой. И вот от них убегало некое несуразное и долговязое существо, выбрасывая свое тело вверх до макушек деревьев, словно какое-то насекомое, и скачками спасавшееся бегством от птиц.

Увидев силу его прыжков, перед моим взором пронеслась сцена, в которой я и ещё несколько юношей, тренируясь в большом зале с расстеленными по полу матами, обучаясь применять пси-прыжок.

«Помни, концентрируешь энергию в ногах, указываешь ей вектор движения, после чего отпускаешь как пружину и следишь за своим движением. От количества сконцентрированной энергии будет зависеть скорость и дальность полета. Здесь даже проще, чем с телекинезом». - Говорил взрослый мужчина, но я не мог разглядеть его размытого лица. Телекинез и пси-прыжок, значит?

До нашего пересечения оставалось не так далеко, когда лысое существо, одетое в подпаленный коричневый камзол и черные высокие сапоги на четырех сухих зеленоватых ногах, испуганно вытаращило на меня свои огромные желтые глаза без белка и резко сменило направление, ринувшись вправо.

Меня это нисколько не смутило. Вызвав меч, я сконцентрировал энергию в ногах и опробовал свой первый прыжок.

«У-о-у!» - Не ожидал такого эффекта! Меня подбросило на добрых два десятка метров вверх, отчего я значительно перелетел птиц и чуть не угодил в пламенные объятия огненной стихии. Отскочив от удачно возвышавшегося над огнем высокого дерева, я ринулся прямиком в стайку птиц, с размаху разрубив тело одной.

Остальные мигом потеряли интерес к убегавшему и переключились на меня, выплюнув сразу десяток пламенных снарядов. Я пропустил их мимо, просто уклонившись, и снова совершил прыжок. Но не тут-то было! В воздухе этих созданий оказалось невозможно поймать! Они молниеносно уходили с траектории атаки, посылая мне в след свои огненные «плевки».

К счастью, от дальних атак у меня получалось защищаться, отражая снаряды мечом, но как тогда с ними сражаться, ведь с семью оставшимися мне в таком случае не совладать!

Телекинез!

Я сконцентрировался и, обхватив энергией ближайшую птицу, резко дернул огненное создание, использовав как снаряд и сбив ею летевшую рядом. Запутавшись крыльями, они кубарем полетели на землю, куда я подоспел и быстренько расправился с ними. На меня пыхнуло жаром – еле успел отскочить, чуть не превратившись в поджаренную головешку. Теперь я обхватил сразу двух и повторил процесс. В итоге, последняя, поняв, что не стоит со мной связываться, развернулась и скрылась в неизвестном направлении.

Погибшие птицы остыли и осыпались пеплом, оставив после себя крохотные красные яйца. Я подошел к одному и, взяв в руку, внимательно осмотрел. Оно излучало легкое желтоватое сияние сквозь сеть прожилок. Кажется, в нем есть птенец.

- Хэй! Ты убил их! – восторженно прокричал кто-то за моей спиной. Резко развернувшись, я увидел давнего беглеца, приковылявшего к первой кучке пепла и схватившего яйцо.

- Спасибо за спасение! – расплылся он в глуповатой улыбке. – Тебе же эти штуковины не нужны? Могу я их себе взять? – Не дожидаясь ответа, он быстренько пробежался по полю боя и собрал все яйца, поместив их в напоясную сумку. - Ты кто такой? И откуда такой красивый будешь? Что делаешь в столь опасном месте? – не на секунду не останавливаясь, заваливал он меня своими вопросами.

- А, ну, в прочем, если не хочешь отвечать, то не надо, - с готовностью произнес долговязый, подойдя ко мне и попытавшись забрать яйцо, но я отвел руку за спину и, пристально взглянув на него, спросил:

- Зачем тебе эти яйца?

- Да, не, ничего такого! – нервно замахал он своими длинными культяпками, отступив назад. – Если хочешь, то оставь себе на память! Только учти, что если держать его в руках, то от твоего тепла он скоро вылупится. Конечно, он примет тебя за своего родителя, но тебе же не нужны лишние неприятности, возиться ещё с этим птенцом! – лихорадочно оправдываясь, протараторил он.

- Я подумаю над этим… Стоять! – Энергетический захват окутал попытавшегося улизнуть долговязого и притянул обратно. – Я ещё не закончил. - Разве? – удивленно выпучился он на меня. – Зачем тебе я? Ведь от меня нет никакой пользы? Ты только потеряешь свое драгоценное время, так что, я пойду, и не буду действовать тебе на нервы.

- Стоять, - холодно проронил я, даже и не подумав ослаблять хватку. Существо сжалось, недовольно посмотрев на меня исподлобья. - Тебя ведь интересуют эти яйца? – Я помахал перед его лицом тем, что держал в своей руке. Долговязый сразу оживился, потянувшись к яйцу, но я убрал его обратно. – Не так быстро.

- Ну что ещё? – раздраженно проворчал тот.

- Ответишь на мои вопросы – получишь яйцо. Честная сделка?

- Ладно, - тяжело вздохнув, буркнул он.

- Хорошо, - довольно произнес я. – Тогда первый вопрос: что это за птицы?

- …фениксы… - еле слышно пробормотал долговязый.

- Почему они напали на тебя?

- Они на всех нападают. Видишь, все здесь спалили, - указав пальцем на окружающий пейзаж, фыркнул пленник энергетического захвата.

- Но ведь на это должна быть причина?

- А Кодшуун их разберет, зачем они все тут сожгли! – взбрыкнувшись, огрызнулся долговязый.

- Допустим. Но ты же прибежал обратно, когда я их уничтожил и ещё яйцами их заинтересовался. Значит, тебе они зачем-то нужны?

- Угу… нужны… продам их и смогу протянуть ещё какое-то время… - скиснув, буркнул он.

- Продашь? Зачем это здесь чего-то продавать? – Я вспомнил значение этого слова, и сказанное сильно озадачило меня.

- Ты откуда такой взялся? – удивленно уставился допрашиваемый на меня. – Хочешь жить – умей вертеться. Продавай или производи и сможешь обеспечить себе пропитание. Есть, конечно, и другие способы, но это не мой случай. Я рыщу в округе в поисках чего-нибудь, что смогу продать на нашем рынке.

- Выходит, что в Изнанке жизнь мало чем не отличается от физических миров? – уточнил я.

- Физических миров? – встрепенулся долговязый. – Так их что, много? А я-то думал, что мы одни такие. А что за Изнанка такая?

- Ты не знаешь, что такое Изнанка? – теперь настала очередь удивляться мне. - Не знаю, а что в этом такого? Я даже не знаю, к какой расе принадлежишь ты, хотя повидал на свете не мало!

- Постой, ты хоть понимаешь, где находишься? – задал я уточняющий вопрос.

- Да. Это лес Гашада, расположенный на материке Хооча, - гордо выдал долговязый.

- А тебя не удивляет, что в небе черное солнце? – указал я на светило, едва достигшее зенита.

- По началу удивляло… - почесал продолговатую голову трехпалой культяпкой долговязый. – Но ко всему можно привыкнуть, даже к черному солнцу.

- А ты не заметил, когда и из-за чего солнце сменило цвет?

- Да как-то странно все произошло… - стушевался он. - Помню, что солнце у нас всегда было зеленым, а в какой-то момент РАЗ! и оно уже черное и никто на это даже внимания не обратил… Хотя, один старик говорил что-то… Кодшуун его поймет, что он имел ввиду…

- А ты можешь проводить меня к этому старику? – полюбопытствовал я, сделал акцент на слове «можешь».

Сжавшись под моим натиском, долговязый покорно кивнул, после чего я отпустил его, предупредив, чтобы тот не выкидывал никаких фокусов, и он понуро повел меня через сожженный лес. Я отдал бесполезное для меня яйцо и спросил:

- А эти фениксы, они были в твоем мире до того, как солнце сменилось на черное? И да, как твое имя? Я Безликий.

- Зханг. Безликий? - Он оценивающе глянул на меня: - Тебе подходит. Что ты подразумеваешь под «твоим миром»? Ведь ты же тоже живешь здесь! – заканючил мой новый знакомый.

- Ты до сих пор не хочешь признать, что с твоим миром произошли некие изменения?

- Я их признаю, но не могу понять, каким боком здесь другие миры? – упрямо продолжил Зханг.

- Ты хорошо знаешь свой мир? – решил я начать с наводящих вопросов.

- Ну да – я всю жизнь добывал себе на пропитание тем, что доставал что-нибудь, что можно продать на рынке, и облазил все окрестности на сотни, а то и тысячи километров от родного дома.

- А ты не заметил, что появились странные животные или существа, раньше не водившиеся в тех местах?

Долговязый ненадолго задумался.

- Если быть откровенным, то нет. Я же не знаю, чего ещё в нашем мире может существовать, ведь он очень большой и в нем может быть много чего такого, чего я раньше не видел, - философски высказался Зханг.

- Ладно, а фениксы? Они тоже недавно появились?

- Да. В какой-то момент они обосновались в горах Гах Ба. Ими заинтересовались охотники, но те в ответ устроили в округе настоящее пепелище. Однако же, когда их убиваешь, то из их тел выпадают эти яйца, что очень даже хорошо расходятся на черном рынке, - с гадкой улыбкой протянул долговязый.

- Ясно, - обреченно вздохнул я. С ним нет смысла говорить на эту тему.

Мы шли молча довольно долго, лишь пару раз я отбивал нападения огненных птиц, во время которых Зханг не преминул воспользоваться ситуацией и улизнуть, но я прерывал его попытки на корню силой телекинеза.

- Я всего лишь хотел избежать участи быть поджаренным, - поспешно оправдывался он, сноровисто собирая оставшиеся от птиц яйца.

- Допустим, - не стал спорить я. – Долго там ещё до твоего старика?

- Он не мой, - сквасил недовольную мину долговязый. – Нет. Мы почти достигли каньона реки. За ней и находится город, в котором я живу.

Через утомительные пару километров, проведенные в обществе этого проныры, показался скалистый берег реки. Только вот, до противоположного оказалось несколько сот метров над глубочайшей пропастью, а через реку проходил лишь «мост» из парящих на различном расстоянии друг от друга камней.

- А других мест переправы нет? – кинув взгляд на своего провожатого, спросил я.

- Не-а, - злорадно осклабился долговязый. – Ну, если не хочешь, то я пошел, - и тут же поскакал по камням в направлении города.

- Была, не была, - выдохнул я и последовал за Зхангом.

Камни оказались не очень устойчивыми, и стоило на них приземлиться, так и норовили перевернуться, опуститься вниз или сдвинуться с места, но я не медлил и сразу же продвигался дальше.

Долговязый, естественно, раньше меня достиг берега и, ехидно помахав рукой, намерился сбежать в ближайшие кусты.

Врешь, не уйдешь!

Я накинул на него энергетический захват и, применяя мощнейший пси-прыжок, на какой оказался способен, мигом преодолел оставшееся расстояние, положив нарочито грубо ему на плечо свою левую руку.

- Ты не забыл, что обещал меня проводить до своего знакомого? – неимоверно любезно поинтересовался я у своего провожатого.

- Забудешь, как же! – сплюнул тот. Тяжело вздохнув и ругаясь себе под нос, на чем свет стоит, Зханг направился со мной в вынырнувший за деревьями городишко. Вернее, это не просто городишко, а огромный городище, развалющие лачуги которого на окраине лишь на мгновение отвлекали на себя внимание от высоченных косых стеклянных многоэтажек, загромоздивших собой пространство на сотни километров вокруг.

Не отставая ни на шаг, я шел за Зхангом, пробиравшимся через заросли высокой травы. А в трущобах кипела жизнь. Существа, лишь отдаленно напоминавшие гуманоидных или совсем их не напоминавшие, занимались своими важными делами: стирали, ремонтировали свои лачуги, куда-то спешили, что-то несли, с кем-то разговаривали, суетились. От разнообразия форм здешних обитателей у меня просто разбегались глаза. Они даже особо и не обратили внимания на мое появление, удостоив лишь беглому взгляду. Зато самому Зхангу приходилось всячески изворачиваться от наседавших на него существ:

- О, давно ты тут не появлялся! Когда долг вернешь?

- Сколько ещё мне ждать, пока ты не принесешь заказ?

- Сегодня будет большая игра – приходи обязательно!

- Не хочешь выпить? Влод угощает – у него удачный улов!

- Ты опять сбежал от Италба?

И тому подобное сыпалось на Зханга со всех сторон.

- А это кто? Твой клиент? Зачем ты его с собой притащил? – раздался голос одного жирного толстяка на инвалидной коляске с четырьмя ногами, заменявшими ему потерянные.

- Долгая история, - отмахнулся Зханг. – У меня есть много яиц феникса! Так, что, возьмешь? – заговорщицким тоном прошептал он, приблизившись к толстяку и прошептав ему это на ухо.

- Два или три – для тебя много? – недовольно произнес толстяк.

- Нет, что ты! Их действительно много! И мне в этом помог этот парень. – Зханг указал в мою сторону.

Толстяк оценивающе взглянул на меня и предложил зайти к нему, чтобы оценить товар.

- Это случаем не тот, про кого ты говорил? – решил спросить на всякий случай.

- Нет, брось ты! – испуганно вскрикнул долговязый. – Он здесь очень важная шишка! Он обладает очень большим влиянием и заправляет на черном рынке! А тот старикашка, так до него ещё дойти надо… - безразличным тоном закончил Зханг. Оглянувшись через плечо на толстяка, он убедился, что тот не слышал и продолжил: - В общем, давай, это… уладим моё маленькое дельце и после него примемся за твое, пойдет?

Не нравится мне это, но вынужден признать, что мне потребуется помощь этого Зханга. Конечно, я могу воспользоваться компасом и телепортом, но я решил выведать информацию об этом мире самостоятельно, а то, неизвестно, вдруг компас пошлет меня совершенно не в то место, куда планировал и я не смогу вернуться.

Направившись следом за долговязым и толстяком, мы преодолели с десяток мелких закоулков, забитых до предела местными жителями и валяющимся под ногами различным мусором. Помои здесь выливали прямо на дорогу. Пару раз я даже стал свидетелем этих сцен.

Пройдя в неприветливое складское помещение, заставленное крупными и мелкими деревянными ящиками, за нами закрылись стальные засовы. Пара двуногих, но четырехруких головорезов проследовали за своим хозяином и заняли позиции с двух сторон от толстяка, когда тот пристроился за громоздким столом из монолитного стального листа, покрытого стертым красным материалом. Столешница покоилась на двух железных коробках и была заставлена хитрыми механизмами, назначение которых угадывалось с трудом.

- Товар, - потребовал толстяк.

- Конечно-конечно, - раболепно пробормотал Зханг и, сняв сумку, выложил все её содержимое перед хозяином помещения. Тот взял одно яйцо и, опустив на подставку прибора с кучей стекол и зеркал, внимательно оценил предложенное, повертев его со всех сторон. Напряженно размышляя, он помычал себе под нос что-то, после чего цокнул языком и выдал:

- Двадцать дце за штуку.

- Что?! – порывисто дернулся Зханг, но скукожился под надменным взглядом толстяка и расправившими плечи телохранителями. – А, хорошо-хорошо, мне достаточно… - вяло проронил он, протягивая руки к мешочку, что швырнул на пол толстяк.

- Минуточку, - сделал шаг я вперед.

- Нет! Мы уже уходим! Спасибо тебе! – схватив меня за руку, торопливо перебил меня Зханг и потянул к выходу.

- Но… - Я недоуменно переводил взгляд то на надменного босса, то на долговязого.

- Мы уходим! – И, не дожидаясь моего ответа, он вытянул меня в отворившуюся дверцу. Отведя подальше от склада, Зханг накинулся на меня: - Ты с ума сошел?! Если господин Хэхоле прогневается, то не сносить нам головы! Мне ещё жить в этом городе! И я не хочу проблем!

Выпалив это, он направился прочь.

- Ты куда? – побежал я за ним.

- Ты хотел к старику? Мы идем к нему!

Глава 2.6Править

Зханг долго вел меня через множество переулков, пока мы не оказались перед хибарой, мало чем отличавшейся от всех остальных.

- Это его жилище? – покосился я на долговязого.

- Нет, моё… Я ща загляну на минутку, а ты постой здесь и жди, - смерив меня недоверчивым взглядом, пробурчал он.

- Ну, уж нет! – твердо и очень настойчиво почти по слогам произнес я. - Тебя только выпусти из виду – сразу попытаешься смыться!

- Дак это ж мой дом! – попробовал возмутиться Зханг. – Куда я от тебя денусь?!

- Да мало ли? – Пожимаю плечами. – Через окно сигануть или в подземный проход. Так что, либо пошли к старику, либо впускай и меня с собой.

Прорычав что-то несуразное, долговязый махнул мне рукой и впустил в свое обиталище. На удивление, здесь оказалось чисто и практически уютно… по крайней мере, выцветшие шторы на оконце рядом с входом и потертый коврик пытались претендовать на это. Других предметов интерьера не наблюдалось.

Небольшой беленый коридор привел нас в крохотную кухоньку, где суетилось похожее на Зханга существо, чуть меньшего габарита, с желтым более вытянутым лицом, с длинным толстым хитиновым хвостом с двумя усиками на конце и одетое в зеленое платье с ленточками. Существо возилось с нарезкой вытянутых красных листьев на массивном квадратном столе посреди кухни. Кроме стола, здесь присутствовало два шкафа и четыре табурета - больше ничего, даже конфорки не наблюдалось, хоть в том же проклятом городе они присутствовали. Видимо, у этой расы в готовке на огне необходимость отсутствует.

- О, дорогой, ты уже прибыл? – с радостным удивлением проронила его жена, судя по обращению. Увидев меня, она замерла, озадаченно склонив голову на бок. - А кто это с тобой?

- А, не обращай внимания, - отмахнулся Зханг. – Я ненадолго заскочил: кое-чего возьму, положу, и мне нужно будет сопроводить этого… уважаемого. – В последнее слово он вложил столько яда, что мне даже стало не по себе. Убийственно глянув на меня, Зханг прошел в дверь комнаты прямо по коридору. Я решил подождать его в прихожей.

Хозяйка, нерешительно потоптавшись, вернулась к своим обязанностям. За моей спиной послышался гомон и пару мгновений спустя, дверь отворилась, впуская на порог двоих ввалившихся детишек, едва достававших мне до пояса. Увидев меня, они испуганно замерли.

- Привет, - помахал я им рукой. Хозяйка прокричала с кухни, чтобы они отправлялись в свою спальню и те, опасливо обойдя меня, скрылись в той же комнате, что и отец. Перед тем, как за ними затворилась дверца, мне почудилось, что их тела полыхнули черным маревом. Я хотел окрикнуть их, но хмурый Зханг уже вышел и велел идти за ним.

Интересно, мне это показалось?

До этого я пристально не всматривался в проходивших мимо жителей, но теперь изучал каждого встречного. Поначалу ничего особого я не замечал, и уже было уверился в том, что со мной сыграло злую шутку плохое освещение, когда очередной прохожий, склизкий тип со змеиным телом и двумя руками лишь на миг покрылся черным. Словно блик солнца попал в глаза.

Нет, это определенным образом неспроста!

Я проводил существо пристальным взглядом, но новых изменений не последовало.

- Ты чего так по сторонам шаришь? – внезапно спросил Зханг, пробираясь между прохожими.

- Я приметил одну странность: несколько жителей на мгновение покрывались черной дымкой. Никогда с таким не сталкивался?

- О чем ты? – Остановившись, Зханг встревоженно оглянулся по сторонам, в поисках «странности». – Я ничего такого не видел.

- Может, не замечал? – предположил я.

- Ты о каких-то чудных вещах говоришь: то другие миры, то Изнанка, то черная дымка. На кой хляк я с тобой связался? – раздраженно прорычал Зханг.

- Сам виноват.

- Угу… - Развернувшись, долговязый понуро поковылял дальше.

Следующий случай появления существа со вспышкой черного марева не заставил себя ждать: уже через пару кварталов я заметил коротышку со множеством обрубков ножек под розовым сарафаном, прошмыгнувшего мимо нас и так же лишь на мгновение покрывшегося мраком.

И данный случай, к сожалению, не стал последним. Вернее, после него произошел, словно, прорыв и количество «затемненных» и время этого явления увеличивалось с катастрофической скоростью. Новая попытка указать Зхангу на необычное явление, одарившего меня многозначительным взглядом, лишь подтвердила, что окружающие этого просто не видят.

Обогнав очередного многощупальцевого представителя этого мирка, я взглянул на него спереди. «А ведь они очень похожи не теней, что я видел после восхода солнца, - отметил я очевидное сходство с представителями фауны Изнанки. – Неужели именно так и рождаются эти существа?»

Каждый последующий увиденный случай лишь добавлял мне уверенности в своем предположении. «Этот мир явно был поглощен Изнанкой после прорыва Хаоса. Интересно, в случае с городом Анабель такого не происходило из-за не типичности ситуации? Из-за того, что смогла призвать на помощь Воплощение Парангелии?»

- Кстати, Зханг, у вас в мире маги есть? – Вспомнив, что против Хаоса могут противостоять только маги Парангелии, решил разузнать об этом у моего спутника.

- Маги? – в который раз уже покосился на меня долговязый. – Это ещё кто?

- Эм… те, кто… способен… эм-м… управлять стихиями, - тщательно подбирая слова, и чуть не ляпнув «кто владеет магией», произнес я.

Огорошено уставившись на меня, Зханг нервно хохотнул и, бросив «ты или псих, или выдумщик, раз о таком говоришь», ускорил шаг, желая скорее отделаться от столь сомнительного попутчика, как я.

«Вот оно что… и магия им здесь неизвестна. Значит, у этого мира не было и шанса выстоять против адептов Хаоса», - печально констатировал я.

Свернув в очередной переулок, мы стали свидетелями одной сцены: идущий перед нами продолговатый тип с парой клешней провалился в разверзнувшуюся под ним на доли секунды черную дыру. Зханг же, как и прежде, даже ухом не повел, спокойно переступив место происшествия и двинув дальше без изменения скорости.

«Это уже не смешно!» - содрогнувшись от увиденного, подумал я. С опаской осмотрев утоптанную землю, в которой буквально только что исчез житель этого мира, я перепрыгнул через неё. Но на этом феноменальные случаи не прекратились: достаточно крепкий домик, возвышавшийся на два этажа, вдруг сжался и вытянулся в узкую трубочку, устремившись в небесную высь, где голубой цвет вдруг пересекла дюжина черных полос, поделивших воздушное пространство на множество разноцветных фрагментов. Это продолжалось недолго, и вскоре все вернулось к своему привычному виду.

За столь диковинным проявлением Хаоса, последовали и другие: будь то превращение обычного дерева в утыканного сосульками снеговика; осыпание здания на мелкие многоцветные шарики; загорание воды в фонтане и прорастание в нем песчаного воздушного шарика в виде тридцатипалой перчатки, улетевшей по дикой траектории в неизвестном направлении, словно узел, удерживавший воздух внутри, развязали и выпустили из руки.

Мир вокруг на мгновения превращался в сплошной Хаос, давая волю самым диким фантазиям проявиться в этом месте. Одни из них казались невинны и забавны, другие же несли за собой гибель, исчезновение или нанесение телесного вреда окружающим, что упорно продолжали полностью игнорировать факт нестабильности окружающего пространства. Даже раненные и истекавшие кровью просто тупо продолжали идти по своим «очень важным» делам.

Меня эта картина поражала до глубины души. Как они не замечают этого? Конечно, при отсутствии солнца даже я был неспособен видеть скрытые от глаз реалии Изнанки, но когда жители твоего же мира просто берут и исчезают перед твоим взором или оказываются ранены…

Я застыл на месте, увидев, как одно существо потеряло сразу половину своего длинного туловища с десятком ног и, как ни в чем не бывало, прошествовало мимо меня, орошая свой путь зеленой кровью. Что же касается второй половины, то она осталась валяться посреди дороги и об неё с большим успехом спотыкались все прохожие, падая один на другого и образовав приличную свалку.

Отойдя от оцепенения, я нагнал Зханга. Тот подошел к бордюру, ограждавшему прохожую часть от глубокого каньона с рекой. Оперевшись на бордюр, он внимательно глянул вниз.

- Где же ты? – чуть ли не перевалившись через него, произнес долговязый. Я любопытства ради, последовал примеру провожатого, и тут же пожалел об этом, получив ощутимый пинок, отправивший меня вниз. – Счастливо найти его, - довольно хохотнул Зханг и скрылся из виду. Я же плюхнулся с большой высоты в зеленую воду.

Течение у этой реки оказалось бурным и меня уносило от моста с несправедливо высокой скоростью. Все попытки взобраться на шершавую, но практически отвесную стену, не принесли никакого результата.

Я, конечно, брал в расчет, что этот гад горит желанием скорее от меня избавиться, но он в своем пронырстве обошел все мои ожидания. Кто бы мог подумать, что Зханг рискнет пойти на такое?

Каньон остался позади, и течение приобрело спокойное и размеренное движение. Я мерно плыл на спине, размышляя о дальнейших действиях. Вряд ли получится найти его снова. Конечно, можно попробовать отыскать дом Зханга, но в свете того, сколь обширной представлялась территория трущоб, это окажется проблематично. Да и зачем? Вряд ли этот мифический старик существует, а даже если он и реальный персонаж, что он может мне рассказать?

Ко мне плавно проплыла непримечательная деревянная гондола, управляемая гондольером, закутанным в плотный черный плащ и накинутым под самый подбородок капюшоном. Черные перчатки скрывали его ладони. Держа в руках длинное весло, он не спеша греб им, и сухим голосом предложив мне взобраться.

- О, премного благодарен, - произнес я, взвалившись на борт судна. Усевшись, я оглянулся по сторонам.

Кажется, там есть пристань. К ней-то я и попросил направиться гондольера.

- Решили освежиться в столь жаркий и необычный день? – полностью безэмоциональным и сухим голосом полюбопытствовал он.

- Ага… один знакомый предположил, что я в этом очень нуждаюсь и помог… - оценивающе окинув гондольера взглядом, произнес я.

На этом наша беседа зачахла. Я уставился на волны и синих птиц, бороздивших воздушные потоки. Вдруг одна из них раздулась в каменную глыбу размером с дом и с громким всплеском сиганула в воду, подняв высоченную волну, направившуюся на нас. Я застыл, не зная, что предпринять, но мой спаситель вытянул левую руку вперед и огромная волна, чуть не накрывшая нас с головой, просто рассыпалась мелкими брызгами.

Ошарашенно переводя взгляд с гондольера на место исчезнувшей волны и обратно, я задал вопрос:

- Вы маг?

- Нет… Я перевозчик. Занимаюсь переправкой душ, захваченных Хаосом, в Колыбель. Они потеряны для возвращения домой, поэтому им требуется помощь таких как я.

- Что?! – Я по новому взглянул на соседствующее со мной на гондоле существо. – И меня тоже отвезете туда?

- Нет… Ты не относишься к жителям поглощенного мира. Да и твоя судьба… я не вижу её. Поэтому я не могу взять тебя. Ты странный… Ты не похож ни на что из того, что я знаю. Ты не принадлежишь ни Изнанке, ни физическим мирам, ни поглощенным.

- Да? – с сомнением проронил я. – Тогда кто же я?

- Не знаю… - все тем же сухим тоном произнес перевозчик.

- А кто знает? – не унимался я.

- Плетущая Судьбу. Но она никого не подпускает к себе. Если ты её заинтересуешь, то она может сама явиться, только в этом случае.

- Жаль… - Плетущая Судьбу, значится? – А что происходит с этим миром и с его жителями? – опомнился я.

– Это все из-за прорыва Хаоса и поглощения мира, - подтвердил мое предположение гондольер. – Когда Хаос проникает в физический мир, то он нарушает его целостность, его физические законы, вносит беспорядок во все мироустройство. С одной стороны, Хаос необходим Изнанке и физическим мирам для равновесия Стихий, но его присутствие в материальных мирах должно находиться в требуемом минимуме. Однако же, Хаос не угомоним. Понять его невозможно и причины его желания прорываться в физическую реальность тоже за гранью разумного. Одно лишь точно ясно – одним свои присутствием он вносит дисбаланс в мире, где оказался, поэтому Изнанка и вынуждена изымать пораженную Хаосом планету из той реальности, дабы избежать распространения Хаоса и на другие планеты.

Когда же поглощенная планета оказывается здесь, то обитатели, как ты уже мог заметить, продолжают жить прежней жизнью, не обращая внимания на происходящие странности. Вернее, первоначальные проявления все же откладываются у них в сознании, но гармонично вписываясь в привычную картину мира.

- Как с фениксами и сожжённым лесом Гашада? – уточнил я.

- Да. Это первые изменения, произошедшие в этом мире, и жители спокойно заметили их и приняли как данность. К тому же, они закрепились как постоянный результат из-за этого. Но вскоре из-за увеличения скорости таких изменений, обитатели этого мира просто перестали их улавливать, и тогда начался истинный хаос, имевший для каждого свой эффект: для одних полностью незаметный, а для других заканчивавшийся потерей жизни. По той причине, что жители этого мира не воспринимают происходящее вокруг, они уверены в том, что ничего не меняется и их мир такой же, как и всегда. Это заблуждение опасно и привязывает их к этому месту, не позволяя вернуться в Колыбель. Поэтому мы приглядываем за ними и в подходящие моменты перехватываем души погибших.

- Однако, - гондольер не дал мне прервать себя, - хоть мы и переправляем заблудшие души, их тела остаются в этой реальности, превращаясь в тени, создающие подобия жизни своих хозяев. Постепенно в поглощенном мире остаются только они и в тот момент, когда последняя душа покинет подобное место, планета сливается с Изнанкой, а тени, полностью утратившие свой внешний вид живых существ, бездумно разбредаются, куда глаза глядят.

Гондола глухо стукнулась о край пристани, заставив меня покачнуться.

- А…

- Тебе нужно идти, не задерживай тех, кому пора отправляться домой, - произнес перевозчик, кивнув в сторону нескольких полупрозрачных бесформенных фигур, выстроившихся на краю причала.

- М-м-м… Ясно… Спасибо… за все… - Я поднялся и перескочил через бортик. Я немного постоял, наблюдая за севшими в гондолу призраками и отплытием судна. На удивление, через пару метров оно растаяло, словно утренний туман, не оставив и намека на свое существование.

А мир вокруг продолжал сходить с ума и выкидывать немыслимые извороты в проявлении форм.

Глава 2.7Править

- Призыв: Компас!

Стрелка на месте и указывает синим цветом куда-то вперед. Активировав телепорт, я переместился на опушку леса, необхватные деревья которого взмывали вверх на сотни, если не тысячи метров, полностью скрывая собой небо и окутывая землю липким мраком тумана. Если бы не трава, лишайники на деревьях, мох и грибы, люминесцировавшие приглушенным желтым светом, здесь была бы полнейшая темнота.

Светлячки, сотнями кружившие вокруг, пестрили зеленым, синим и красным. Отовсюду раздавались голоса обитателей леса. Они не показывали себя, из укрытия пристально наблюдая за нежданным гостем.

Призвав меч и компас, я двинул в направлении, указываемой стрелкой. Интересно, почему меня не привели напрямую к этому Ува’Энару? Это значительно сократило бы мне время странствий.

Здесь трава едва поднималась над землей, что значительно облегчало передвижение. Через какое-то время я набрел на звериную тропу, и компас намекнул следовать по ней. За все время ни одно живое существо так и не показалось мне на глаза, но я чувствовал, что несколько из них следуют за мной по пятам. Большинство же наблюдателей теряло ко мне интерес, стоило лишь покинуть их место пребывания.

Пологий склон сменился резким спуском, по которому тропинка ушла под откос вниз. Достигнув подножия, я преодолел ряд поваленных ветвей, преграждавших собой путь, из-за чего приходилось взбираться на них.

Впереди послышался шум воды и через несколько сот метров, я оказался на краю каньона, на огромной глубине которого пролегла бурная река, входившая в просторную долину, образуя в ней сотни рукавов и мелких озер. Долина занимала обширную территорию в глубине каньона, со всех сторон окруженная его высокими стенами, на чьих вершинах продолжался Вечный лес. Теперь я мог в полной мере оценить его величие. Деревья действительно уходили в небо на километровую высоту, верхушками создавая густой беспросветный навес.

В каких-то местах поверхность воды и суши покрывали поваленные стволы деревьев привычного размера, а в центре возвышалось огромное древо, по своей форме и размеру заметно выделявшееся среди прочих. Создавалось впечатление, что его образовали сотни более мелких, что переплелись своими стволами в одно. Оно поражало своей причудливой структурой и видом кривых и размашистых ветвей.

Думаю, Ува’Энар должен быть там.

Компас показывал на древесный ствол, что упав через каньон, образовал собой мост. Я, отозвав меч, и взобравшись на импровизированную переправу, перебрался на другую сторону, где поверхность стены каньона оплетали сети лиан. Спуск по ним прошел быстро и без происшествий. Ещё на середине стало ясно, что мои преследователи отстали на той стороне. Жаль – хотелось взглянуть на них поближе.

Достигнув воды, я спрыгнул, вплавь добравшись до ближайшего островка суши. Теперь я мог осмотреться. В этом месте обитатели не прятались от меня. Те, кого я сверху принял за птиц, оказались огромными, несколько метровыми бирюзовыми рыбинами с вытянутыми телами и одним глазом на лбу. Плавными взмахами длинных плавников косяками с десяток особей они не спеша передвигались над водой.

Вяло окинув меня взглядом, летучие обитатели водных глубин проплыли мимо. На другом берегу, на расстоянии сотни метров, мирно пила воду стая крупных животных с длинной зеленой шерстью и четырьмя тонкими ногами на копытах и двумя мощными передними когтистыми лапами, вытянутым телом и шеей. На тупорылой голове стояла торчком пара длинных ушей.

Заметив движение, они подняли головы, напряженно уставившись на меня. Едва постояв так, животные решили уйти подальше от столь странного существа, как я. Проводив их взглядом, я пересек речушку, до этого разделявшую наши берега, и направился в противоположную стаду сторону.

Практически вся долина оказалась затопленной, лишь небольшие островки, что высовывались из воды, да поваленные деревья позволяли преодолевать часть пути пешком, а не вплавь. Здесь имелось большое количество плавучей травы, похожей на ряску и кувшинки, коими стадо и питалось. Вокруг жужжали и носились во все стороны сотни мелких и крупных насекомых с удлиненными или круглыми крыльями. Красные, черные, зеленые. Одни охотились на мелких собратьев, другие же сами становились едой парящих рыб или тех созданий, что прятались в воде.

Пройдя достаточный участок долины, я снова почувствовал присутствие существа, что кралось за мной через весь лес. Значит, я тебя заинтересовал?

Перебравшись через завал поваленных деревьев, я заметил хорошее место для укрытия и, забравшись в него, приготовился ждать явление преследователя миру.

Ожидание предстояло недолгим. Он взобрался на верхушку ствола, высматривая мое местоположение. Я решил не медлить с лучшей возможностью и выглянул наружу. Сидя на корточках и уперев в деревянную поверхность руки, существо, напоминавшее человека, расположилось на достаточно близком расстоянии от меня. Верхнюю часть его тела покрывала черно-белая кофта, а накинутый капюшон с нарисованными глазами и носом кошки, скрывал половину лица. Кроме этого, образ дополняли торчащие пушистые уши, мохнатые перчатки и сапожки с когтями, стилизованные под кошачьи. Открытой областью оставались лишь бедра из-за коротких шортиков. Девушка?

Компас светился зеленым – значит, она не опасна. Я выглянул сильнее, наступив на камушек, что хрустнул под ногами. «Кошка» вздрогнула, покачнулась вперед, чуть не потеряла равновесие, оттолкнулась и совершила грациозный кувырок в воздухе, с разворотом в мою сторону. Приземлившись, она прижалась к земле, будто дикий зверь, и зашипела. Пушистый черный хвост, что я вначале не заметил, встал трубой.

- Эй-эй, тихо ты! – Я выставил руки перед собой, показывая, что не вооружен. - Я не причиню тебе никакого вреда! Давай поговорим? Ты же не просто так шла за мной все это время?

Девушка затихла. Её ушки наклонились в мою сторону, настороженно покачивался слегка изгибающийся хвост. Наклонив голову в сторону, она приподнялась от земли и осторожно, на четвереньках, стала подкрадываться ко мне. Её лицо скрывала тень капюшона, но я разглядел угрожающе обнаженные длинные тонкие клыки. Я замер, дожидаясь с поднятыми руками пока она приблизится.

«Кошка» подошла ко мне вплотную и начала громко обнюхивать с ног до головы. Дойдя до лица, её угрожающий оскал сменился на кошачью ухмылку, после чего она пару рал лизнула мою маску и замурлыкала, немного потеревшись об меня головой, будто настоящая кошка. Какое-то странное проявление дружелюбия.

- Эм, девушка…

- Мр-я-я-у. - Она резко поднялась и, схватив меня за руку, потащила за собой, полностью игнорируя все мои попытки протеста.

"Кошка" чуть ли не силком приволокла меня к этому гигантскому древу. Как я и думал, оно состояло из множества отдельных стволов, через какое-то время сросшихся вместе – об этом свидетельствовали проемы, имевшиеся между ними, и высокорасположенное над землей место схождения стволов, где я заметил кучу закрепленных на них деревянных домиков и платформ.

У основания корней располагалась небольшая подъемная площадка, куда «кошка» и направилась. За минут пять механизм, мерно поскрипывая, доставил нас наверх, где уже собралась толпа девушек в столь же диковинном облачении, как и моя преследовательница. Отличались лишь цвета и длина шерсти на хвостах, «перчатках» и «сапожках». Что за гвалт поднялся, когда они меня увидели! И не единого человеческого слова – только мяуканье!

- Девушки, а вы не можете говорить по-человечески? – поинтересовался я. На какое-то время повисла тишина. «Кошки» оглядывались некоторое время друг на друга, после чего вперед выступила в чисто белом облачении и, высказав свое категоричное «мяу», указала на один из домиков. Остальные, нестройно ответив ей, стали расходиться. Несколько подошли ко мне и повели в сторону того самого домика.

И, собственно, что все это значит?

Меня затолкнули в домишко, и заперли дверь. Все сооружения снаружи не отличались друг от друга ничем особым - круглые постройки с конической крышей, сплетенные из крепких зеленых ветвей, толщиной с кулак. Никакого намека на окна. Единственный источник света - росшие повсюду мох и лишайники. Вдоль стен висели три гамака, а центр занимал круглый стол. Вот и все убранство.

Я прислушался: снаружи суматоха продолжалась. «Кошки» бегали по настилам, занимаясь приготовлением к чему-то. Через пару минут в комнату вошла та, что привела меня сюда и поставила на стол небольшой бурдюк, наполненный какой-то жидкостью, и корзину с фруктами, вяленым мясом и хлебом. Улыбнувшись, она пару раз «мякнула» и тихо вышла.

Я лишь мельком удостоил внимания принесенным угощениям, направившись к ближайшему гамаку. Он был связан из прочных серых веревок. Сверху лежало темно-серое грубое покрывало.

Усевшись с опаской на край, я какое-то время смотрел на компас, указывавший зеленой стрелкой вверх. Это что – мне придется карабкаться на макушку этого древа?

- Ординем! Ты меня слышишь? – Мне срочно нужно с кем-то посоветоваться, и я надеялся, что Воплощение Парангелии откликнется на мой зов.

- Я за место него. - Возникнув рядом со столом, парень в матерчатом комбинезоне-доспехе схватил круглый оранжевый фрукт и, откусив немного, уселся в гамак напротив. - Кстати, можешь называть меня Суираик. Так что ты хотел узнать у Воплощения Стихии? Предупреждая твой вопрос – ты же не забыл, что я за тобой наблюдаю?

Я проверил свой щит на чтение мыслей. Все на месте. Какой прозорливый тип – я как раз хотел спросить его, как он догадался, что я хочу задать ему такой вопрос. И да – я действительно забыл о том, что он за мной следит.

- Как видишь, я попал в ситуацию, где даже не представляю, что стоит предпринимать, - пожав плечами, произнес я.

- Судя по тому, что ты находишься в поселении кайм’ко, что расположено в корнях Поющего дерева – ты согласен выполнить мою просьбу.

- Поющего дерева? – Что-то я не слышал, чтобы это дерево пело.

- Да, поющего. Правда, его ещё называют и Древом Жизни. В определенном положении солнца это дерево преображается и начинает издавать мелодичное звучание. Если задержишься достаточно долго в этом месте, то у тебя представится шанс услышать его. Но день в Изнанке длится несколько месяцев, если сравнивать со средним временем в различных населенных разумной жизнью мирах. Ты уже и так провел здесь, по меньшей мере, полгода. Если не торопишься с возвращением своего тела и памяти, то можешь подождать ещё два месяца – все равно время здесь проходит достаточно быстро.

От услышанного я впал в ступор. Я уже полгода в Изнанке? По моим субъективным ощущениям, я в лучшем случае несколько дней провел здесь. Хотя, кто знает, сколько я находился в том темном пространстве.

- Итак, что ты хотел узнать? – вернулся к теме вопроса Суираик.

- Что от меня хотят эти кайм’ко?

- Все просто. Как видишь, эти амазонки живут без мужчин. Так вот, ты пахнешь мужчиной, а у них давно не было надлежащего продолжения рода. Сейчас они готовятся к празднику, где ты выступишь, так сказать, в роли «жениха», - безразлично произнес Суираик.

Я чертыхнулся и уставился на дверь, за которой раздавались звуки активного приготовления к «женитьбе».

- На празднике тебе вручат одежду кайм’ко, облачившись в которую, ты навсегда перестанешь быть собой, обратившись полуразумным животным. Иметь гарем из сотни развратных кошечек, конечно, приятная перспектива, но цена, думаю, слишком высока для такого.

Я прикинул «радостные» перспективы. Пожалуй, он прав.

- Если хочешь остаться, то я не буду тебя убеждать в обратном. Учти лишь, что пути назад не будет. Если же хочешь восстановить свою память и вернуть тело, то твой путь лежит на вершину этого дерева.

- Я закончу начатое. – В моем голосе не прозвучало и толики сомнения.

- Вот и славно. - Он встал, растворив огрызок в руке, и взмахнув, создал проход в задней стене. - Тогда тебе следует сейчас же покинуть поселение. Пройдешь отсюда по тому мосту, - парень указал на подвешенное в воздухе сооружение, что вело к одному корню. - Там ты сможешь подняться к самой вершине через пустоты дерева.

- Зачем все так усложнять? – решил я задать давно мучавший меня вопрос. - Ведь я мог сразу же переместиться к этому Ува’Энару с помощью телепорта. Вместо этого, меня кидает на опушку леса, от которой меня преследовала та девушка, притащившая меня сюда. Сдается мне, что это произошло не случайно, ведь компас же знает точно, куда мне нужно идти. Так зачем ему задавать точку телепортации так далеко от места назначения?

Суираик немного задумался, прежде чем дал ответ:

- Прости – всему свое время. Ты ещё не готов узнать этого.

- А если я откажусь выполнять твои дурацкие задания и останусь жить в этом поселении? – заупрямился я, встав и уперев руки в бока.

- Дело твое – что хочешь, то и делай. Жаль, конечно, если такой цветок завянет, не распустившись и не принеся плодов, но это целиком и полностью твой выбор. - Он развел руками.

- Постой! Что за тьма?! Мне плевать на то, готов я или нет! Ты посылаешь меня выполнять какие-то задания, попутно усложнив их дополнительными бесполезными условиями! Я отказываюсь исполнять их, не зная полной картины происходящего! Ты скрываешь истинную цель и, судя по всему, ты сам не в состоянии его выполнить, поэтому тебе нужна моя помощь! – Зло смотрю на него. Гнев и раздражение просто переполняли меня. Как он может?!

Какое-то время постояв, он развернулся и уселся обратно в гамак, схватив зеленый вытянутый фрукт из корзины. Очистив его, он отломил дольку и закинул себе в рот, после чего предложил сесть и мне, заявив, что согласен рассказать все, но с условием, что я не буду перебивать.

- С чего бы начать? Как было сказано, когда ты попал в Изнанку, то потерял свое тело и память. Это не в полной мере отражает положение дел. Физические тела не способны находиться в Изнанке без вреда, ты это уже знаешь. К сожалению, твоего тела уже не существует.

- Так… - Он остановил меня, подняв левую руку.

- Я же просил не перебивать. - Суираик сердито посмотрел на меня. - Тебе необходимо найти заменитель своего тела – за этим я тебя и посылал к Ува’Энару. Создав новое тело, к тебе вернулась бы и память. После этого я отвечу тебе на все вопросы. Если я расскажу сейчас то, что скрываю, то тебе сложно будет воспринять эту информацию.

Я хотел уточнить у него кое-что, но он снова не дал мне вставить слово, спокойно продолжив:

- Я ещё не закончил. Думаю, тебе можно рассказать более подробно об Изнанке. Изнанка мира - это то, что было с самого начала. Она просто существовала всегда. Это сложно понять, но попробуй. Она разумная и живая. В какой-то момент Изнанка осознала, что может творить и создала шесть Стихий – Парангелию, или Порядок, и Хаос, Огонь и Воду, Землю и Воздух. Они живые и их разум своеобразен, как и у Изнанки мира. Стихии неприкаянно буйствовали на бескрайних просторах Изнанки. Потом она создала первый мир, заселенный разумной расой неэхэва – птицеголовых гуманоидов. Они жили в том мире и радовались каждому новому дню. Но, к сожалению, они никак не преуспели в своем развитии, довольствуясь тем, что имели. Тогда Стихии решили подарить жителям свою силу. И это привело к катастрофическим последствиям. Неэхэва создали город Кха’на’тара – город, что соединил между собой физический мир и Изнанку. Но не готовые к такому могуществу, они возомнили себя богами и пали жертвой своей алчности и гордыни, погубив свой собственный мир. Из-за этого и по сей день неэхэва остаются бездомными кочевниками, блуждающими из одного мира в другой.

Суираик доел зеленый фрукт и растворил его шкурку. Глянув на хлеб с мясом, он заставил их распасться на ровные ломтики. Взяв по одному телекинезом, он откупорил бурдюк и глотнул его содержимое. Принявшись за сделанный бутерброд, мой собеседник продолжил:

- Учтя печальный опыт, Изнанка создала Повелителей Стихий и наделила сами Стихии Воплощениями. Воплощений у Стихий бессчетное количество. Они могут предстать перед тобой в любом из них. Но при этом, они все едины в разных лицах, то есть, это остается все та же Стихия, но наделенная ещё и разумом живых существ. Это позволило хоть как-то контролировать их, поставив во главу над каждой Повелителя. Увы, такая мера сработала лишь с пятью Стихиями. Хаос остался непреклонен, периодически нарушая те или иные каноны, что создает нам большие проблемы.

Попытка сменить Повелителя Хаоса на другого не дала никаких результатов – все вернулось на круги своя достаточно быстро. Поэтому Изнанка решила ограничить влияние Стихий и Воплощений Стихий на физические миры, закрыв им доступ в них. Конечно, в любом мире разумные существа могли овладеть магией той или иной Стихии, но они не могли общаться со Стихией, её Воплощением или Повелителем, а значит, они не могли выполнять их волю. Осталась лишь одна возможность – выбрать своего ставленника. Огненная, Воздушная, Земляная и Водная, видимо, помня прошлый опыт, редко готовят своих ставленников. Хаос же уцепился за это как за соломинку, поэтому и Парангелии пришлось в каждом мире готовить своих представителей. Благо, что Хаос не в состоянии нарушить канон, из-за которого в каждом мире может быть инициирован лишь один ставленник от Стихии. До его гибели другой появиться не сможет. А теперь можешь задавать вопросы. - Он закончил перекусывать, полностью опустошив корзинку и бурдюк, что плавно перелетел по воздуху обратно на стол.

- У меня их несколько: во-первых, почему мной заинтересовался Повелитель Хаоса? – Я затих, в ожидании ответа.

- А разве не очевидно? – Суираик поднял вверх указательный палец левой руки и, описывая им в воздухе какие-то фигуры, лекторским тоном ответил: - Он хотел сделать из тебя своего ставленника.

- Тогда второй вопрос: зачем он вручил мне компас, который мог дать мне возможность освободиться из-под его власти?

- А вот это сложнее! – Суриаик, было улегся на гамак, но уселся обратно. - У того канона, что не позволяет в одном мире инициировать двух ставленников, есть лазейка и Хаос её отыскал, решив воспользоваться появившейся возможностью. И заключается она в том, что он может заслать своего ставленника в другой мир, где уже таковой имеется. Проблема лишь в том, что только неэхэва способны без вреда для своего тела переходить из мира в мир через Изнанку. А сотню тысяч лет назад, когда Повелитель Хаоса опробовал на них этот способ, те столкнулись с последствиями – Изнанка принялась поглощать пораженный Хаосом мир, что вызвали ставленники, призвавшие Повелителя. Теперь они остерегаются связываться с ним, осложнив поиск подходящих кандидатов. Ты вполне подходишь на эту роль, так как смог сохранить свое сознание и душу в теневой оболочке. В обычных же случаях, те, кто попадал в Изнанку, отправлялись в Колыбель душ - область временного послесмертного пребывания.

- Колыбель душ? Я уже слышал это название...

- Да, души в ней проходят реабилитацию после жизни в физических мирах, осознают полученный опыт и ошибки, совершенные там, а также готовятся к следующему воплощению.

- Ясно. А что с компасом?

- Так вот, лишившись тела, ты не смог бы покинуть Изнанку. Фактически, ты уже не человек, а такая же сущность Изнанки, как и все мы. Для его плана это неприемлемо. Поэтому, он наложил печать Хаоса на древний артефакт Парангелии – Звездный компас. С этим он надеялся, что сможет привести тебя к Маре, сущности, создающей темных обитателей Изнанки, но я внес в его планы некие изменения, освободив компас из-под его влияния и направив тебя к Ува’Энару. Он создает светлых существ Изнанки и наделил бы тебя телом, так как ты изначально из физического мира. - Ненадолго остановившись, он прислушался к звукам снаружи.

- У тебя мало времени – скоро за тобой придут. А теперь, - он соскочил, - если ты решил следовать предложенному мной плану, то советую поторопиться и покинуть это гостеприимное место. На оставшиеся вопросы я отвечу, как только ты получишь тело и восстановишь память, - сказав это, он растворился.

Я решил, что медлить смысла нет, поэтому последовал его совету.

Глава 2.8Править

Я выскочил через проход, созданный Суираиком, сразу же захлопнувшимся за мной. Прокравшись по шаткому мосту, я добрался до корня, на котором росли жесткие грибы, образовавших «лесенку», явно не естественного происхождения – слишком все ровно выходило. Подъем по ней значительно облегчил мне задачу и через сотню метров я попал внутрь ствола. Как оказалось, он был полым. «Лестница» по спирали уходила вверх, мимо множества шарообразных объектов, повсюду свисавших с «веток». Как и стены, они люминесцировали желтоватым светом. Все пространство вибрировало от жуткого гула, будто бы в улье.

Пройдя несколько кругов подъема, я увидел причину гула – черные летающие «комки шерсти» с обвисшим мешком, свисавшим снизу, одним горящим желтым глазом, кучей длинных лапок и короткими быстро вибрирующими прозрачными крылышками. Они периодически подлетали к разным шарам и проводили лишь им понятные манипуляции, после чего улетали.

Рядом со мной пролетел один и, зависнув над шаром, уцепившись за него своими лапками. Возбужденно загудев, он вытащил из туловища ещё несколько с лезвиевидными окончаниями и приступил к нарезанию поверхности шара. Вскрыв его, летун какое-то время возился в мутной жиже, пока не вытянул из неё мелкое лысое скрючившееся создание.

Удерживая это визжащее существо, летун достал из мешочка каплевидный белый объект и поместил в жижу, после чего запечатал шар и полетел вверх.

Продвигаясь дальше по «лестнице», я ещё несколько раз становился свидетелем подобных событий. Видимо, в этих шарах и рождаются живые существа Изнанки. Летунам, занятым своей, несомненно, важной работой, не было никакого дела до меня. Я не мог в полной мере оценить, сколько ушло времени, и на какую высоту уже успел взобраться – увидеть верхушку или дно этого дерева не представлялось возможным. Но через непродолжительное время, в стенках древа замелькали проемы, выпускавшие наружу летунов. В один из таких, близко расположенный к лестнице, я и заглянул.

Красота! Верхушки огромных деревьев Вечного леса, зеленым ковром лежали подо мной. Казалось, что ему нет конца – он охватывал собой все пространство до горизонта. Выходит, это древо просто невероятно высокое!

Оперевшись на край, я высунулся наружу и оценил положение дел. До крон уже не так далеко. Окрыленный надеждой на скорое окончание нудного подъема, я забрался обратно и побежал. Каменные грибы не протестовали, поэтому я смог довольно быстро преодолеть оставшееся расстояние.

Стенки плавно сошлись, оканчиваясь широким проемом. Пройдя его, я очутился на широкой платформе из огромного гриба. Вокруг все утопало в зелени кроны. Ну и где этот Ува’Энар?

Беглый осмотр не дал никаких результатов – вокруг абсолютно ни души! Для верности, я даже прокричал несколько раз его имя. И тут гриб вздрогнул, да так, что я аж повалился на спину. Все дерево трясло и дергало, а после наступило затишье.

- Кто звал меня?! – раздался громоподобный грохот, в котором с трудом можно признать голос. - Я спрашиваю: кто это существо, что посмело отвлекать меня?!

Вдруг я увидел, что одна из здоровенных веток, что уходила вдаль, согнулась и направилась в мою сторону.

- Я тебя не вижу! Будь так любезен – перейди ко мне на ветвь, что я направляю к тебе.

Приблизившаяся ветка, вернее её окончание, по форме напоминало человеческую кисть, пусть даже и в сильно искаженном виде.

Немного поколебавшись, я запрыгнул на предоставленную деревянную поверхность. Когда же «рука» сдвинулась с места, мне пришлось крепко уцепиться средний «палец», дабы не слететь от возникшей скорости. Отогнувшись под небольшим углом, ветка опустилась, и я смог лицезреть одухотворенный лик древа.

К своему удивлению, выступ, послуживший ранее мне обзорной площадкой, на самом деле оказался левой бровью дерева. Лицо имело как женские, так и мужские черты, одновременно и прекрасное и ужасающее. Серовато-зеленый ствол, желтые светящиеся глаза, беззубый рот, брови-грибы, крючковатый нос-ветка, и повсюду мох и лишайники.

- Я Безликий. Я не помню своего имени, так как, попав в Изнанку из физического мира, потерял свое тело и память. Я ищу Ува’Энара. Суираик и этот компас, - я указал на паривший рядом со мной артефакт, - подсказали мне прийти сюда.

Древесный лик с интересом окинул меня взглядом, после чего, слегка наклонив голову, издавая неприятный хруст, он произнес:

- Ува’Энар – это я! Безликий, ты уверен, что хочешь вернуть себе свое тело и память? Вполне может статься так, что ты пожалеешь о возвращенном.

- Даже если так – лучше уж знать, кто ты есть, чем догадываться о том, чего может и не быть.

- Замечательно, тогда приготовься к перерождению! – Из прохода над «бровью» выпорхнуло четыре летуна и, подлетев ко мне, схватили и понесли обратно. Я ожидал чего угодно, но только не того, что они примутся запихивать меня в один из шаров.

- Эй! Что за дела?! – возмутился я.

- Ты ж хотел вернуть тело и память? Тогда, в чем дело? – иронично поинтересовалось древо.

- А другого способа нет? – с надеждой спросил я. Что-то мне не хотелось нырять в эту вязкую жижу.

- Должен тебя огорчить - увы.

- Ладно, если уж нет, то я готов, - с этими словами, я расцепил руки от краев шара и убрал ноги, которыми упирался от утопления. Меня окунули в эту вязкую, теплую и отвратительно липкую массу, что обволокла меня со всей тяжестью своей субстанции. Далее, вокруг меня закопошились еле различимые тонкие волокна, ринувшиеся обвиваться сначала в отдельности на каждой части тела, затем полностью спеленав в тугой кокон. Я уже и не видел и не чувствовал ничего снаружи – будто все чувства отрубили. Осталось лишь странное ощущение прорастающих в саму суть корней.

Боли не было, лишь непривычные вибрации. Они то возрастали, то спадали до нуля. Пока я не погрузился в Сон…

Открыл глаза. Темнота. Не пошевелиться. Липко и тепло. Кажется, я в том шаре. Странно, я не ощущаю никакой разницы. Суираик говорил, что это вернет мне воспоминания. Суираик. Как-то странно это имя звучит. Будто я его когда-то слышал. Суир… раик…

«А давай наши имена наоборот будем произносить!» - сидевший на камне напротив меня мальчик лет восьми-девяти, с русыми короткими волосами и ярко голубыми глазами задорно улыбнулся, размахивая длинной палкой.

«А зачем?» - поинтересовался сероглазый налысо бритый мальчишка. Как и я, ребята облачены в бело-фиолетовую просторную форму академии, подвязанную черными ремнями. Погода не располагала к нудной учебе, и мы прохлаждались в тени фруктового дерева, росшего недалеко от здания лаборатории. Приметив спелые дезгоры, мы с сероглазым дружно полезли обдирать их.

«Ну как же! Мы же друзья?!» - соскочил тот, что на камне и указал на нас палкой.

«Агась!» - кивнули мы с дерева.

«Ну, а у друзей должно быть что-то, что их отличает от всех остальных!» - гордо задрал нос мальчишка с палкой.

«Пожалуй, ты прав, - немного подумав, согласились мы, - тогда ты будешь Наг!» Услышав, как смешно звучит его имя, мы засмеялись, а Ган покраснел и надулся, поняв, какую глупость сморозил.

«А ты Раик! Нет, так не смешно, - разозлился он, топнув ногой и лупанув палкой по камню. - Мы же будущие псионики, значит, будем носить звание «Риус», поэтому ты будешь Суираиком!»

Суираик… Раик… киар… Киар… риус… Киариус?

Раздался смех Увара, которого Ган окрестил Раву. Он не обиделся. Сорвав несколько желтых и продолговатых дезгор, Увар скинул их Гану.

«Ну, что, уважаемый Киариус и Увариус, а также Ганериус, пора приступать к кушанию!» - И мы, пожелав друг другу приятного аппетита, весело подшучивая над перевернутыми именами, принялись уплетать зрелые фрукты, после чего соревновались, кто дальше выплюнет косточки. Чаще побеждал Ган, любивший жульничать, из-за чего ему за это попадало.

Это были беззаботные веселые деньки.

А вот в десять лет мы полезли в канализационные каналы, обшарив которые, заблудились, попали в заброшенные шахты в горах, и нас на следующий день нашла поисковая группа. Ох и досталось же нам от наставника тогда!

Лет в двенадцать мы учудили на уроке химии, стащив запрещенные реактивы со склада и создав вызывающий смех газ, быстро заполонивший всю комнату и, попав в вентиляцию, разнесшийся ещё и по коридорам. Тогда все в буквальном смысле чуть не померли со смеху.

Или, вот, в тринадцать, тоже взяв реагенты из химкабинета, мы состряпали смесь, бросив которую в унитаз, взорвали помещение туалета в академии. Перестарались с концентрацией. Благо, что там и так собирались ремонт делать. Но досталось нам тогда изрядно!

А вот в семнадцать. Аль Шуар. Наша троица идет по алее. Академия осталась позади и перед нами лежала взрослая жизнь. Два месяца свободы практически пролетели, приближая начало служения в отряде особого назначения.

Небольшая закусочная под навесом, выполненная в причудливом стиле – из металлолома сварили удивительные заборчики, стулья и столы, оригинальные крыши. Среди рисунков можно различить фигуры зверей, растений и зданий. На стульях и столах имелось деревянное и тряпичное покрытие, делавшее холодный металл более уютным. За одним из таких столиков сидели три очаровательных барышни – брюнетка и две русых. Ган тот ещё бабник, так что, он потащил нас знакомиться с ними. Тогда мы замечательно провели наш последний день на гражданке.

А после были боевые задания, стычки с пиратами и окарцами. Мирные будни, сменялись напряженными разведками, нудным патрулированием, беседами с учеными, адскими тренировками, пока все не подошло к тому самому моменту, когда я неожиданно пропал на три дня. А после все покатилось и привело меня к артефакту Хаоса, где Арнемин, вернее, Взывающий, а он же и Повелитель Хаоса, умудрился затащить меня в тот портал.

С чего же все это началось?

В пять лет, пробравшись в лабораторию, я включил искривитель пространства, вызвавший всполох Изнанки. И вот, я вижу перед собой – мальчика пяти лет с каштановыми волосами. Он напуган. Рядом со мной бесформенная черная рогатая фигура Взывающего, говорящего мне, что моя душа заместит душу мальчика…

Что?! К-к-как такое возможно?! Что это? Это бред? Морок? Нет, такого не было! Такого просто не может быть!

Я взвыл. Мне хотелось биться об стену, только не видеть этого! Нет, нет, не-е-е-е-ет!!! Это не я! Этого просто не может быть! Как?! Как, я спрашиваю?!

Словно отвечая на мой вопрос, я увидел себя держащим витой деревянный посох, испещренный светящимися рунами. Вокруг высокая трава, ночь и затянутое тучами небо. Тяжелые капли дождя срываются вниз, но мне нипочем это – защита Парангелии на мне! Ведь я ставленник её! Мне двадцать восемь лет и на моих плечах светлая мантия жреца Всевышнего. Передо мной же ставленник Хаоса – молодой юноша лет шестнадцати, не больше. Черные длинные патлы спутанных волос, безумный взгляд, легкий пушок щетины, черные мокрые плащ и простенькая рубашка со штанами. В руках обычный меч, охваченный пламенем Хаоса. Он тяжело дышит, еле стоит на ногах – как-никак, ещё слишком молод, слишком неопытен, слишком наивен и слишком слаб. Он выдохся и не способен продолжать бой.

- Покойся с миром, несчастный. - Мой последний удар оказался фатальным для него. Мальчишка рассыпался черным прахом. Боюсь, что он упокоится навеки в действительности, не имея ни малейшего шанса на новое воплощение.

Я развернулся и переместился в свою коморку три на четыре метра, где имелись лишь жесткая деревянная кушетка да небольшая тумбочка с подсвечником. Мир спасен от Хаоса. Теперь все будет как прежде.

- Минаис? Ты уже вернулся! Слава Всевышнему, ты жив! – Верховный жрец вошел в мою маленькую обитель, почувствовав мое появление. Седой как лунь, с длинной бородой, в золотой мантии. Отставив посох в углу, он подошел ко мне и по-отечески обнял.

- Да, ваше преосвященство! Я выполнил свой долг, и мир может спать спокойно!

Дни проходили за днями, года сменяли десятилетия. В шестьдесят я сам принял сан верховного жреца. Жизнь казалась унылой и серой. Я с тоской вспоминал дни, раздираемые войной с адептами Хаоса, тот бой не на жизнь, а на смерть. Ставленник Хаоса надеялся прокрасться в нашу святыню, наш храм Всевышнего, где хранилась древняя реликвия, что по легенде воздвиг первый ставленник Парангелии – Врата Миров. Но я помешал свершиться гнусной задумке, вынудив ретироваться. Побег через телепортацию не позволил ему спастись от меня - я ухватился за ускользающую ниточку, связавшую две местности и телепортировался следом. Исход долгого и изнуряющего боя с самого начала был предрешен, но мальчишка держался до конца. Сразив его, я положил конец этой пятилетней войне, что развязали под его началом галарканцы.

В свои восемьдесят пять я передал сан верховного жреца своему преемнику, устав от однообразных и бессмысленных ритуалов. Жизнь прожита зря. Чего я добился в ней, кроме того, что спас мир? А стоило ли спасать его? Люди, поняв, что им больше ничего не угрожает, восстановив разрушенные войной города, вернулись к тому же пустому животному существованию, как и до войны. Крестьяне пашут землю и выращивают скотину, ремесленники делают необходимые предметы, торговцы торгуют, стражники патрулируют города и ловят преступников, чиновники и всякий сброд проворачивают темные делишки, а короли и аристократы плетут свои интриги. И те, и другие после тяжелого рабочего дня упиваются алкогольными напитками и занимаются плотскими утехами. Воровство, грабеж, коррупция, убийства, алчность, жадность, обман, лицемерие – список можно продолжать долго. Ничего из этого не исчезло.

Когда я пошел в жрецы, я надеялся изменить мир. Я неистово учился, проповедовал, беседовал с людьми, помогал понять себя, свои ошибки, исправиться, сделать мир лучше. Но… это было впустую. Люди радовались моей помощи, они первоначально придерживались моих советов, но потом, все возвращалось на круги своя. Преступники, с которыми я беседовал и раскаявшиеся в своих преступлениях, снова оказывались за решеткой, стыдливо отводили глаза или осыпали меня бранью.

Я подолгу размышлял: может, я что-то неправильно делаю? Может, я ошибаюсь? Может… и этих «может» крутилось у меня в голове очень много. Пока ко мне во сне не явился Он.

Предо мной предстал сияющий ярким светом крылатый гигант, паривший над землей на высоте десятка метров. Золотой нимб сиял над его головой, а голос его вызывал благоговейный трепет! Он обучил меня невероятным знаниям о магии, утерянным в былые времена, об устройстве Вселенной и о том, что нам грозит великая беда!

Это помогло спасти нас от гибели физической, но не спасло от духовного разложения. Люди не хотели слушать о тех знаниях, что я желал передать. Их считали еретическими, и за это меня чуть не отправили в тюрьму. Избегая нависшей надо мной опасности пожизненного заключения, меня вынудили отказаться от своих слов, заверив всех, что у меня временно помутился разум после окончания войны. Несколько лет лечения у лучших целителей и я такой же серый человек, как и все другие. Я согласился с правилами этого никчемного мира, согласился жить никчемной жизнью, согласился… чтобы жалеть всю оставшуюся жизнь. Лучше бы я не спасал этот прогнивший до основания мир. Лучше бы…

Годы сожалений и самобичевания. Я проклинал этот мир за то, какой он есть. Проклинал свой выбор, свое решение, свои идеалы и стремления. Свои глупые надежды. Скрестив ноги, я сидел в ободранном балахоне у костра на берегу большого озера, попивая заваренный приятно пахнущий ханогуэйский чай и покуривая трубку с шонепским табаком. Откровенная гадость и настоящий яд. Не понимал никогда, почему в той стране он так популярен. Теперь же мне стало ясно – нищие и не имеющие будущего люди просто старались как можно меньше находиться в реальности, убегая в иллюзорный мир, что дарила эта трава, а также прожить как можно меньше, травя свой организм ядом этого растения.

Вдруг, меня пробрал сильный приступ кашля. Задыхаясь, я упал на землю и не мог вздохнуть. В следующий миг, я оказался в месте, где кроме тьмы не было ничего. Сколько времени я провел в этом месте, известно лишь одному Всевышнему. Не знаю, можно ли после всего этого верить в него или нет. А может, это мое наказание за столь крамольные мысли? Ведь, на все есть своя причина, даже у зла. Люди сами в своих сердцах хранят зло и зло преумножают. Они творят зло другим, потом же, в следующих жизнях они пожинают результат посеянного ими же зла на себе. Неужели все люди так прогнили, что наш мир докатился до такого?

«Хочешь изменить мир? Я могу дать тебе силу. Мир падет к твоим ногам, ты сможешь разрушить его до основания и воздвигнуть новый, совершенный и идеальный мир, в котором не будет места злу и порокам! Согласен ли ты стать моим… ставленником?» - Черное бесформенное существо с рогами как-то странно произнесло последнее предложение. Чувствую подвох. Но мне плевать!

Я хочу этой силы! Слышишь ты меня?! Я согласен! Я ненавижу этот мир и сожгу его до основания! Я уничтожу все пороки и создам новый мир!

«Очень хорошо», - удовлетворенно, будто поевший сметану кот, произнесло существо. -Ты умер, я лишь чудом успел перехватить тебя перед уходом в Колыбель душ. Я даю тебе шанс возродиться вновь и стать бессмертным! Ты сможешь покорять один мир за другим и искоренять в них всякое несовершенство».

Да! Да! Да!

«Тогда, вот твое новое тело. Этот мальчишка умер из-за своего любопытства – ты можешь занять его место», - рядом появился мальчик лет пяти. Серые напуганные глаза, каштановые короткие волосы, белая рубашечка и серые шортики, да сандалии на ногах. Я испытал жалость к нему. Совсем ещё ребенок, ему ещё жить и жить.

- Почему он умер? – охрипшим голосом спросил я.

«Сунулся в лабораторию родителей и решил поэкспериментировать с опасным оборудованием. Итогом стала неминуемая смерть».

Я сел перед мальчиком на корточки и, улыбнувшись, хотел погладить по голове, но он так испуганно смотрел на меня, будто видел во мне чудовище. Сделав пару шагов назад, он хотел убежать, но упал, запнувшись. Я встал и, подойдя к нему, помог подняться.

- Прости меня малыш, - опустившись перед ним на колени, я обнял его и заплакал. На что я согласился? Ведь во множестве мирах есть множество ни в чем не повинных детей! А я хотел разрушить их все и создать заново. Ведь есть же другие способы! Другие пути! Почему я не нашел их до сих пор? Почему?

«Почему ты колеблешься? Ты сделал уже свой выбор! Так иди же! Твое новое тело ждет тебя!» - сказав это, он с силой швырнул меня в сверкавший фиолетовым отливом, черно-серый зев портала.

С этого и началась моя украденная у Киара жизнь. Я, Минаис – человек, проклявший свои идеалы, продавший свою душу Повелителю Хаоса. Какую же большую ошибку я совершил!

А это что? Каменная лестница. Я поднимаюсь по ней. Тело Киара, мне четырнадцать. Высокие стены картинной галереи, выложенные прямоугольными кусками плиток различных размеров и схожих по цветовой гамме - от желтого до коричневого. Говорят, что здесь, если приглядеться, можно увидеть определенный сакральный символ, зашифрованный в этом изображении художником.

Я множество раз ступал по этой лестнице – благо, что галерея располагалась близко к академии. Моя сестра Анэ художник. Она выставляет свои картины в этом здании. Сестра… Имею ли я права так называть её теперь?

Поднялся на уровень третьего этажа, фактически считавшегося первым - здание находилось на холме, и часть постройки располагалась на подземных уровнях. Здесь на каждой стене присутствовала стеклянная дверь, а две лестницы по бокам вели на мост, соединявший корпуса между собой на уровне четвертого этажа. Выбрав правую, я быстро добрался до входа на мосту. Пройдя тяжелые деревянные двери, я попал в огромную комнату, выкрашенную золотыми тонами. Высокие окна от пола и до потолка, по краям которых свисали багровые бархатные шторы, подвязанные у нижней части к стене. Позолоченные изогнутые дугой карнизы крепились у самого потолка. Стены и подставки увешаны десятками мелких картин. Пейзажи, животные, портреты людей, сюрреализм, кубизм, абстракционизм, космизм и многие другие, названия которых я даже и не знал.

А вот и комната с огромной картиной, занимавшей собой всю стену. Её вносили сюда через окно. Бескрайнее море, голубое небо с облаками, белые птицы над волнами и девочка, что стоит на воде и не тонет. Анэ вложила всю душу в неё. Казалось, что можно прикоснуться до картины и оказаться на той стороне, что волны вот-вот хлынут через край, птицы прокричат и полетят дальше ловить рыбу, а платье девушки будут трепыхать порывы ветра – настолько она казалась живой.

Как-то зайдя к сестре в студию, я увидел, что она рисует на огромном холсте, занимавшем весь пол в комнате. С ног до головы измазанная синей и белой краской, она не замечала вокруг ничего. Куча пустых банок валялась в углу, а ей только и успевали подавать новые. Какое-то время я наблюдал за работой, а потом собрался уходить, но она внезапно остановилась и со стеклянным отсутствующим взглядом произнесла:

«Увы, как бы я не старалась, я не смогу создать истинное совершенство – чтобы я не делала, мне это кажется недостаточным, что можно сделать лучше, идеальнее. Но для людей это невозможно. Мы лишь можем стремиться к идеалу, совершать ошибки и исправлять их». - Она достала нож и сосредоточенно принялась соскребать неудачно получившийся мазок платья девушки, после чего снова наносила краску и снова убирала её. Это продолжалось несколько часов, пока, наконец, она не добилась более или менее приемлемого на её взгляд результата. И при этом, когда картину вывесили в этом зале, Анэ жаловалась, что могла бы ещё много чего переделать и довести её до совершенства, хоть и понимала, что это невозможно. На то, чтобы нарисовать эту картину, у неё ушло несколько лет.

В следующей зале висели другие картины, что она успела попутно нарисовать за тот период. Я прошел через открытые двери и увидел девочку тринадцати лет в светлом платьице с кружевами. Её каштановые волосы заплетены в два хвостика. Она сидит на махровой красной ковровой дорожке, разложив на белом мраморном полу альбом, рисуя на нем бронзовую вазу с высеченными на ней словами одного мудреца: «Всему есть своя причина, и нет ничего, что нельзя исправить».

Я развернулся и оказался сидящим у костра, держа в руках курительную трубку, а напротив сидел парень лет двадцати-двадцати пяти, облаченный в матерчатый доспех. Он поправил красную повязку на лбу, удерживавшую белые волосы торчком, после чего отпил чай из железной кружки.

- Хороший напиток. Жаль, этот кустарник в Асдаре не растет, - посетовал он.

- Кто ты? – безжизненным голосом спросил я.

- Ты же уже понял. - Собеседник укоризненно посмотрел на меня. - Я Киар, тот, чье тело ты занял.

Ответ окончательно добил меня.

- Прости меня, старого глупца. - Я действительно ощутил на себе весь вес прожитых годов, будто мне сейчас все сто с лишним лет.

- Я уже давно простил – в тот самый миг, когда ты опустился передо мной на колени и, попросив прощения, заплакал. Тогда ты показал свое истинное лицо. Ты совершил ошибку, согласившись на договор с Повелителем Хаоса, но ты был в отчаянии. Я видел все твои воспоминания. Не могу утверждать, что ситуация представлялась безвыходной, но по крайней мере, я могу понять тебя. Все эти годы я жил вместе с тобой. У меня осталась связь с телом – ты помог сохранить её, когда раскаявшись, попал в мое тело, храня в своей душе это чувство. Я наблюдал за тобой все это время и рад, что все так получилось. Если бы не это, я бы отправился в Колыбель душ, а после переродился в другом теле. Мои родители горевали бы, но время лечит. А вот спасти два мира от поглощения Изнанкой – если б ты не вмешался, то надежды не осталось.

- Надежда, говоришь… - Я посмотрел на содержимое своего бокала, слегка взбалтывая его.

- Людям нужна надежда. Если она потеряна, то последствия будут ужасающие. Ты лишился надежды и веры в людей, и в итоге оказался в такой ситуации.

- А стоило ли спасать тот мир? – задал я ему вопрос, прошлый ответ на который чуть не сгубил сотни миров.

- У миров бывают периоды упадков и расцветов. Цивилизации, как и природа, как и сами люди, проходит путь от рождения до смерти. Тому миру придется испытать множество смертей, чтобы возродиться вновь – но это дает надежду на светлое будущее. Отними ты её, этот мир исчез бы без единого шанса.

Я промолчал, продолжая методично взбалтывать в бокале темную жидкость.

- Я простил тебя, осталось лишь тебе самому простить себя и исправить свои ошибки. Дальше ты можешь решать сам, что делать. Стань, кем ты был – ставленником Парангелии и помоги спасти мир Анабель, или можешь вернуться в мир, откуда ты родом, попытаться спасти его. Можешь продолжать жить в мире Асдара, в роли Киариуса. А если не можешь простить себя, то останься в Изнанке и сожалей о своих ошибках вечность. - Сказав это, он поднялся и исчез.

Глава 2.9Править

Мира сидела за столом в своем кабинете в лаборатории базы одиннадцать ноль один. Время перевалило за полночь. Перед ней лежали папки с отчетами об исследованиях, проведенных за прошедший год. Читая очередной отчет и делая пометки в тетради, она теребила левой рукой кончик отросшей косы.

«Уже год прошел после инцидента с Арнемином и артефактом Хаоса», - подумала она, положив закрепленную зажимом стопку бумаг на стол и потянувшись на стуле. Ее личный кабинет представлял собой светлую комнатку три на пять метров на третьем этаже, большую часть которой занимали два громоздких серых шкафа и мягкий зеленый диванчик.

В дверь постучались. Не дожидаясь ответа, в комнату вошел Ган.

- Мира, ты все ещё работаешь? Ох, не зря я решил проверить тебя! Ведь доведешь себя до истощения! На кой ты нужна будешь Киару, если помрешь ненароком? – с укором проворчал он, подойдя к столу и оперевшись на него правой рукой. На его лице красовался шрам, располосовавший его левую щеку через глаз, прикрытый черной повязкой – память о том дне.

Несколько дней после отлета с базы одиннадцать ноль один девушка испытывала тревогу, поэтому с головой окунулась в подготовку к защите научной работы. Сам отчет уже завершен, и оставалось лишь выступить перед комиссией и доходчиво растолковать «ученым мужам», над чем же она работала все это время. Спустя полчаса, она покинула огромную аудиторию с трясущимися ногами – защитилась! Теперь перед юной ученой открывались новые двери и дороги.

Но её радость померкла, стоило прибыть обратно на базу. Случилось ужасное – в связи с выбросом аномальной магической энергии, в зоне, куда отправилась экспедиция, произошел обвал. Отправившиеся на место спасатели смогли извлечь из-под завалов несколько десятков людей, семнадцать оказались пропавшими без вести. Среди них числился и Киар. Из двадцати трех найденных, выжили лишь девять, а травмы, что они получили, не поддавались лечению даже с помощью магии. В итоге, ещё двое скончались через пару дней. Стоя у кровати умирающей Уны, Мира поклялась ей, что воплотит мечту сестры в реальность.

Оставшиеся в живых поведали о произошедшем. Это вселило надежду, что Киар ещё может быть живым. Слабую, но надежду, которую поддерживали и Ган с Уваром. Последнему повезло меньше – он лишился левой ноги и теперь уже не мог принимать активное участие в боевых операциях, поэтому переквалифицировался в штабного сотрудника. Утраченную конечность ему заменил биомеханический протез, приобретенный в альянсе – их технологии протезирования достигли больших высот. Остальные пять выживших – это Акамаэй, Уцамаэй, Махаен, Щитаэ и Коарат. Сколько людей погибло!

Около недели Мира провела в бессознательном состоянии, после чего отправилась на аудиенцию к королю и добилась разрешение на проведение и финансирование исследований в области магии крови. Мира понимала, что король не просто так согласился с её требованием. Когда она только прибыла на базу, ей посчастливилось познакомиться с его высочеством во время проведения одного эксперимента. Что-то привлекло интерес правителя к девушке, притворившейся другим человеком, и он стал уделять ей знаки внимания. Поняв это, Мира откровенно призналась Иару в том, что она не та, кем себя выдает и что он как мужчина её не интересует. Это короля нисколько не смутило, и он продолжал периодически наведываться к девушке. Случившееся несчастье, как бы это не звучало, подкинуло ему шанс сблизиться с ней, поддержав в сложное время, но Мира не давала и намека на то, что признает расположение правителя к себе.

За прошедший год при помощи группы ученых, магов и псиоников, девушке получилось собрать все имевшиеся сведения о магии крови. Среди данных также числились результаты анализа генотипа всех известных потомков адептов крови, псиоников и магов четырех известных сейчас типов, а также их энергетические матрицы и паттерны создаваемых заклятий и псивлияния. В итоге выяснилось, что магию первооснов создали в попытке сымитировать магию крови.

После окончания войны и исчезновения последних магов крови, оставшееся наследие подверглось тщательному исследованию и предпринималось множество попыток возродить её, оканчивавшихся смертью экспериментаторов. Тогда пошли другим путем: изучив суть заклятий, их попытались воссоздать маги стихий, вплетя в них структуру стихийных заклятий. Но и это ни к чему не привело. От идеи уже хотели отказаться. Спас положение молодой и бездарный ученик, прочитавший исследования своего учителя и попробовавший их применить. Как ни странно, но это ему удалось просто великолепно! Причина же оказалась банальной – он принадлежал к потомкам магов крови и магов стихий. И только это условие позволяло применять созданное направление магии, названное впоследствии «магией первооснов». Результат оказался значительно слабее самой магии крови, но позволил использовать ранее недоступные заклятия открытия порталов. На данный момент их запас заклятий пополнился управлением времени и воздействием на материю.

Как ни странно, но лекари и друиды также имеют в своих генах следы магов крови и стихийников. Более подробное изучение этого вопроса привело к открытию взаимосвязей генов и их влияния на предрасположенность к типам магии. Например, у целителей часто встречались ген магов воды, а у способных управлять временем присутствовали гены всех четырех стихий. У самой же Миры в генотипе не обнаружилось других носителей стихийного кода. Оставалось лишь узнать точную схему проведения инициации. Но как?

- Ты меня вообще слышишь?! – голос Гана оторвал девушку от размышлений.

- Прости, задумалась, - глянув на псионика, Мира печально улыбнулась. - И зачем ты мне в няньки нанялся? Я вполне взрослая и самостоятельная девушка.

- Да, как же! – фыркнул он, скрестив руки на груди. - Первый месяц ходила как мертвец, даже грима не требовалось – вылитая сестра! Пока я не решил проверять тебя и отправлять спать, ты ж чуть себя в могилу не свела в попытке за короткий срок узнать то, на что у других и трехсот лет не хватило!

- У тебя есть другие предложения? – прищурила она глаза.

- Нет, но это не значит, что, доведя себя до изнеможения, ты сможешь достичь чего-то…

- Ган, пожалуйста – не читай мне морали. Меня с ними Уна в свое время достала. Хорошо, я постараюсь более внимательно следить за своим здоровьем. Доволен?

- Сказала, как одолжение делаешь, - скривился он.

- Думай, как хочешь – мне все равно.

- А мне нет.

- Достал, уже! – Зло выкрикнув это, она соскочила, уронив кресло, и покинула комнату.

На следующий день Мира встала в шесть утра, так толком и не поспав. Буквально всю ночь её мучила идея, возникшая, когда пришел Ган – отправиться на восточный континент в покинутую столицу Кэц’Нуа. Для этого она связалась с Акамаэйем, прибывшим в назначенное место чуть раньше её. Помятый и не выспавшийся, он пробурчал «какой тьмы тебя потянуло туда, да ещё и так рано?», после чего открыл портал. Как и Ган с Уваром, он пережил обвал в тот день, но субстанции Хаоса частично задели его, оставив неизлечимые шрамы по всему телу, по виду напоминавшие черные изогнутые полосы.

Шаг через портал и Мира, словно, окунулась в другой мир. Вместо сухих и однообразных помещений лаборатории, её окружали густые джунгли, заросли которых скрывали за собой едва проглядывающиеся полуразрушенные строения и мощеную камнем дорогу. Вместо привычной тишины, слегка прерываемой легким гудением приборов, со всех сторон девушку окутали звуки природы, воды, крики зверей и трели птиц. А из-за резкого перепада температуры, влажности и давления, Мира даже почувствовала себя плохо: у неё закружилась голова и появилась легкая тошнота, так что пришлось даже присесть, дабы не упасть на ослабших ногах. Тяжело дыша, она прикрыла глаза.

- Первый раз телепортируешься? – сочувственно поинтересовался Акамаэй.

- Да, - с трудом выдавила Мира. – А это всегда так?..

- У всех индивидуально, но постепенно привыкаешь, - пожал плечами маг, усевшись на поваленный ствол, поросший мхом.

Придя через какое-то время в себя, Мира поднялась и предложила отправляться далее. На данный момент солнце уже приблизилось к зениту - у неё не было времени рассиживаться по пустякам.

Восточный континент – вторая по величине часть суши в этом мире. Практически всю территорию занимают тропические леса. Континент располагается чуть ниже экватора и, уходя на восток, достигает южной части, так называемого, Западного континента – территории альянса Буэрской и Да Э Харской республик. Хотя именовать западный континент так сейчас уже неверно – это несколько крупных близкорасположенных архипелагов. Но исторически сложилось делить карту мира именно на три континента: западный, центральный и восточный. Западный континент стал архипелагом лишь несколько тысяч лет назад в результате смещения тектонических плит, вызвавшего в тот период сильные катаклизмы по всему миру.

Покинутая столица Кэц’Нуа заслуживает отдельного внимания. Когда-то три четверти континента занимало королевство Кэцу - достаточно большая страна с монархическим укладом власти. Но монархия имела представительное значение – фактически, страной заправлял визирь. Более трехсот лет назад в Кэцу существовала каста магов, делившаяся на низших стихийников и высших магов крови. Несмотря на значительную степень власти визиря, у магов крови имелось несравнимое преимущество даже над аристократами, не говоря уже о находящихся на уровень ниже стихийников со своей слабой магией. У визиря Шен Хазара возникла идея воспользоваться войной магов, разразившейся в тот период, и установить абсолютную власть, для чего он осуществил заговор против магов крови, проживавших в Кэц’Нуе. В отличие от основной части народа, маги крови имели вольный нрав и предпочитали находиться либо в столице, либо в других странах, занимаясь своими, никому более не известными делами. Поговаривают, что Шен Хазар заручился поддержкой адептов Хаоса и магов нескольких враждебно настроенных государств, с которыми и велась война. Помощь дорого ему обошлась – больше половины территории ушли под чужие знамена, сделав из великой страны небольшое княжество, но позволила избавиться от безвольных королевских особ и взойти на трон абсолютным правителем в стране. Самым интересным является то, что на протяжении всей истории Асдара, адептов Хаоса полностью уничтожали, а они появлялись из ниоткуда вновь и вновь, являясь причиной разжигания семи войн магов.

И вот, в одну прекрасную летнюю ночь визирь претворил в реальность свой ужасающий план. У магов крови практически нет боевых заклятий, поэтому захваченные врасплох превосходящим числом противников, их сопротивление быстро угасло. Кэц’Нуа пал. Сама же война окончилась через несколько лет беспрекословной победой союза Ра Анты, Окара и, в те времена, Буэрского и Да Э Харского княжеств. По заверению историков всех адептов Хаоса вычислили и отправили на плаху, но если судить о том, что они появились в Окаре всего лишь несколько сотен лет спустя, это вполне может оказаться далеко от истины.

«Кто бы мог подумать, что через сто с небольшим лет после тех событий, из союзников наши страны превратятся во врагов?» - Вспоминая все это, Мира пробиралась через непроходимые джунгли, поглотившие руины некогда великого города, возведенного из многотонных гранитных блоков, обработанных с потрясающей гладкостью и ровностью, заметной даже сейчас на валявшихся беспорядочно обломках. Увы, но среди сооружений не нашлось ни одного целого – словно заговорщики намеренно уничтожали все здания одно за другим.

- Я до сих пор удивляюсь, как люди, обладавшие такой могущественной магией, могли проиграть в том нападении? – разводя руками лианы, размышляла вслух Мира.

- Ты будто бы историю не знаешь, - зевая, пробурчал Акамаэй.

- Знаю. Но все же!

- Ну да, не одна ты такая умная – о том, что в этом деле не все так чисто догадывались даже участники событий тех лет. Часть магов находилась за пределами страны по своим делам, остальные же, хоть и погибали в неравном сражении, но, скорее всего, переправили жителей на территорию Ра Анты – ближайшего союзного государства. А после этого залегли на дно, создав легенду о гибели адептов крови и постепенном угасании этой магии. Эту теорию хорошо подтверждают те исследования, что ты провела за последний год.

- Остается только найти этих залегших на дно.

- Я надеюсь, ты не за этим прибыла сюда? – залезая следом за Мирой на рухнувшую стену, тревожно поинтересовался Акамаэй.

- Именно за этим!

- И как ты намерена искать их здесь?

- А это не потребуется – они уже сами нас нашли, - остановившись, произнесла она. И действительно, их окружили девять человек, одетых в серые балахоны с накинутыми на голову капюшонами.

Вперед вышел стоявший посередине.

- Кто вы, и что вам надо? – выкрикнул он, держась от Миры с Акамаэйем на приличном расстоянии.

- Я Мира – ученый из Ра Анты, а он, - кивком указав на своего спутника, - Акамаэй – маг первооснов, тоже из Ра Анты.

- И что же столь сиятельные персоны делают в забытом богом месте? – поинтересовался человек в балахоне.

- Мы ищем магов крови. - Это заявление вызвало вздохи удивления и перешептывание.

- Вы напрасно пришли – магов крови уже несколько столетий не существует. Их самих истребили, а традиции и знания смешали с землей. Вы зря проделали столь долгий путь – возвращайтесь домой, - сказав это, он развернулся и собирался уйти, но Мира, попросив сделать Акамаэйя портал, снова обратилась к представителю окружавших их людей:

- Что вы! Для нас это путешествие всего лишь пара пустяков!

Возникшее в воздухе «окно» оказало должный эффект – люди в капюшонах согласились поговорить, предупредив - «без глупостей». Асдарцев проводили в подвал одного частично уцелевшего здания. Миру встретила холодная просторная комната с парой узеньких оконных проемов у потолка, поросшая толстыми корнями, что оплели собой пол и стены, несколько столов, скамьи и разрушенные полки шкафов. Абсолютно все убранство помещения оказалось из камня.

Усадив Миру и Акамаэйя на скамью, к ним подошел один из облаченных в балахон и принялся проводить перед ними руками.

- Я наложил на вас «Завет истины». Отвечайте только правду. Если утаите что-то или соврете – то можете умереть. Ясно?

- Так я не ошиблась – вы маги крови! – торжественно выдала Мира.

- Нашла чему радоваться, - уныло проскрипел Акамаэй.

- Не будь букой! Где твой задор исследователя?

- Посеял на руинах год назад.

Это заявление немного остудило пыл девушки. Но ненадолго.

- Итак, уважаемые, зачем вы ищите нас? – приступил к допросу накладывавший на них заклятье.

- Я хочу исполнить мечту своей сестры Уны и возродить магию крови! Мы обе потомки адептов крови. Но больше всего я хочу вернуть из мира теней своего возлюбленного, попавшего туда в результате сражения с Взывающим!

- Мир теней? – удивленно переспросил стоявший перед Мирой маг.

- Я так понимаю, что она говорит об Изнанке, - подошел к нему другой, скорее всего, тот, что первый заговорил с Мирой при встрече.

- Забудь об этом. Если твой возлюбленный попал в Изнанку, то он уже мертв.

- Нет! Вы ошибаетесь! – соскочила Мира. - Киар уже пару раз бывал в ней и оставался жив! Так что, на этот раз он тоже должен выжить! Просто он не может сам вернуться обратно, и я должна ему помочь в этом!

- Говоришь, что он уже бывал там и выжил? В принципе, это возможно, хоть и трудноосуществимо. Но ты в любом случае не сможешь ему помочь – тебе самой придется попасть в Изнанку для этого.

- Я готова! Именно для этого я и ищу способ восстановить магию крови и с её помощью проникнуть в Изнанку. В легендах упоминалось о такой возможности.

- Есть ли у тебя связь с Хаосом? – задал допрашивавший неожиданный вопрос.

- Связь с Хаосом? Нет. И никогда не было!

- Хорошо, теперь ты, юноша. Откуда у тебя следы Хаоса?

Акамаэй поведал все, что произошло с ним в то время.

- Ясно, тогда я могу исцелить тебя и твоих друзей. - Допрашивавший направил руку на Акамаэйя и того пронзила белая вспышка. Коротко вскрикнув и выгнувшись, он упал на спину. Встревоженная Мира, прокричав «что вы делаете?», схватилась за упавшего и обомлела – кожа, некогда пораженная неизлечимыми шрамами, теперь оказалась совершенно чистой.

- Теперь я наложу на вас «Обет молчания» – вы не сможете рассказать о нас ничего и никому. Саму магию нам нет смысла утаивать от людей – чем больше магов крови будет, тем лучше! Мы скрываем свое существование лишь, чтобы избежать повторения событий трехсотлетней давности.

Проведя рукой перед молодыми людьми, он продолжил:

- Тогда, юноша, ты можешь направляться за своими друзьями, а вы, Мира, так ведь? - девушка кивнула, - вы пойдете со мной.

- Но… - хотел было возразить Акамаэй.

- Все в порядке, ступай, - улыбнулась ему Мира.

- Мне Ган башку оторвет за то, что оставил тебя здесь одну!

- Передай ему это. - Достав из небольшой сумки блокнот, Мира начеркала пару предложений и, вырвав листок, вложила его в руку мага. - Если что – ты не виноват.

Сказав это, она развернулась и последовала за провожатым в открывшийся портал.

Мира оказалась в небольшой светлой комнатушке, вдоль стен которой выстроились деревянные скамейки. Окна в помещении отсутствовали, а свет исходил от изогнутых бронзовых магических светильников.

- Подожди немного, я поговорю со старейшиной, - снимая капюшон, произнес провожатый, заходя в соседнюю комнату. Только сейчас Мира смогла рассмотреть его. Это оказался мужчина лет пятидесяти с начавшими седеть черными средней длины волосами, морщинистым лицом и небольшой бородкой.

Через пару минут он выглянул и предложил девушке пройти внутрь. Комната в два раза превосходила по размерам покинутую, а все стены занимали полки с книгами. Окно, не в пример покинутой комнаты, здесь присутствовало, но вводило в замешательство непроглядным мраком снаружи.

Хозяин помещения, восседавший за добротным деревянным столом, беловолосый старец с аккуратной бородой до пояса и в белой же мантии, пригласил девушку присесть на стул напротив.

- Рад приветствовать вас. Мое имя Ажда Заус. - Встав, он наклонил голову.

- Здравствуйте, меня зовут Мира. - Девушка повторила жест хозяина комнаты.

- Уважаемая Мира, а знаете ли вы, что процесс инициации может оказаться смертельно опасным? Готовы ли вы пройти его, даже если это принесет вам адские муки и сулит гибелью с большой вероятностью?

- Готова! – заверила его Мира.

- Я вас предупредил, - вздохнул он. - Тогда остается ознакомить вас с самой инициацией. Фактически, вам ничего особого делать не придется, вся процедура лежит на наших плечах. От вас только требуется: выпить снадобье, что отправит вас на границу между жизнью и смертью, после чего найти так называемый «ящик Пандоры» - вашу темную часть себя. Это может быть ящик, бутылка, шкатулка, коробка, надкусанное яблоко со змеёй рядом или статуэтка – все что угодно, что не вписывается в месте, всплывшем из вашей памяти. Его необходимо вытащить из этого помещения на свет солнца. После этого, позовите Повелителя Парангелии и заключите с ним контракт. И да, есть вероятность, что на вас может напасть Сеткара.

«Это все очень походило на ритуал очищения, что проходил Киар», - подумала девушка, когда закрывалась крышка саркофага, погружая мир и её сознание в кромешную тьму.

Очнулась она в небольшой комнатке, освещенной слабым светом. «Дом… Это же мой дом!»

Мира соскочила с заправленной серым покрывалом старой железной кровати. Кровать сестры стояла напротив. В комнатке едва хватало места для старого вещевого шкафа, частично перекрывшего окно, ведущее на улицы трущоб. Обитая белым картоном, небольшая дверь вела в узенький коридор, из которого можно попасть в комнату матери, кухню и ванную. Вот и вся квартирка.

Девушка кинулась переворачивать вверх дном весь шкаф, но не нашла в нем ничего странного. Под кроватями и матрацами тоже ничего не обнаружилось. Далее, осмотру подлежали одна комната за другой. Но ничего, что могло попасть под описание «неуместный объект» она так и не обнаружила. Возвращаясь в свою комнату, Мира задумчиво глянула на картину, висевшую на стене коридора. На ней изображался парень на фоне горящих домов, а на заднем плане возвышалась огромная стена, из-за которой выглядывал великан с отсутствующей кожей и исходившим от него паром. «Вот оно!»

Схватив картину, Мира направилась к выходу и, отворив дверь, покинула дом. Но на дворе ещё сумрак. «Придется подождать рассвета?»

Небо посветлело, и вокруг сквозь начавший растворяться мрак прояснялись силуэты домов, обретавшие до боли знакомые детали. Вот в этом, полуразвалившемся домике живет семья Уцы, в этом друг детства Нагем, с кем она играла каждый день допоздна, а вот в этом аккуратном, но также бедно выглядящем живет дядя Кимол, работавший на шоколадной фабрике и иногда угощавший детишек сладким.

С каждым мигом небо становилось все светлее и светлее, но во дворе сумрак не исчезал полностью, ведь высокие четырехэтажные дома загораживали собой солнце, поэтому, Мира начала волноваться, увидев приближавшиеся к ней по земле тени.

Девушка попятилась к выходу из двора. Сначала медленно, потом развернулась и побежала. «Неужели, Сеткары?»

Тени не отставали, передвигаясь зигзагообразными движениями и прыгая по поверхности различных объектов.

«Надо взобраться на крыши домов!»

Покрепче взявшись за картину, девушка побежала к пристройке склада, стоявшей близко к стене дома. С её крыши можно допрыгнуть до лестницы, ведущей на чердак. Добежав до пристройки, Мира по отработанной годами схеме прыгнула, отскочила от ствола дерева и, не потеряв и доли секунды, оказалась на крыше, после чего на полной скорости оттолкнулась от края железного и громыхавшего настила. Из-за того, что в левой руке она держала картину, Мира неудачно влетела в лестницу, стукнувшись об край. В глазах потемнело. Чуть не соскользнув, девушка уцепилась за железные угольники обеими руками.

Кусая губы, она принялась вслепую подниматься вверх, всеми силами превозмогая боль. Добравшись до окна на чердак, Мира мельком увидела достигших стены теней и нырнула в проем. Пробежав по хрустевшему под ногами керамзиту мимо склада пыльных коробок, она свернула к выходу с чердака, плечом вытолкнула дверь и вывалилась наружу. Первый луч солнца ударил по глазам, а тень, прыгнувшая из проема на Миру, рассыпалась прахом вместе с картиной.

Усевшись на край крыши, девушка любовалась на места, с которыми у неё связано множество воспоминаний. Идиллию прервал собравшийся из искр света парящий гигант с крыльями и нимбом над головой.

«Здравствуй, дитя!» - громогласно произнес он.

Часть III. Ставленники.Править

Глава 3.1Править

Ува’Энар оказался прав – я действительно пожалел о том, что вернул память. Пусть даже, я не вспомнил все, а лишь часть, но узнал самое главное – кем я являюсь на самом деле, заняв чужое тело. Пусть даже Суираик и сказал, что простил меня давно, легко ли мне будет простить самого себя? Казалось бы, чего в этом сложного? Но я чувствую, что ещё не скоро смогу это осуществить.

Я услышал странный звук, доносившийся сверху, после чего, давление кокона стало ослабляться, и вскоре я был свободен от пут. Меня подцепили длинные ворсистые лапки летуна и извлекли из шара. Но, вместо того, чтобы поставить на твердую поверхность, это существо вместе с тремя другими направилось в ближайший проем в стволе.

- Эй! Куда вы меня понесли?! – возмутился я.

«Ты вспомнил себя – теперь тебе здесь больше нечего делать, Минаис. Дальше решай свою судьбу сам, но за пределами моего леса».

- Н… но!

«Если ты хочешь чего-то узнать, то у тебя есть те, кто могут ответить – только позови. Вопрос лишь в том, придут ли они?»

- Хорошо, тогда у меня есть ещё несколько вопросов! Слышишь, Суираик! – крикнул я во всю глотку.

Дерево удалялось от меня с бешенной скоростью. Тут я осознал несколько фактов. Во-первых, я вернул себе тело. Это, конечно, хорошо, но – какой бездны я голый!

Вся моя кожа бледная, словно я и не загорал никогда, и исчезли шрамы. Да, точно. Я даже пощупал лицо – маски нет, шрамов тоже. Э-э-э?

Я снова ощупал свою голову. Волос нет, даже бровей и ресниц. Это ж как при вступлении в армию – «старики» новичков встречали традицией бритья налысо. Глупая традиция, но я в свое время тоже отыгрался на паре новеньких, хе-хе.

Ладно, отрастут.

Я глянул вокруг - нескончаемый лес превратился в размытое пятно. Кто бы мог подумать, что эти создания способны двигаться на такой скорости. Вон уже видна окраина. И в действительности, скоро меня опустили на землю на границе с лесом. Здесь протекала река, рядом с которой расположился на берегу старик в балахоне у костра. Я направился к нему.

- Очень смешно, Суираик! Ты ничего другого придумать не мог, как мою личину надевать на себя? – поинтересовался я, усаживаясь напротив своего двойника.

- Какие-то проблемы с этим? – меланхолично вопросом на вопрос ответил он. - Ты сейчас выглядишь как Киар. Не вижу в этом ничего такого. Хотя, если тебе так противно, что твоей личиной пользуется другой человек - можем махнуться телами. Я продолжу жить ненавистной тобой жизнью, пусть даже это тело уже восемнадцать лет не мое, а ты возьмешь на себя роль…

- Я не об этом… - порывисто прервал его вдохновенную тираду, - Хотя, "забей".

Махнув рукой, я отпил немного чая из стоявшей напротив меня кружки. Давно забытый вкус. Сладкий молочный, с легкой кислинкой, вяжущий и оставляющий небольшое покалывание во рту. И без всякого подсластителя. Вот он ханогуэйский чай.

- Ты так и будешь сидеть голым? – ехидно поинтересовался Суираик.

- А у тебя есть лишний комплект одежды? Если да, то буду признателен.

- Ты маг Парангелии, - фыркнул он, - это тебе о чем-то говорит?

Подумав немного, я честно ответил, что нет.

- Ещё не все вспомнил? – Получив мое утвердительное «угу», он продолжил: - Ты можешь спокойно материализовывать любую вещь той же командой, которой призываешь артефакты. Конечно, это самая примитивная работа с магией, но я не собираюсь объяснять тебе основы и продвинутый курс – надо будет, вспомнишь сам. В прошлом ты был одним из самых сильных магов своего мира. У Парангелии нет боевой магии, но ты можешь применять определенные энергетические построения для этих целей. Например, «волновой диссонанс» - эффект, возникающий при начавшемся преобразовании материи, но недоведенном до конца. Его действие ты показал в битве против ставленника Хаоса. Итогом стал распад на молекулы.

Действительно, я вспомнил эту энергетическую структуру. Представив в уме, я направил её на ближайший камень. Тот потек, потеряв свою стабильность, и расплылся дымкой. А далее, если я внесу в эту модель структуру того, что я хочу – камень обернется деревом.

Открыв глаза, я увидел кривой чахлый кустарник с пёстрыми, выкрашенными в горошек прямоугольными листьями, состоящий из застывшей гелиевой материи, начавшей таять через несколько секунд.

- Ась? Что это с ним? – Я даже глаза протер. Со стороны Суираика раздался приглушенный смешок.

- А ты чего ожидал? – еле сдерживаясь, прыснул он. - Ты ж растерял все свои навыки и практически утратил связь с Парангелией.

- И он ещё говорит, чтобы я создал себе одежду сам! – Моему возмущению не было предела.

- Прости-прости. - Утирая слезы одной рукой, Суираик второй направил в мою сторону и ко мне на колени аккуратно опустился сложенный комплект повседневной одежды из поаны, а рядом приземлились черные ботинки.

- Мне вот что интересно – ты можешь менять внешность и создавать предметы из ничего. Ты ставленник?

- Дайка подумать, - посерьёзнел он. - Скажем так – из-за того, что я приобрел с тобой связь, то получился такой же эффект, как с адептами.

Я посмотрел на него, не понимая о чем он. Отвернувшись ненадолго, собеседник, копировавший мою старую внешность, погладил в раздумьях бороду, после чего снова глянул на меня.

- Магами Парангелии и Хаоса могут стать только заключившие контракт с Повелителями. С остальными Стихиями проще – их проявления существуют в чистом виде во всех материальных мирах, являясь связью с самими Стихиями. Через эту связь Стихии ищут тех, кто им подходит, и пробуждают в них дар. Но он слаб. Это не то же самое, что заключение контракта с Повелителями. Владеющие даром слабее адептов из-за ограничений, наложенных Изнанкой. Повелители этих Стихий могли бы также создавать ставленников и адептов, но они в этом практически не заинтересованы.

Слушая разъяснения, я успел одеться.

- Для Парангелии и Хаоса сложнее в том, что в чистом виде эти Стихии не существуют в физической реальности, поэтому пробудить дар в ком-нибудь для них нет возможности. Только заключение контракта. При этом связью со Стихиями выступает ставленник и через него адепты, даже не подозревая об этом, создают связь с Повелителями. Через какое-то время у самих адептов вырабатывается устойчивая связь со Стихиями и необходимость в ставленнике в этом случае отпадает. Так вот, примерно такая связь у меня и возникла. И да, хоть ты и нарушил контракт с Повелителем Парангелии и практически утратил связь со Стихией, она еще есть. Постепенно ты сможешь её восстановить.

Суираик ненадолго замолчал. Глотнув чая, он продолжил:

- Ещё какие-то вопросы есть?

- Зачем ты хотел меня отправить в тот город? И да, напомни, как он называется?

- Кха’на’тара? – Он пожевал губу, уставившись мне за спину. - Для тебя это единственный способ вернуться в физические миры. Теперь ты восстановил свое тело, которое, к тому же, ещё и защищено от разрушительного влияния Изнанки. Попадешь туда и сможешь найти «окно» портала в любой из миров. А теперь я хочу спросить у тебя: что ты решил?

Он выжидающе уставился на меня суровым взглядом. Какое-то время я молчал, собираясь с мыслями.

- Мир Анабель до сих пор в опасности?

- Да. Новый ставленник пока ещё не появился, старый погиб, не успев созреть. Её мир на грани новой катастрофы из-за присутствия двух ставленников Хаоса - с тобой не вышло, но нашелся другой. Повелитель Хаоса учел свою ошибку, и с новым ренегатом у него прошло все гладко. Ты лишь отсрочил неминуемое.

- Ренегат? – удивился я.

- Да. У ставленников Хаоса редко бывают удачные компании – большинство заканчивает как один твой знакомый. К тому же, даже те, кто смог выполнить свою задачу и вверг планету в Поглощение Изнанкой, среди них нужно ещё поискать подходящих кандидатов, кто смог бы попасть на второй срок. Таких случаев ещё не было. Разумному существу сложно выдержать энергию Хаоса и через какое-то время она просто поглощает мага. Екарий оказался уникумом – сотню лет протянул лишь из-за редкого применения этой силы и подпиткой чужими жизнями. Поэтому Повелитель Хаоса и решил прибегнуть к поиску слабинок у ставленников Парангелии.

- А что с твоим и моим родными мирами?

- Кантамал – в нем ещё не скоро что-то изменится. Гибель ему не грозит, но цивилизация на грани кризисов. Назревают сложные времена. Глядишь, если никто не вмешается, то через сотню лет произойдут гражданские войны и революции, или к власти придет умный правитель, на вроде Гуард Ун Пятого, который сможет что-то изменить.

Допив свой чай, он поставил бокал на землю.

- Что же касается Асдара, то – там все замечательно. Главный нарушитель спокойствия устранен, аномалии Хаоса исчезли, так что на продолжительный период времени на этой планете наступит мир и покой. Пока не родится новый ставленник. Но это может произойти как через год, так и через несколько тысячелетий. Родится ставленник Хаоса, появится и ставленник Парангелии. Это неизбежный процесс, повторяющийся уже многие миллионы лет.

- Тогда я направляюсь в мир Анабель. - Я встал и призвал компас. - Ещё вопрос: а я смогу призвать «коготь дракона» и «застывшее пламя»?

- Да, конечно, как и меч Афины.

- Как мне найти окно в мир Анабель?

- В мир Панаурис – компас уже знает, куда тебя направить. И да, в физическом мире ты уже не сможешь призвать его, как и не в силах будешь выполнять телепортацию, другие призывы или пользоваться магией Паранглелии. Тренируйся, вспоминай – постепенно, может быть, ты и вернешь умения.

- А как я смогу контактировать с людьми, если не знаю их язык? – вдруг пришло мне в голову.

- Почему тебя не посетил этот вопрос, когда разговаривал с Анабель? – хитро сощурился Суираик.

- Действительно, а почему я её понимал? И она меня тоже? – Я до данного момента не задумывался об этом.

- Это одна из особенностей магии Парангелии и Хаоса. Переходя из мира в мир с их помощью можно достаточно просто встроиться в энергетическую матрицу пространства и усвоить необходимые языки.

- Ясно. А псионические способности мне доступны?

- Скорее всего, да. – Легкое пожатие плечами.

- Ну, спасибо, обнадежил, - насупился я, после чего призвав свое привычное оружие и закрепив его, я произнес «телепорт».

Это оказалась самая окраина пустынного города. Снова. И почему нельзя сразу к тому окну меня направить?!

Я последовал за компасом вперед. Все сооружения выполнены из черного и белого мрамора. В основном здания представляли собой конусообразные, цилиндрические и пирамидные строения. На всем присутствовали уже знакомые из руин светящиеся «трещины». Даже дорога, созданная из шершавого, но ровного камня, вся покрыта ими. Как и в руинах, здесь в воздухе парили осколки камней и обломки сооружений. Деревья и зелень имелись лишь на земле, что летала в воздухе. За всю дорогу я не увидел ни единого кусочка незакрытой камнем поверхности. Это даже напрягало.

Сложно представить, как можно жить в таком городе. Видимо, строители и не рассчитывали на это, уделяя ему только функциональное назначение. И в этом мне помогало убеждаться огромное наличие беспорядочно возникавших и исчезавших вокруг прямоугольных поверхностей, отражавших пейзажи иных миров.

В один миг я чуть было случайно не влетел в одно окон, возникшее прямо передо мной. Там виднелось ядовито-зеленое болото с высоченным деревом и парой деревянных избушек, построенных на нем. Обогнув портал, я прошел ещё пару кварталов, когда компас указал мне на буквально только что появившееся окно. В нем отражалась сельская местность: поля, засеянные молодой пшеницей, и луга, где паслись рогатые бурые животные. На синеватом небе высоко поднятое желтое солнце.

«А как я буду ориентироваться в том мире без компаса?» - промелькнула мысль, когда я пересекал границу окна. Имелся шанс остановиться, но я его упустил, слишком быстро ринувшись в портал и с пятиметровой высоты ухнув в реку.

Хоть сейчас, по-видимому, и лето, но вода до ужаса холодная! Река оказалась глубокой и полноводной, что погасило удар от падения. Но сам факт незапланированного купания портил все. Прежде чем у меня получилось вынырнуть, я некоторое время беспорядочно побалтывался в отчаянных попытках определиться со своим положением в пространстве.

Наконец вынырнув, я жадно стал глотать воздух, отплевываясь и кашляя. Утерев воду с лица, я порадовался отсутствию волос. Даже необходимость в бандане, что во время купания слетела с моей головы и уплыла в неизведанные дали, теперь отпала.

Добравшись вплавь к берегу, я ползком вылез на большой плоский камень, торчавший у берега и улегся на него на спину. Отсюда берег поднимался на несколько метров под большим углом, так что меня невозможно было увидеть, если не подойти вплотную к спуску. Тяжело дыша, я какое-то время лежал и грелся на солнце, после чего уселся и вылил воду из ботинок. Оглянувшись и убедившись, что вокруг никого нет, я разделся и разложил одежду сушиться.

Усевшись на край камня, я принялся экспериментировать с тем заклятием, что вспомнил при разговоре с Суираиком.

Сосредоточившись, я воспроизвел в уме энергетическую структуру и, закрыв глаза, навел её на ближайший булыжник. Добавив в структуру образ буханки хлеба, я пытался максимально точно и детализировано представить, как камень становится едой. Через несколько минут напряженной работы, я приоткрыл один глаз, а затем второй, разочарованно вздохнув – камень даже цвета не сменил.

Следующий час я раз за разом повторял нудную процедуру. Наградой мне стало лишь пятнышко коричневого цвета на одной стороне камня. Надеюсь, что его раньше не было и это, все же, результат моих упорных стараний.

Проверив одежду и убедившись, что нижнее белье, сделанное из обычной льняной ткани, высохло, я оделся.

Так, а теперь можно вспомнить навыки псионика.

Закрыв глаза, я сконцентрировался и попытался расширить сознание. Это удалось лишь с четвертой попытки – отвлекали шум воды, стрекот насекомых и крики птиц. В итоге я смог охватить лишь метров триста, но этого оказалось достаточно, чтобы обнаружить двух детей, притаившихся в кустах. Мальчик и девочка лет восьми.

Повернувшись в их сторону, я прокричал:

- Эй, дети, выходите! Я не причиню вам зла! Можете проводить меня к взрослым?

Они посмотрели друг на друга, после чего отползли и, сначала на четвереньках, потом на корточках принялись удаляться от меня. Преодолев зону видимости с берега, дети поднялись в полный рост и кинулись бежать по дороге вверх по течению. Видимо, там их родители и находятся.

Я последовал за ними. Идя за удаляющимися детьми, я отмахивался от назойливых мошек, что тучей крутились перед лицом и лезли в глаза и нос. Ещё, похоже, что я успел обгореть – кожа зудила по всему телу. Зря я без одежды там просидел около часа.

Поля приближались к концу. За ними следовали сады и небольшие домики-срубы с соломенными крышами. В окнах стояли закопченные стекла, а из каменных квадратных труб поднимался дымок. Видимо, обед готовят.

По окончании садов виднелись обнесенные бревенчатые заборчики загонов для скота, в которых флегматично жевали траву из кормушек крупные рогатые четырехногие животные с серой шкурой и двумя длинными хвостами. В соседнем загоне располагались коричневые птицы с длинными ногами, с короткой шеей и хохолком на забавной приплюснутой мордашке, с тремя длинными покрытыми перьями хвостами и короткими, скорее всего, обрезанными крыльями. Оба вида домашних животных по высоте доходили мне до груди.

Дети уже успели добежать до поселения и вовсю оглашали округу своими криками. С огородных участков, что стали проглядываться через какое-то время, начали выбегать крепко сложенные мужики с длинными космами волос, в простых крестьянских серых штанах и рубахах без пуговиц, обвязанных тряпичным поясом. В руках они несли вилы и мотыги с лопатами, кто-то успел вытащить из домов кривые сабли, а у кого-то я приметил даже мушкетные ружья. И вся эта толпа, сурово сверля меня взглядом, направилась навстречу. Что-то у меня пропало желание общаться со столь воинственно настроенным людом. Может повернуть назад, пока не поздно? А, стой! Я ж могу псионическим щитом укрыться! Ну-ка, попробуем.

Я приостановился и сосредоточился. Через пару минут и десятка неудачных попыток, почувствовал легкое гудение и вибрацию вокруг тела. Так-то лучше.

Видимо мои манипуляции не остались без внимания, и народ затравленно приостановился на расстоянии в сотню метров. Вперед вышел дедок с длинной седой бородой и с кривой тростью. Он направил в мою сторону руку, и я почувствовал воздействие магии на себе. На энергетическом фоне после некоторого усилия, я смог разглядеть её структуру. В памяти всплыло, что это заклятие определения правдивости собеседника и его скрытых мотивов. Значит, в моих словах не должно быть и доли лжи. Прокашлявшись, старик произнес скрипучим голосом:

- Зачем пожаловал в наши края, северянин?

- Северянин?

- А кто тогда? – удивился он. - Налысо брит, бледный как упырь поганый, вон, даже загорел, будто и никогда на солнце не бывал, купаешься в одежде в холодной воде, вооружен кинжалами. Какие ещё доказательства нужны?

- Эти доводы не лишены логики… будь я из вашего мира. Я Киа… - А как же себя называть? Минаис? Или, оставаться Киаром?

- … я Киариус. - Все же, под таким именем известен человек с такой внешностью.

- Киариус? А чегой это так неуверенно? – сощурился старец.

- У меня несколько имен. Есть ещё Минаис и сокращенный вариант Киар, - пожал я плечами. - Как я уже сказал, я прибыл к вам из другого мира. Вам что-нибудь известно о ставленниках Парангелии?

- Ставленник, говоришь? Ты, случаем, сам им не будешь?

- Да, являюсь.

- Я чувствую, что от тебя веет магией, но от Парангелии в этом лишь слабый бриз. Не похож ты на ставленника! Госпожа Анабель, хоть и мала была, но силищей от неё веяло так, что я, находясь за сотни километров от неё, всею кожею ощущал дрожь пространства! А ты чегой? Да у меня, адепта, силушки и то по более тебя будет, юноша!

- Да, не спорю – сейчас я в магии Парангелии очень слаб. Вообще ни одного заклятия не могу создать. Но! В своем мире я считался самым сильным магом! Чтобы получить возможность путешествовать между мирами, мне пришлось умереть и создать себе новое тело! Я постепенно смогу восстановить свою силу, но потребуется время.

- Хм-м… Вижу, что ты не врешь… но явно что-то не договариваешь. - Старик направился ко мне. Подойдя вплотную, он принялся обходить меня со всех сторон, рассматривая, словно под микроскопом.

- Насколько мне ведомо – путешествие между мирами недопустимо для простых смертных. Только обитатели Изнанки способны пересекать границы миров, когда их призовут. Ты сказал, что создал новое тело – как это возможно? – Старик встал передо мной, буравя ясными синими глазами.

- Я ж сказал – мне пришлось умереть. - Хе-хе, делов-то. - А после, о моей судьбе позаботились, дали возможность встретиться с Ува’Энару – сущностью Жизни, которая и наделила меня новым телом.

- Ты опять не договариваешь. - Вот настырный старик! Я вздохнул, ничего не остается, как ответить